Хуже не будет - Владимир Колычев

– Ну да… Только все равно дорого, – мотнула головой Инга.

Не захочет она лишаться денег, который могут пойти ей во благо. Может, она и не помешана на красивой жизни, но отказываться от нее точно не станет.

– Тут есть варианты попроще, – продолжала она. – Тот же район, жилье не самое элитное, но тоже ничего… Вот, смотри, какой дом красивый! И сто ́ит вроде ничего, четыре тысячи квадратный метр… И еще отличный вариант, пятикомнатная квартира, сто восемьдесят квадратных метров. Умножим на четыре, получим семьсот двадцать тысяч у. е. Вычитаем десять процентов, получаем шестьсот пятьдесят тысяч… Ну чего лежишь, смотри, какой дом!

На ум пришел старый бородатый анекдот. «Абрам, ты спишь?» – «Нет». – «Дай три рубля!» – «Хрр…»

– Хрр…

Кирилл изобразил легкий храп, но Инга ему не поверила.

– Да ну тебя!.. Пятикомнатная квартира в хорошем доме за шестьсот пятьдесят… ну, пусть за семьсот тысяч. Это не так уж и много. Ну, если по нашим деньгам… Ремонт, обстановка, ну еще сто… Нет, двести… Думаю, уложимся. Еще девятьсот тысяч останется. У тебя «Мерседес», мне «Лексус» возьмешь, «триста пятидесятый» паркетник… Ну, там на место на стоянке придется потратиться. Но все равно денег много останется…

Кирилл понял, что он засыпает. И действительно, тягучая патока обволокла сознание, склеила волю, втянула в свои сладкие глубины.

Он не знал, сколько спал, но, проснувшись, услышал все тот же голос:

– Можно ценные бумаги купить, – вслух рассуждала Инга. – Но это рискованно. Откуда, спросят, деньги… А если квартиру купить, никто не спросит. Можно еще пару квартир тысяч за двести купить, ремонт сделать в стиле «эконом», мебель недорогую и в аренду сдавать. И недвижимость, и деньги – считай, зарплата…

Кирилла эти фантазии не впечатляли, поэтому он снова заснул. Но Инга снова его разбудила. На этот раз ее голос напоминал вой сирены.

– Ух, ты! Смотри, Ростовский район, Ярославская область! Убиты четыре человека, подозреваемые в вооруженном ограблении в городе Москве.

Четыре человека?! Вооруженное ограбление?

Кирилл не мог оставаться на месте, подошел к Инге, грудью коснулся ее плеча, глядя в монитор.

Ни фотоснимков там, ни фотороботов, просто голая констатация фактов на сухом журналистском языке. Судя по информации источника из МВД, «убитые разыскивались столичной милицией по подозрению в организации вооруженного разбоя, произведенного в квартире гражданина Севастьянова, в результате чего хозяин этой квартиры погиб. Супруга пострадавшего получила множественные ранения, но сумела дать подробное описание преступников. В результате дерзкого налета было похищено шестьдесят тысяч евро»…

Из этого сообщения Кирилл понял, что преступление произошло пять дней тому назад. Возможно, награбленные деньги пошли на покупку серебристого «Доджа», на котором пытался скрыться Горюн. Но это его личное мнение. А в электронной газете об этом не было сказано ни слова. Не говорилось и о том, кого милиция подозревает в убийстве, да и есть ли вообще какие-нибудь зацепки на этот счет.

– Может, это покойный Севастьянов с того света вернулся? – нервно пошутила Инга. – И счеты со своими убийцами свел.

– Вряд ли. Но менты эту линию проработают. Связи Севастьянова прощупают, по его жене пройдутся. Может, кто-то из их родственников и знакомых счеты свел… Только не думаю, что рыть они будут глубоко. Они уже и без того мокрое дело, считай, раскрыли. Закроют его в связи со смертью обвиняемых, и все. А кто убил самих обвиняемых – дело второе…

– Ты прямо как следователь говоришь. В юридический не думаешь поступать?

– Может, лучше в институт народных мстителей? – хмыкнул Кирилл. – Уже и опыт есть. Вон четырех грабителей и убийц оприходовал…

– А Прокурор? Он же тоже не подарок был.

– Не возьмут меня в народные мстители. Потому что я ничуть не лучше тех, кого убивал… И давай договоримся, не будем больше трогать эту тему. Если менты нас не тронут.

– Ты думаешь, могут? – напряглась Инга.

– Может, лучше о квартирах поговорим? Что там за вариант за шестьсот пятьдесят тысяч?

Кирилл понимал, что деньги действительно нужно пустить в дело. Горюна больше нет, но может появиться кто-то другой, кто знает о них. Приставят нож к горлу, а отдавать-то нечего, все уже в недвижимость вложено. Собственность, конечно, можно и на злодеев переоформить, но пока суд да дело, Кирилл что-нибудь придумает и выпутается из ситуации.

Да и неплохо это, жить в пятикомнатной квартире… Он знает, как это здорово, потому что жил с Лешкой в таких роскошных апартаментах. Но тогда ему приходилось рисковать собой, а сейчас он может сполна ощутить вкус нормальной жизни, которую, возможно, и не заслужил…

– Может, нам сразу и позвонить? – всполошилась Инга. – Тут номер телефона указан. А дом уже сдан. Чего деньги под кроватью держать?

Кирилл еще только соображал, нужно ли так спешить, а она уже взялась за трубку телефона.

Оказалось, что квартиру можно купить хоть сегодня, но никаких скидок по стоимости фирма не предлагала. Пока Инга искала в сети следующий вариант, Кирилл снова уснул.

Разбудила его Инга. Она тормошила его за плечо.

– Что? Есть вариант?

– Да, есть, в прихожей… Мама пришла. Сейчас начнется!

Не успел Кирилл подняться, как в комнату вошла женщина, внешне напоминающая Ингу, но в годах. Ухоженная, хорошо одетая, худощавая, но такая же взбудораженная, как разозленная Инга. И лоб она морщила так же, как дочь, и нижнюю губку выпячивала.

Она собиралась отругать Ингу, но, увидев Кирилла, слегка опомнилась. Хотя гневные всполохи во взгляде не погасли.

– Мама, познакомься, это Кирилл! – грудью прижившись к его спине, скороговоркой сказала Инга. – Мы поехали кататься за город, а там летающая тарелка!

– Летающая тарелка?!

На Ингу ее мама посмотрела с осуждением, на Кирилла – с извинительным оправданием. Дескать, не подумайте, что у дочки что-то с головой не в порядке, просто иногда заносит.

– Ну, это Кирилл так пошутил! Да, Кирилл?.. Это знаешь, как в кино, когда появляется летающая тарелка, все ломается. Вот и у нас все сломалось: и машина, и телефоны… А потом он меня к себе домой возил. У него квартира новая, на Воробьевых горах. Своя, пятикомнатная!

Кирилл почувствовал укол. Нет, не совести. Это Инга уколола его своим ногтем, требуя, чтобы он ей подыграл.

– Ну, да… Только без отделки…

– Там паркинг подземный. Знаешь, как его «Мерседес» красиво смотрится!.. Новый «Мерседес», «трехсотый»… Знаешь, какая там градация! «Трехсотый» «Мерседес» – три миллиона. «Четырехсотый» – четыре. «Пятисотый» – пять. Ну и «шестисотый»…

– А что, шести миллионов на «шестисотый» не хватило? – с подозрением глядя на Инну, спросила мама.