Простым ударом шила - Сирил Хейр

— Многим другим вещам? Каким?

Простой вопрос Петигрю вызвал у нее странную реакцию. От былой собранности и четкости выражения мыслей не осталось и следа. Мисс Браун выглядела неуверенной и даже смущенной. Уставившись на носки своих туфель, она, почему-то покраснев, невнятно пробормотала:

— К любви… замужеству… вообще всему… Сейчас все это уже не имеет никакого значения.

Она встала, чтобы уйти.

— Подождите минутку, — попросил ее Петигрю, тоже вставая со стула. — Мне хотелось бы выяснить кое-что еще, чего я до сих пор никак не могу понять. Буквально перед моим отъездом в Истбери вы сказали мне, что собираетесь присоединить свои оставшиеся отпускные дни к рождественским каникулам, после которых вряд ли сюда вернетесь. Я, само собой разумеется, подумал, что это связано с вашим намерением выйти замуж. Теперь это выглядит совсем иначе. Так почему же вы так хотели уехать отсюда?

— Я не хотела оставаться здесь без мисс Дэнвил, — грустно ответила она.

— Это было единственной причиной?

— Разве одного этого недостаточно? Разве для этого обязательно нужна какая-нибудь иная причина?

Наконец-то мисс Браун начала заметно терять над собой контроль: в ее голосе зазвучали явные нотки отчаяния, лицо сильно побледнело, глаза наполнились слезами, готовыми вот-вот хлынуть по щекам… Двумя широкими шагами Петигрю обошел стол и встал прямо напротив нее:

— Значит, этой причиной был я? Вы хотели уехать из-за меня?

Он взял ее за руку. Карандаш, который она не успела положить в блокнот, нелепо торчал между их переплетенными пальцами.

— Пожалуйста! Пожалуйста, не надо! — чуть не плача, проговорила она. — Вы сделаете мне только хуже. Прошу вас, отпустите меня!

— Элинор, послушайте, — быстро заговорил он. — Я не молод, я не очень привлекателен, я неудачник, я своенравен и по-своему причудлив, я люблю глупые розыгрыши и не против хорошо выпить, я абсолютно не гожусь в мужья любой женщине, не говоря уж о девушке вашего возраста, но, черт побери, будь я проклят, если допущу, чтобы хоть кто-нибудь считал, будто вы сбежали отсюда только потому, что я был к вам равнодушен! Я хочу вас и хочу, чтобы вы были здесь. Если вы отсюда уедете, то уедете с моим проклятьем на вашу голову, и я торжественно обещаю вам, что использую все свои обширные связи в министерстве труда, чтобы вас немедленно направили на гражданские работы в какой-нибудь самый захудалый госпиталь для безнадежных алкоголиков. Итак, что вы на это скажете?

— Фрэнк, — через некоторое, и довольно значительное, время спросила Элинор Браун, — когда вы впервые поняли, что любите меня?

— Честно говоря, точно не знаю. Думаю, когда инспектор Маллет недавно поделился со мной чем-то своим. Вот тогда-то я и призадумался…

Мисс Браун засмеялась тихим довольным смехом.

— Значит, это инспектор Маллет сказал вам, что меня зовут Элинор?спросила она.

— Нет, не он. Вообще-то этот страшный секрет открыл мне инспектор Джеллаби. Наши полицейские просто чудо, как вы считаете?

Внезапно зазвонил телефон. Мисс Браун сняла трубку.

— Это старший инспектор, — сказала она Петигрю. — Он требует вас к себе. Немедленно. Что ему ответить?

— Скажите ему, — со счастливой улыбкой проговорил Петигрю, — чтобы он катился… к своим взрывателям…