Ключ Гермеса Трисмегиста - Наталья Александрова

– Пусть так, – Рафик Самвелович на мгновение прикрыл свои выразительные глаза, – мой человек оказался не на высоте. Но это – мой человек, и только я могу решать, наказать его или нет. Я, и только я, могу приказать его убить или наградить! Ты превысил свои полномочия, а я не могу позволить, чтобы здесь распоряжался кто-то, кроме меня. Это моя территория.

Лицо рябого сейчас больше чем когда-либо напоминало попорченную временем античную маску, все шрамы и морщины были отчетливо видны. В душе его бушевала буря. Этот жалкий удельный князек возомнил себя невесть кем, он думает, что обладает тут, в этой дыре, неограниченной властью. И выставляется перед своими бандитами – говорит красиво, играет густым бархатным голосом, и жесты такие, будто перед зеркалом выступает.

Зеркало! Зеркало Мертвеца! Как бы оно сейчас пригодилось ему! Если бы дух, которого видел он в этом зеркале, согласился ему помочь… в последний раз… Но нет, связь прервалась. Неужели он погибнет здесь, так ничего и не достигнув?

Рябой человек поднял скованные руки и заревел:

– Ты! Ты! Помоги мне!

Это было так неожиданно, что Рафик Самвелович на секунду застыл на месте, удивленный, его телохранители действовали быстрее, они тотчас повисли на руках у рябого. И ослабили бдительность, поэтому не заметили опасности.

Мелькнула черная тень, раздались два тихих выстрела, словно кто-то откупорил две бутылки вина, и руки телохранителей ослабли. Рябой скосил глаза и увидел, что одна пуля попала в грудь левому мужчине, а другая пробила горло правому. Коренастый, его сопровождающий, выскочил из своего угла и палил уже в ту сторону, откуда были сделаны выстрелы. Но пули его никого не поразили, потому что там было пусто. Зато из другого угла вылетела пуля и попала коренастому в правую руку. Он выронил пистолет и схватился за плечо, чертыхаясь.

Рябой не стоял столбом, он был готов к такому повороту событий – не зря призвал он того, кто общался с ним при помощи зеркала Мертвеца. Один из телохранителей умер мгновенно, ничего не поняв, второй еще дергался, в то время как кровь толчками выходила из перебитого горла, а рябой уже отбросил от себя двоих мужчин и устремился к дивану, на котором сидел Рафик Самвелович. Но ему мешала цепь, сдерживавшая ноги, поэтому двигался он недостаточно быстро, и когда добрался до дивана, там уже никого не было.

Рафик Самвелович, несмотря на дорогой итальянский костюм и отличную стрижку, не утерял былых навыков. Реакция у него была отличная, так что он сразу же оказался за диваном. И выстрелил оттуда, но не попал ни в кого, потому что метил не в рябого, а в неизвестного с пистолетом. Рябой же, не боясь пули, перекатился за диван и ударил Рафика головой. Тот не сумел отклониться, потому что было мало места.

Удар головой оказался силен, Рафик осел было на пол, но тут же дернулся от пули, что попала в сердце.

– Хороший выстрел! – не оборачиваясь, сказал рябой.

Затем отбросил от себя недвижное тело и обернулся. Коренастый, его сопровождающий, лежал теперь на спине, глядя широко открытыми глазами в потолок, вторая пуля поразила его в сердце.

– Теперь выходи! – продолжал рябой. – Я хочу видеть твое лицо.

– Ты и так знаешь, кто я такой… – ответил ему негромкий голос.

И на середину комнаты вышел мужчина. Высокий, весь состоящий, казалось, из железных мускулов. Скуластое лицо, чуть раскосые глаза и очень светлая прямая челка, падающая на глаза.

– А, это ты… – протянул рябой.

– Ты не очень удивлен, – усмехнулся светловолосый, аккуратно свинчивая глушитель с пистолета и убирая его в карман, – ты ведь ждал помощи.

«Не от тебя», – подумал рябой, он очень не любил этого человека.

Надо сказать, светловолосый платил ему той же монетой.

– Меня прислал господин Председатель, – заговорил светловолосый после некоторого молчания, насмешливо наблюдая, как рябой пытается распутать цепь на ногах и как плохо у него это получается со скованными руками. – Господин Председатель очень недоволен тобой, – продолжал светловолосый, – он дал тебе задание, а ты не выполнил его.

– Я уже почти достиг цели, – возразил рябой, ощутив, что цепь поддается, – я знаю, у кого находится амулет.

– Ты знал это еще в Италии, – возразил светловолосый, – прошло столько времени, и ты ничуть не приблизился к решению проблемы. Ни на шаг.

– Это ты так думаешь, – возразил рябой.

– Так думает господин Председатель, – холодно проговорил светловолосый, – и он послал меня, чтобы я закончил то дело, что было поручено тебе. У тебя был шанс потрудиться на благо нашего общего дела, ты его упустил, теперь моя очередь, у меня это получится лучше.

– Ну да, – протянул рябой, – ты же родился и вырос в этой стране и только потом пришел к нам…

– Это неважно, – перебил светловолосый, – я закончу дело, тебе же надлежит явиться к господину Председателю, он сам скажет тебе, что будет дальше.

Рябой вспомнил виллу неподалеку от Неаполя, и тенистый сад, и каменный грот, и неживой, совершенно равнодушный голос, который разговаривал с ним, и свою помощницу, которая рухнула с резной скамьи на каменные плиты с пулей в затылке.

Смуглый человек с лицом, похожим на сильно попорченную временем античную маску, еле заметно вздохнул. Он знал, чем закончится его встреча с господином Председателем.

Однако он ничего не сказал, только деловито распутал цепь и встал, наклонив голову.

– Пусть будет так, – сказал он, – помоги мне снять наручники, и я расскажу тебе все, что знаю про ключ… Ты ведь понимаешь, как важно расшифровать текст Изумрудной скрижали до того, как звезды расположатся определенным образом?

– Не нужно говорить об этом здесь! – встрепенулся светловолосый. – Хоть я и очистил это место от мелких бандитов, – с этими словами он презрительно кивнул на труп Рафика Самвеловича, – все же не нужно говорить об этом здесь. Я не собираюсь тебя убивать, у меня не было такого приказа.

– Еще бы, в таком случае тебе просто не нужно было ничего делать, этот надутый индюк убил бы меня сам, – рябой пнул ногой тело и направился в угол, где лежал труп коренастого.

Он обшарил его карманы и перевернул тело так, чтобы оно оказалось ближе к столу, возле которого валялись осколки чашки тонкого костяного фарфора.

– А, вот он, ключ от наручников! – обрадованно проговорил рябой, вместе с ключом незаметно захватывая самый острый осколок. – Черт… помоги мне! – Он протянул скованные руки.

Светловолосый усмехнулся и взял ключ, сунув пистолет в карман. Как только с рук рябого упали наручники, он в ту же секунду вонзил осколок в глаз светловолосому. От неожиданной дикой боли тот взвыл и промедлил чуть-чуть. Этого хватило рябому, чтобы вырвать у него из кармана пистолет и выпустить в него три пули.

Светловолосый упал, тело его дернулось и затихло. Рябой наклонился, внимательно вглядываясь в единственный целый глаз трупа. Все было тщетно, светлый глаз подернулся дымкой, ничего не отражая. Без специальной подготовки зеркало Мертвеца не работает.