Крест - Ингар Йонсруд

— Об этом ты должен спросить своего бога. Это он послал тебя в Сульру, ответил пискляво пастор.

С этими словами он вышел из гостиной. Маргарет тут же выпучила глаза, видимо, она все слышала.

— Папа? — прошептала она. — Он нас убьет?

Леонард попытался улыбнуться.

— Нет, дочка. Он просто у нас прячется, но это на некоторое время. Скоро он нас отпустит.

— Но он же сказал, что ты должен молиться, пока еще осталось время.

— Ты разве не слышишь, сколько он молится? Он христианин. А христиане не убивают. Это же одна из десяти заповедей.

По лицу Маргарет было ясно, что его слова ее не убедили. Вдруг дочь подняла голову. Ноздри расширились, и она нахмурилась.

— Чем он там занимается?

Леонард тоже его почувствовал. Запах пропана. Он что, включил газовую горелку? Но был и другой — горький, химический. Похож на медицинский.

Услышав шаги, Маргарет вернулась на диван.

— Ну вот. Принцесса проснулась, — пастор вошел и освободил запястья Маргарет от веревок. — Ты замерзла? — спросил он, потерев ей спину. — Дети не должны мерзнуть, — сказал он Леонарду, словно это была его вина.

— Сколько у тебя бензина в машине? — Глаза пастора уже не бегали, и голос звучал так, словно разговор был о погоде. За внешним фанатизмом с молитвами и стенаниями Леонард увидел и другую сторону личности пастора — аналитическую и целеустремленную. Осознание этого напугало Леонарда. Такие люди опасны. У таких людей есть план. И они заметают за собой следы.

— Не знаю.

— Тогда пойду сам посмотрю.

Пастор повесил ружье на плечо и положил руку на локоть Маргарет.

— Ты пойдешь со мной. Нужно принести еще поленьев для топки.

Леонард перевернулся набок и прополз вперед. Мимо камина к тому месту, где молится пастор. Конверт пастора был открыт, в нем лежали документы и книга. На конверте был написан адрес — кажется, отделения полиции в городе. Внутри — билеты на поезд, какие-то купюры, а книга — старое издание гида по Европе «Lonely Planet^[19]». Леонард взял первый попавшийся документ из середины стопки, и с улицы раздался приглушенный звук мотора. Если бы ему только удалось написать записку и прикрепить к оконному стеклу, кто-то бы мог ее увидеть. Сюда в глушь забредает не так много людей, но случается, что некоторые любители погулять на природе проходят мимо их двора. Иногда к ним заглядывает почтальон, несмотря на то что почтовый ящик стоит внизу у дороги. Особенно по субботам, когда у работника почты больше времени. А суббота как раз будет завтра.

Леонард подполз к камину и стал водить внутри чугуна пальцем, пока он не покрылся толстым слоем сажи. На листке из конверта пастора написал: «Помогите. Не входите. Позвоните в полицию».

Мотор на улице резко заглох, а снег захрустел под быстрыми шагами. Леонард откатился к стене, и, сев к ней спиной, скомкал бумажку в руке.

— Там кто-то идет!

Маргарет, споткнувшись о порог, уронила дрова на пол, и пастор подтолкнул ее к дивану.

— Вы что, ждете гостей? — К нему вернулись бегающие глазки.

Леонард покачал головой.

— Вообще-то ждем, — тонким голосом произнесла Маргарет. — Туру.

— Туру?

У Леонарда перехватило дыхание.

— Подруга моей дочери, — быстро сказал он. — Если ты меня развяжешь, я поговорю с ней. Сделаю так, чтобы она ушла.

Пастор принес нож и разрезал веревки. Леонард потер запястья и показал пастору, как натянул рукава свитера на кисти рук, чтобы не было видно синяков. В коридоре он снял с крючка шапку, чтобы прикрыть опухшую голову.

Пастор скинул с плеча ружье и направил дуло на Маргарет.

— Бог все видит, — сказал он Леонарду.

Дневной свет был таким ярким, и он невольно зажмурился. Похолодало, и шел легкий снег. На Туре были военные штаны и толстый черный, достающий до середины бедра вязаный свитер с белым кругом на груди. В руках она держала Долли, кошку Леонарда и Маргарет.

— Я увидела ее у дороги. Черт, да она просто кожа да кости. Вы что, не кормите свое животное? — Тура опустила кошку на землю, и Долли, взбежав на лестницу, стала тереться о ногу хозяина.

— Женщина-дракон дома? Мы собирались сегодня тренироваться. — Тура сплюнула, словно ее рот был полон масла, а в руке она держала факел.

Леонард бледно улыбнулся.

— Извини, Тура. Надо было тебе позвонить. Маргарет уехала в Англию к семье на каникулы. Я забыл, что вы собирались встретиться.

— Вот как? Ну ладно, передавай ей привет. Ну зайти-то мне можно, или как? Чашку кофе ты мне нальешь перед тем, как мне идти весь этот адский путь до дома? А лучше пива. — Она подмигнула.

Сердце Леонарда бешено заколотилось.

— Слушай… было бы здорово, но, честно говоря, сейчас не самое подходящее время. Ко мне вчера приходили приятели… и мы немного выпили, если можно так сказать. В общем, я сегодня не в лучшей форме.

— Я вижу, что у тебя похмелье. Ты же бледный как смерть. — Тура скорчила хитрую гримасу. — К тебе ведь не приходила женщина? А то мать приревнует.

Леонард не успел ответить, как она засмеялась.

— Да я просто прикалываюсь. Можешь трахаться со всеми вокруг, мне какое дело. Только не зарази мать герпесом, ладно?

— За это можешь не беспокоиться, — сказал он кротко. Ступни закололо как иголками, и он вдруг испугался, что упадет в обморок.

— А что у тебя с пальцем?

Леонард вздрогнул и посмотрел на палец — тот был весь черный от сажи.

— А, это. Да просто зола попала.

— Поняла. Никакого пива и никакой тусы. Ну ладно. Увидимся, — попрощалась Тура и развернулась.

— Эй, — сказал Леонард. — Сможешь взять Долли? Я уезжаю на выходные, а одной ей тут находиться не очень-то. Уж точно не сейчас, когда опять похолодало. — Он присел на корточки, и стал гладить Долли по шейке под ошейником, пока она не замурлыкала.

— Ты уверен? Я тоже одна дома. Мать с братом поехали кататься на каких-то там лыжах в Швецию.

Леонард кивнул.

— Давай ей немного паштета, и все. Маргарет очень обрадуется, если ты за ней присмотришь.

— Пошли, котейка, — сказала Тура. Долли, словно удивившись, стала крутиться вокруг себя. Леонард подтолкнул ее ногой.

— Иди уже, — сказал он, и Долли мяукнула. — Ну иди же, глупое ты животное. — Леонард толкнул ее чуть сильнее. Долли обиженно на него покосилась и убежала.

Поднимаясь по ступенькам, он опирался на перила. Найдет ли Тура записку, которую он засунул под ошейник Долли? Он уже собирался шагнуть во тьму дома, как вдруг услышал удар по окну в гостиной и скрип петель. Тура, видимо, тоже это услышав, обернулась.