Игра в убийство - Наталья Александрова

– Да, вы уж простите, но я пораньше пришла. У меня заказ был тут неподалеку, ну, я быстренько там управилась, да и думаю – зайду пораньше.

– Ну да, – хозяин взглянул на часы, – мне сказали, что вы только к часу придете.

Надежда тоже посмотрела на часы – было без десяти двенадцать. Она решила, что вполне управится до часу.

Мигом обежав небольшую однокомнатную квартирку, она решила начать с комнаты.

– Ой, что же это тут случилось? – тараторила она, собирая разбросанные вещи, задвигая ящики, укладывая на полки в шкафу белье и одежду. Особенно она не присматривалась – ясно, что обыск в квартире был произведен тщательно, ей тут ловить нечего. – Ну как же можно такое допустить? – укоризненно бухтела она. – Вы с виду мужчина аккуратный, симпатичный, как же можно так с квартирой обращаться…

– Да не моя это квартира, – с досадой отозвался хозяин, – жены бывшей. В аварию она попала.

– В больнице теперь? – встряла Надежда.

– Ага, на кладбище…

– Да что вы говорите? – Надежда выпустила из рук ящик, он упал на пол с грохотом снежной лавины. – Ой, простите, простите меня, это от неожиданности…

– Да чего уж там… – Мужчина подошел, чтобы поднять ящик, и Надежда уловила исходящий от него явственный запах спиртного. Ясно: сидит тут в одиночестве и наливается коньяком, поскольку больше заняться нечем.

Надежда решила воспользоваться сложившейся ситуацией. Быстро распихав вещи по шкафам, она смахнула пыль, протерла подоконник и кое-как подмела пол. После чего переместилась на кухню.

Там также все было вывалено из шкафчиков, плюс в раковине кисла гора грязной посуды. Ох уж эти мужчины!

– Вас как зовут? – На хозяина, надо думать, произвела впечатление быстрота, с которой она навела порядок в комнате.

– Надежда… – Только сказав это, она сообразила, что зря назвалась своим настоящим именем.

– А меня – Владимир. Владимир Владимирович Симаков.

– А я знаю, – ляпнула Надежда и тут же вывернулась: – Вы, когда заказ делали, полностью представились.

– Ну да, – он сел на освободившийся стул, с которого Надежда в последний момент убрала сломанный тостер, – вы извините, что я выпивши. Никогда этим делом не увлекался, а как узнал про Алину – так никак успокоиться не могу. Тянет что-то и тянет вот тут, – он потер левую сторону груди.

– Ой, вам тогда пить не надо! – всполошилась Надежда. – Лучше я вам чаю сделаю!

К тому времени, как вскипел чайник, она успела протереть стол и распихать по шкафам посуду и кастрюли. Рассыпанную крупу и осколки чашек замела в пакет для мусора.

Чай нашелся у Алины только в пакетиках, Надежда нашла еще нетронутую пачку кускового сахара, черствый батон и засохший кусок сыру, а в холодильнике – два яйца.

– Ну, это мы мигом! – сказала она, и вот уже на сковородке жарятся гренки.

Симаков положил в чай три куска сахара и налил туда же солидную порцию коньяка. Предложил и Надежде.

– Боже упаси! – замахала она руками. – Я же на работе нахожусь! Если начальство мое узнает, что я тут с вами коньяк пью – уволят тут же! У нас с этим строго! А вы не стесняйтесь, пейте, раз уж такое дело, надо стресс снять, все-таки не каждый день жены в аварию попадают со смертельным исходом.

– Убили ее, – Симаков одним глотком выпил полстакана чая и долил коньяка, – так в полиции сказали, что авария подстроена была, в чужую машину ее посадили, угнанную…

– Убили? – Надежда всплеснула руками. – Да что же это, да как же это, да за что?

– Сам не знаю, – Симаков снова отхлебнул чаю, – вот вроде жили мы неплохо, а только ей все не то. Скучно, говорит, мне в провинции, у тебя, говорит, бизнес, а мне что делать? Я, говорит, хочу сама что-то совершить, а не в твоей тени все время находиться. Ну, слово за слово, так мы и разошлись. Уехала она, сначала в Москву, потом сюда. Как уехала – так больше к нам в Заволжск и не показывалась. Я даже и не знал, что она наладилась к Славке Самарину в кинокомпанию эту, будь она неладна совсем!

– А кто это – Самарин? – подбросила Надежда наводящий вопрос.

– Самарин… – вдовец долил в стакан еще коньяку, – Самарин… подлец он и больше ничего! Подлец и гадина!

И стукнул кулаком по столу так, что Надежда испугалась, что он опьянеет раньше, чем она узнает что-то полезное. Она придвинула ему тарелку горячих гренок.

– Извините меня, – опомнился Симаков, – все это так на меня повлияло… Снова все думаю и думаю про ту историю. Говорил же ведь я Алине, чтобы не вздумала обращаться к Славке! Еще удивительно, что он ее на работу взял, когда узнал, что она моя жена. Учитывая, как мы с ним расстались…

– А вы друзьями были? – снова задала Надежда наводящий вопрос.

– Ну да, в одном классе учились, потом в одной компании тусовались…

Симаков замолчал, глядя куда-то вдаль. Надежда украдкой взглянула на часы. Время неумолимо бежало к часу дня. Скоро явится настоящая уборщица, и придется ей уходить. Ей захотелось стукнуть Симакова по затылку, чтобы не мямлил, а начинал наконец рассказывать, в чем там было дело. Тут он встрепенулся и повернулся к Надежде.

– Садись, – сказал он, доливая в свой стакан еще коньяку, – слушай.

Надежда посмотрела ему в лицо и увидела, что глаза у него совершенно стеклянные – видно, что здорово пьян. Симаков выпил еще и начал говорить – монотонно, глядя в одну точку. Надежда вся превратилась в слух.

– Значит, было это лет двадцать пять назад. Мы как раз школу окончили, кто-то учиться поступил, кто-то – работать. Но летом все дома были. Развлекались, конечно, как могли. Места у нас красивые, погода стояла – как по заказу. Компания вроде дружная была, человек десять. Мы со Славкой, Сашка Ратников, еще парни, девчонки. И была там одна – Лена Волкогон. Красивая очень, многие на нее поглядывали, но она никого не отличала. То есть играла с нами – то с одним кокетничает, то с другим. Так, в общем, ничего серьезного. Мне подружка ее, Галка, как-то проговорилась, что она нас, ровесников, за серьезных людей не считает. Вот уедет в большой город – там себе равного найдет. В таком вот духе. Ну, я-то сразу понял, что мне это не нужно, девчонок вокруг много, на Ленке свет клином не сошелся. А Славка здорово на нее запал. И вот поехали мы как-то на лодках большой компанией, с палатками. День рождения у Сашки Ратникова как раз был. Ну, выпили, конечно, прилично, купались. А Славка все возле Лены крутится, мне еще накануне сказал – я, говорит, ее непременно в этот раз трахну. Не позволю со мной динамо крутить. Ну, помню, я еще подначил его – ничего у тебя с Ленкой не выйдет, не даст она тебе, у нее настрой другой. Короче, выпили мы крепко, я в палатке заснул, а утром просыпаемся – нет Ленки.

– А Славка? – не утерпела Надежда.

– А Славка спит. Стали искать – по лесу бегали, потом на берегу кто-то заметил, как будто что-то тащили. Галка побежала туда, да как заорет! Ленка в камышах уже мертвая, синяя вся…