Дневник покойника - Андрей Троицкий

Радченко, поджав колени к груди, сидел на вершине холма и смотрел вниз на россыпь электрических огней. Где-то там, невидимый сверху, играл духовой оркестр. Слышен тромбон и барабанная дробь. Уже час как стемнело, но, кажется, никто не хочет расходиться. Наверное, свадьба будет продолжаться всю ночь. И весь следующий день. И еще одну ночь. И еще один день.

Он поднял голову, посмотрел на луну и звезды, еще не такие яркие, как ночью, затем отвязал от багажника мотороллера канистру, долил бензина в бак, толкнул мотороллер и стал спускаться вниз. Можно включить фару, но это рискованно, свет могут заметить. Мягкий песчаный грунт осыпался под ногами, колеса вязли в песке. Тогда Радченко наваливался на руль, изо всех сил толкал мотороллер вперед и двигался дальше, стараясь огибать заросли кустов и камни.

Дважды мотор глох. Но к трем часам дня Дима одолел половину пути и выехал на грунтовую дорогу, вдоль которой тянулись столбы с проводами. До самого горизонта дорога была пуста, дул боковой ветер, жарило солнце, монотонно тарахтел мотор.

У подножия холма Радченко установил мотороллер на подставку, опустился на землю и перевел дух. После тяжелой работы болели кисти рук, ныли сухожилия в области локтей, а колени дрожали.

Его план состоял всего из трех пунктов. Чтобы найти дневник Лукина, нужно обыскать комнату Фазиля Нурбекова, тетрадка наверняка там. Затем предстоит вытащить Дорис из объятий жениха. Наконец, надо встретить капитана Плюща и разобраться с ним… Впрочем, так далеко лучше не загадывать. Но кровь из носа надо выполнить два первых пункта программы.

Дима поднялся, залез в седло и быстро доехал до крайней улицы. Справа за низким штакетником забора несколько приземистых домов под плоскими крышами. Слева тоже какая-то хибара, почти неразличимая в темноте. Света в окнах нет. Он сбавил скорость, свернул направо – и едва не наехал на человека, неожиданно возникшего из темноты. Мужчина, надвинув кепку на глаза, брел куда-то, едва перебирая ногами. Радченко вывернул руль и затормозил. Мужчина тоже остановился, выплюнул окурок и открыл рот.

– Где живет Фазиль Нурбеков? – спросил Дима.

Минута потребовалась, чтобы до прохожего дошел смысл вопроса. Он шагнул к Радченко, обдав его перегаром, промычал что-то бессвязное, отступил в сторону и, выругавшись матом, упал в придорожную канаву. Дима проехал до поворота и встретил на перекрестке другого прохожего. Этот неплохо держался на ногах, даже мог связно отвечать.

– Повернешь направо, – сказал пешеход. – Третий дом слева.

– А где дом жениха?

– Тебе зачем?

– Поздравить хочу.

– А-а-а… Самый крайний слева. Большой. Под железной крышей.

Радченко сказал «спасибо» и поехал дальше. Остановил мотороллер у распахнутой калитки, прошел к дому и встал под раскрытым окном, в котором горел свет. Из дома доносились голоса, женский и мужской. Женщина закричала, но крик тут же оборвался. Стало тихо. Через пять минут свет погас. Дима подумал, что хозяева должны сейчас гулять на свадьбе, но почему-то они здесь. Осторожно поднялся на крыльцо. Все тихо, кажется, что дом пуст, однако там кто-то есть. Видно, как на зашторенное окно лег желтый световой круг от карманного фонарика. Послышались неясные шорохи. И свет в окнах снова загорелся.

Крафт успел на самолет, вылетавший в десять тридцать пять из аэропорта Внуково. Салон оказался полупустым. Он занял место по правому борту возле иллюминатора, открыл молнию спортивной сумки, вытащил деньги, запакованные в герметичный пакет, пересчитал их. Треть переложил в бумажник, остальное снова запаковал в пленку. Потом проверил, заряжена ли батарея ноутбука, карманного GPS и спутникового телефона. Включил и выключил англо-русский электронный словарь с небольшим экраном. Еще в сумке нашлось место для фонаря, куртки и некоторых мелочей, необходимых в дороге каждому путешественнику.

Самолет находился в полете час сорок минут и прибыл с десятиминутной задержкой в двенадцать двадцать. В аэропорту Крафт узнал, что иностранцу получить машину напрокат затруднительно – требуется целая куча бумаг. Тогда он взял такси и попросил водителя отвезти его к дилеру, который продает подержанные машины в приличном состоянии. При помощи жестов и простейших слов водитель объяснил иностранцу, что дилеры продают новые машины, а со старьем не связываются. За подержанными тачками надо ехать на Ракитовский автомобильный рынок. Это недалеко.

Через полчаса Крафт блуждал между рядами автомобилей. Американских брендов здесь почти не было, но попадались японские. Наконец он решил взять русский внедорожник «Нива», по документам почти новый. Мотор машины оказался слабым, но подвеска жесткой и, главное, привод на четыре колеса. Продавцом оказался мужчина лет тридцати, бритый наголо, с золотой цепью на шее. Он моментально понял, что Крафт иностранец, который не привык считать деньги, к тому же русский язык совсем не знает. Продавец, используя жесты, обрисовал все достоинства машины.

– Танк! – кричал он, рисуя руками какие-то фигуры. – Андестенд? Танк, а не машина. Где хочешь пройдет. Где угодно.

Крафт внимательно осмотрел двигатель и кивнул.

– Но есть одна трудность. С учета мы машину снимем, но новые номера тебе никто не даст.

Крафт тыкал пальцами в клавиши электронного переводчика, стараясь объяснить продавцу, что машина ему нужна всего на один-два дня. Новые номера без надобности, но какие-то документы все-таки потребуются.

– Ты ездить не сможешь без номеров! – кричал продавец. – Не сможешь. Понимаешь?

Крафт еще минуту копался в словаре, соображая, как правильно построить фразу и задать свой вопрос.

– Сколько? – спросил он.

Продавец задумчиво почесал переносицу.

– Не волнуйтесь, у меня есть деньги, – добавил Крафт.

Продавец поманил иностранца за собой. Они перешли улицу, оказались во дворе жилого дома. Здесь в тесной комнате на первом этаже работал нотариус, который за пять минут состряпал генеральную доверенность на машину.

– А ты уж сам номера получай, всё сам.

Наконец в кармане Крафта очутилась нужная бумага, а в кармане продавца – деньги.

– Еще чего надо? Я достану, скажи только.

Крафт прицелился пальцем в фонарный столб и сказал:

– Пуф, пуф.

– Пистолет?

Крафт покачал головой и прицелился в столб двумя пальцами.

– Автомат? Ружье? Это дорого.

– Да, да. – Крафт повторил свою любимую фразу: – Не волнуйтесь, у меня есть деньги.

– Ну, без денег такие дела никто не делает. – Продавец, понизив голос, заговорил хриплым шепотом: – Сейчас решим вопрос.

Сели в машину и через полчаса оказались на городской окраине возле вросшего в землю крошечного дома. Продавец отвел Крафта на задний двор, обнесенный забором, что-то прошептал и пропал. Вернулся через полчаса с патронташем и ружьем двенадцатого калибра, выпущенным Тульским оружейным заводом пятьдесят лет назад.