Побег с Лазурного берега - Антон Леонтьев

Майкл удостоверился, что обитатель трущобы мертв – кто-то засадил ему в сердце нож.

– И ради чего мы притащились сюда? – усмехнулся Майкл. – Босс, если кто-то и пришил этого субъекта, то нам-то какое дело?

– Его пришил я! – с гордостью ответил «шестерка», явно ожидая похвалы со стороны Лоретти и Майкла. – Он давно мне глаза мозолил. Сразу видно – чего-то очень боялся и скрывался от полиции.

– Чего именно он боялся, мы теперь точно не узнаем, – ответил Майкл и накрыл мертвеца грязным стеганым одеялом.

«Шестерка» поманил их согнутым пальцем, Лоретти и Майкл оказались на импровизированной кухне – примус, закопченный чайник, несколько тарелок и бокалов.

– Я сразу понял, что этот тип замышляет какое-то преступление, – сказал «шестерка». – Пришлось, перед тем как убить, немного его помучить. Мужик оказался жидким и почти сразу все выложил. Тогда я сразу позвонил вам, босс!

Он отбросил с пола выцветший полосатый коврик, и Майкл увидел люк, который вел в подвал. «Шестерка» схватился за железное кольцо и потянул на себя тугую дверцу. Обнажился черный квадрат. «Шестерка» услужливо протянул Майклу фонарик.

Майкл первым шагнул по лестнице вниз. В лицо ему ударил едкий запах. Подвал представлял собой крошечную комнатку: на цементном полу лежал тюфяк, в одном углу стоял ночной горшок, а в другом...

Майкл присмотрелся и увидел скорчившуюся детскую фигурку. Бросился к ней и понял, что ребенок мертв не меньше четырех, а то и пяти суток. Лицо малыша Майклу было хорошо знакомо – его можно было найти в каждой газете, на любом телевизионном канале.

– Джонни, сын сенатора Лифердейла! – воскликнул потрясенный Майкл.

– Именно, – кивнул присоединившийся к нему Лоретти. – Этот сукин сын, что лежит наверху, и был похитителем. Он заслужил смерть. К тому же он посмел осуществить похищение, не испросив моего разрешения, а подобное, ты сам знаешь, Майки, карается смертью.

– Что произошло с ребенком? – спросил Майкл.

Лоретти пожал плечами:

– Ну, теперь мы уже не узнаем. Скорее всего, умер еще до того, как похититель получил выкуп. Но важно не это.

Они покинули подполье, поднялись в комнату. «Шестерка» с готовностью вытащил из-под кровати, на которой лежал мертвец, большой старый кожаный чемодан. Раскрыл его, и Майкл увидел пачки долларов.

– Выкуп! – взвизгнул «шестерка». – Босс, я сразу это просек! Тут все три миллиона!

– Ты бы мог их присвоить, но позвонил мне... – в задумчивости произнес Лоретти. – Ты мне нравишься и обязательно получишь награду.

«Шестерка» расцвел, Сид подошел к нему, прижал к себе и похлопал по спине. В руке Лоретти мелькнуло лезвие ножа, и он всадил его в шею «шестерки». Тот, вскрикнув, обмяк. Лоретти опустил тело на пол.

– Вот и твое вознаграждение, – произнес он, плюнув в лицо покойнику. – А то, ишь, вообразил, что я отдам ему половину и сделаю одним из своих помощников. Он сделал свое дело, привел нас к трем миллионам. Спи с миром!

Майкл уже давно убедился в том, что Сид Лоретти не соблюдает то, что проповедует, – он не был ни честен, ни справедлив, ни милосерден. Единственной ценностью для него являлись деньги.

– Майки, здесь три «лимона»! – захохотал Лоретти. – И, клянусь, ты получишь из них пятьсот тысяч. Нам не пришлось самим ничего делать и руки марать – денежки свалились нам на голову с неба. Такое я люблю!

Они переложили деньги из чемодана в мешки, валявшиеся под кроватью, и погрузили их в багажник машины. Майкл и Лоретти вернулись в особняк.

– А теперь, Майки, тебе предстоит грязная работенка, – сказал Лоретти. – Ты должен позаботиться о том, чтобы никто и никогда не нашел тел. Ни похитителя, ни «шестерки», ни сынка сенатора. Ты знаешь, что надо делать!

Майкл вернулся в Бронкс, упаковал три трупа в пластиковые мешки, под покровом ночи погрузил их в багажник. Он сбросит их в океан, и дело с концом. Выбрав тихое местечко, заглушил мотор и вышел из салона. Майкл находился около старой насосной станции. Взвалив мешок с телом «шестерки» на спину, он подошел к лодке, что была привязана к пирсу.

Внезапно замелькали блики от фонариков, послышались голоса – полиция совершала рейд. Когда копы исчезли, Майкл поднялся на насыпь, где оставил машину, и вытащил мешок с телом похитителя.

– Не двигаться! – услышал он повелительный голос. – Осторожно опусти то, что ты вынул из багажника, и подними руки вверх. И без шуток, иначе мы будем стрелять!

Майкл криво усмехнулся – надо же, попался, как сопливый мальчишка! Он исполнил требование полицейских, которые, увидев одинокую машину, сообразили, что кто-то прибыл на насосную станцию для того, чтобы осуществить преступление или устранить его следы.

Один из полицейских держал Майкла на прицеле, другой подошел к багажнику и, заглянув внутрь, присвистнул:

– Да у него здесь целый морг! Два трупа, завернутые в пластиковые мешки.

– И еще один он отнес к воде, – добавил напарник. – Итого три. Что ж, мистер, кажется, тебе светит электрический стул.

Полицейский раскрыл один из мешков и в ужасе отшатнулся.

– Господи, да ведь это Джонни Лифердейл, сын сенатора! Мертвый!

Полицейские арестовали Майкла и доставили его в участок, куда менее чем через четверть часа прибыли представители ФБР, заявившие, что расследование похищения сына сенатора – их прерогатива.

Майкла перевели в тюрьму Райкерс, где когда-то сидел его отец. Первым делом Майкл потребовал своего адвоката, который не заставил себя долго ждать. Он работал исключительно на Сида Лоретти и его людей, специализируясь на отмазывании грабителей, убийц и вымогателей от тюрьмы.

Два агента ФБР обрабатывали Майкла по полной программе, запугивая его и склоняя к чистосердечному признанию, когда появился адвокат – статный, седой, в черном костюме-тройке, с большим опаловым перстнем на безымянном пальце левой руки и с кейсом из крокодиловой кожи.

– Мой клиент отказывается от каких бы то ни было заявлений, – провозгласил он.

Майкл знал, что этот тип – лучший адвокат на всем Восточном побережье. Благодаря своему хитроумию и знанию лазеек в законах он вытащил из безнадежных, казалось бы, ситуаций не одну дюжину ребят Сида Лоретти: не все оказались сразу на свободе, многие предстали перед судом, но получили далеко не самые суровые сроки. А двум он спас жизнь, сумев сделать так, что они не были приговорены к смертной казни.

Адвокат получил возможность побеседовать с Майклом наедине.

– Мистер Беннет, – заявил он, – вам не о чем беспокоиться. У обвинения имеются только три трупа, но у них нет ни единого доказательства того, что вы причастны к похищению сына сенатора Лифердейла.

– Лучше скажите: каковы мои шансы выйти до конца недели на свободу? – спросил Майкл.

Адвокат вздохнул.