Комната смеха - Анна Данилова

Ко мне подошел мой начальник, холеный, лощеный, красивый и холодный, как кусок льда в стакане мартини.

– Привет, Валентина, рад тебя видеть в добром здравии… Я знаю, что с тобой произошло, но не бери в голову… Главное, что ты здорова, а все остальное – выброси из головы. Я выписал тебе премию и хочу тебя заверить, что, как только ты поправишься, сможешь сразу же вернуться на свое рабочее место…

– Спасибо. А вы не видели случайно ключ от моего стола? Мне бы хотелось кое-что забрать, книги, некоторые документы, диски…

– Насчет ключей обращайся к Герману, он по этой части волшебник, сама знаешь…

Я знала, что наш компьютерщик Герман волшебник не только по части пропавших ключей, но и во многих других отношениях. Сколько раз он спасал тексты и таблицы, считавшиеся уже потерянными. Он творил прямо-таки чудеса, выискивая в останках сгоревших винчестеров нужные файлы. Все его у нас в фирме просто боготворили. Вот и сейчас он понадобился мне, чтобы попытаться открыть ящик письменного стола, а заодно я хотела попросить его дать мне напрокат новую версию моей любимой игры «Живые человечки». Я знала, что у него есть пусть и пиратская, но качественная копия этой игры, он звонил мне домой, говорил об этом. Звонил в тот самый день, когда погибла Анна Майер. Может, он и приходил, но, увидев милицейские машины возле подъезда, вероятно, так и не решился подняться и позвонить. Я отправилась искать его по кабинетам и этажам. Мне отвечали, что он был, что должен где-то быть, но прошло уже полчаса, а Германа я так и не нашла. Я заглянула в кабинет своего начальника. Он мирно и с наслаждением курил, глядя в окно. Увидев меня, опустил ноги со стола, извинился и, склонив голову набок, уставился на меня своими холодными глазами, как бы спрашивая меня, зачем я пришла и что мне, собственно, от него нужно.

– Я ищу Германа…

– Думаю, он еще в буфете. Да, он точно в буфете, я его видел там совсем недавно… Подожди, не уходи, Валентина. Раз уж ты пришла ко мне, могу я тебя спросить? Присядь…

– О чем? – Я уже успела пожалеть, что заглянула к шефу.

– Они нашли его?

– Нет. – У меня внутри все похолодело. Извинившись, я буквально вылетела из кабинета. Спустилась в бухгалтерию, получила деньги и неожиданно в коридоре столкнулась нос к носу с Германом. Высокий, крупный, полноватый Герман, увидев меня, расплылся в улыбке. Мы всегда симпатизировали друг другу.

– Валентина, привет! Ужасно рад тебя видеть. Мне сказали, что ты ищешь меня.

– Ключ…. У меня потерялся ключ от письменного стола. Раньше он торчал прямо из замка, в ящике у меня нет ничего секретного, так, диски, конфеты… Ты не мог бы попытаться открыть его?

– Да здесь практически все ключи одинаковые… Не переживай, отопрем сейчас твои конфеты… Но перед этим я хотел бы тебе сказать кое о чем… Я звонил тебе вчера, ты же помнишь…

– Да, но в нашем доме произошел… один несчастный случай… Я здесь ни при чем…

– Я знаю, я приезжал, видел кучу милицейских машин. Я ведь шел к тебе вовсе не из-за диска. Мне надо с тобой поговорить, Валентина.

– Что-нибудь о моем увольнении? – Я не представляла себе, что с Германом можно говорить о чем-то, помимо работы и игр. Но об играх он не стал бы говорить таким таинственным и серьезным тоном. – Меня собираются сократить?

– Нет, я не об этом… Ты хотя бы что-нибудь помнишь, что с тобой произошло?

– Герман! – рассердилась я. – Тебе-то что?

– Это очень важно, потому что я кое-что нашел…

– Нашел?

Мы устроились с ним на подоконнике в самом конце коридора, Герман угостил меня сигаретой и снова спросил, помню ли я что-нибудь из того дня, когда убили Баську.

– Если честно, то ничего. Абсолютно. Кроме того, что я была в магазине, где покупала печенье и шоколад. Но в чем дело? Не тяни!

– И где теперь этот шоколад и печенье?

– На экспертизе, но результатов никаких… Там отпечатки только моих пальцев. Послушай, Герман, мне не хочется обсуждать с кем-либо, даже с тобой то, что произошло со мной…

– Что у тебя пропало?

– Сумка, мобильник… Денег в сумке почти не было, так, мелочь одна…

– Мобильник… Так я и знал! – Глаза Германа сверкнули, и на щеках выступил румянец. – Мобильник! Я нашел твой мобильник, я видел его! Ведь он отличается от остальных, если ты помнишь…

И я вспомнила, что Герман знал кое-что о моем мобильнике, чего не знал никто другой. Ведь именно он в прошлом декабре, накануне Нового года, скачал из Интернета рисунки к панелькам и раздаривал всем налево и направо. Мне, к примеру, он подарил цветную панельку с тропическими бабочками, а в углу сам, собственноручно вывел маркером сердце, пронзенное стрелой. Такой панельки не было ни у кого в нашей фирме. И вот сейчас он говорил нечто такое, что в корне меняло дело. Он где-то видел мой запоминающийся мобильник. Но где?

– Герман, я тебя сейчас убью… Где ты его видел? Где?

– У Фефера.

Фефер – фамилия нашего шефа. Фефер Борис Моисеевич.

– У Бориса? Но этого не может быть.

– Тогда вспоминай, может, ты оставила его у него в кабинете перед тем, как выйти в тот день отсюда?

– Герман, – я затянулась сигаретой и подумала, что мне все это снится, – ну что такое ты несешь? Как это я могла оставить свой мобильник у Фефера? С какой стати? Я что, хожу к нему в кабинет? Да я не помню, чтобы он когда-нибудь вызывал меня к себе. Вот и сегодня заглянула к нему (сама не знаю, как это получилось!) только для того, чтобы спросить, не видел ли он тебя. Понимаешь, я кожей, сердцем, всем своим нутром чувствую, что он хочет меня уволить… Да, вот еще что. Он, представляешь, спросил меня, не поймали ли того… Потом еще что-то насчет премии сказал… Герман, где именно ты видел мой мобильник?

– Говорю же, у него, но только не в кабинете, а в комнате отдыха. У него же там еще один компьютер стоит. Так вот, он стал глючить, отключается и все такое, словом, я сказал, что ему надо заменить видеокарту. Понятное дело, что я был в этой комнате, сидел долго, работал… И вдруг увидел твой телефон. Он торчал из внутреннего кармана пиджака, который висел в шкафу. Дверца была открыта, а пиджак висел не на плечиках, а на крючке, словно он повесил его впопыхах. Я увидел часть изнанки пиджака, внутренний карман… Понимаешь, телефон, как шариковую ручку, зацепили за край кармана, или же он зацепился сам. Но я увидел твоих бабочек… А как увидел, так понял, что не успокоюсь, пока не подойду и не рассмотрю поближе. Я сначала подошел к двери, чтобы убедиться, что Фефер находится довольно далеко от комнаты отдыха, и только после этого осмелился подойти поближе и даже взять в руки телефон. Валентина, это твой мобильник, даю голову на отсечение. Там же, если ты помнишь, есть сердце, пронзенное стрелой, я сам тебе его нарисовал красным маркером. Но для достоверности я просмотрел меню и, когда увидел слово «Mama» и соответствующий ему длинный номер с кодом 3832, заглянул в свою записную книжку и обнаружил, что это код… Новосибирска. Ведь твоя мать живет в Новосибирске?