Охотницы за привидениями - Татьяна Полякова

— Вопрос прежний, — вздохнула я. — Кому всеэто нужно? После вчерашнего я была уверена, что кто-то желает извести ЛьваНиколаевича. Тогда при чем же здесь Олег? Если все было так, как предполагаетЖеня, значит, отравили его вовсе не по ошибке, а совершенно сознательно.

— Выходит, он увидел что-то, чего не должен былвидеть, — изрек Руслан. Мы переглянулись.

— Графин исчез, — подумав немного, напомнилаЖенька. — Когда мы нашли Олега, он стоял на столике, я это точно помню,потому что подумала: «Не худо бы коньяка для бодрости духа». — При этихсловах я поежилась, я и раньше-то коньяк не жаловала, а уж теперь никакие силыменя не заставят его пить. — Из комнаты мы вышли вместе. Ты все это времябыл со Львом Николаевичем, мы с Анфисой. Остается прислуга, Олимпиада иМстислав.

— Почему? Есть еще привидение, — со вздохомнапомнила я.

— Вот что, — внезапно потеряв интерес к разговору,заявил Руслан. — Завтра утром прибудут мои ребята, с этим дурацкимотравлением разберемся. Дом не покидайте. Дверь и окна держите запертыми. Всеясно?

— Еще бы, — хмыкнула Женька, и мы поплелись ксебе.

— Он нас подозревает, — жаловалась я. — Иправильно делает, между прочим. Нормальные люди сразу бы уехали.

— Кто ж нам теперь разрешит уехать? — вздохнулаЖенька. — Нет, голуба моя, сидеть нам в этом чертовом замке до полногопрояснения.

Вернувшись в комнату, я обратила внимание на сотовый, позабывчивости оставленный мною на кровати. За время нашего отсутствия былзвонок. Я подумала, что это Ромка, и позвонила мужу. Оказалось, он только чтовернулся с дежурства и позвонить мне еще не успел. Мне большого труда стоилоутаить от него происшедшее с нами несчастье. Если б не подружка, я б, конечно,проболталась, но Женька все это время сидела рядом и строила мне зверскиефизиономии, потом отобрала телефон и позвонила Людке Сергеевой. У нее были длянас новости, она-то как раз и звонила полчаса назад.

— Фонд ваш — бандитская лавочка, — с места вкарьер заявила Людка. — Бабки сумасшедшие, и люди серьезные. Бесплатныйсовет: держитесь от всего этого подальше. Впрочем, это я зря, вы с Анфисойточно мухи — где дерьмо, там непременно вы.

— Спасибо, — только и смогла сказать я.

— Нельзя ли поподробней? — совершенно не обращаявнимания на слова подруги, попросила Женька.

— Кабы можно было знать подробней, фонд этот давно быприкрыли.

— Да-а… Что, совсем ничегошеньки? И никаких интересныхисторий, убийств видных деятелей и тому подобное?

— Деятелей там полно, но, к сожалению, всеживы-здоровы. У председателя фонда…

— Илларионова? — подсказала Женька.

— Да, у него, был шофер. Не знаю, какой он водила, ноумные люди утверждают, что киллер он был профессиональный. Год назад погорел наглупости, очень похоже, что его подставили. Что-то они в своей лавочке неподелили, и парня сдали. Конечно, все это слухи, за достоверность ручаться немогу. Одно точно: парень сбежал и, очень может быть, захочет поквитаться.Соображаете? В общем, сваливайте оттуда в хорошем темпе.

— А как зовут парня? — торопливо спросила Женька.

— Вот только мне и забот, что с киллерамизнакомиться, — съязвила Людка и отключилась.

— Не в духе, — пожала плечами Женька. — Ачего бы проще узнать. Вот ведь характер…

— Может, Ромку попросить? — предложила я.

— Да заколебала ты своим Ромкой, без него обойдемся…Слушай, надо Сашке позвонить, менту, что твою машину искать обязан. У тебя еготелефон есть? Заодно про «Фольксваген» спросим.

— Ты ему сейчас звонить будешь? — разозлилась я.

— Можно и завтра.

— Можно. Только про «Фольксваген» он сам ничего незнает, были бы новости, давно бы позвонил.

— Тем более должна быть от него польза, спросим прокиллера.

Я только головой покачала, все-таки Женька ненормальная.

Мы легли спать, все равно от нашего бдения толку не былоникакого. Лишь только голова моя коснулась подушки, под окнами раздался крик, азатем и выстрел. Я подпрыгнула от неожиданности, а Женька бросилась к окну, но,коснувшись рукой рамы, вовремя передумала и, жалобно глядя на меня, прошептала:

— Что делается…

В доме послышалось движение, а я, осторожно приблизившись,чуть приоткрыла раму. До меня донесся голос Руслана, он кому-то грозновыговаривал, но слова разобрать было невозможно.

— Что случилось? — крикнула я и даже рискнулавысунуться.

Мне не ответили, а вскоре голоса стихли. Взглянув друг надруга, мы с Женькой, накинув халаты, спустились вниз. По дороге встретилиОлимпиаду, она была здорово напугана и, как и мы, понятия не имела, чтопроизошло.

В кухне горел свет, и мы направились туда. Через минутунашим очам предстала довольно странная картина. Двое охранников (Володя,доставив Олега в больницу, сразу же вернулся) сосредоточенно хмурили лбы, аРуслан бинтовал руку Льву Николаевичу, который сидел возле окна, глядя куда-тов пол, и производил впечатление невменяемого.

— Кто стрелял? — спросила Женька.

— Я, — ответил Руслан. — Напугал? Все впорядке, отправляйтесь спать.

— Да что случилось-то? — охнула Олимпиада.

— Ник взбесился, — хмуро заявил Руслан. — Мыбыли в саду, Лева хотел его погладить, как вдруг он бросился на него, Левауспел рукой загородиться… — Руслан кивнул на руку хозяина, на которую толькочто наложили повязку. — Я с перепугу и выстрелил.

То, что Руслан выходит на прогулку с пистолетом, меня неудивило, но вот то, что Ник бросился на хозяина… Как-то в это не верилось.

— Вызвать врача? — тревожно спросила Олимпиада,глядя на своего воспитанника.

— Не надо, — покачал он головой. — Ранапустяковая. Руслан уже все сделал… Не пойму, что на него нашло. —Последние слова судя по всему относились к Нику. Руслан и оба охранника разомнахмурились и переглянулись. Лев Николаевич поднялся, намереваясь отправиться ксебе, и тут в кухне появился Мстислав. Сначала никто не обратил на неговнимание, и только когда он громко воскликнул: «Лев!» — мы дружно оглянулись иувидели его в дверях кухни.

— Что с твоей рукой? — перешел на истерическийвизг Мстислав.

— Собака укусила, — спокойно ответил Руслан.