Первая жизнь, вторая жизнь - Ольга Володарская

…«Сестренка» вернулась в Васильки душным июньским вечером. Поприветствовав родных и поболтав с ними, отправилась в усадьбу. В особняк не сунулась — не хотела встречаться с князем, а через калитку прошла к дальней беседке, села на лавку. Так ей велела сделать Елена, приславшая с дворовым мальчишкой записку.

Варвара сидела, ждала княжну, и та появилась. Да так неожиданно, что это напугало.

— Ты как из-под земли выросла, — воскликнула Варя и бросилась к «сестренке» обниматься.

— Ты почти угадала, — хихикнула та. — Скоро я тебе кое-что покажу. Ты поразишься.

— Как ты? — спросила Варвара.

— Хорошо.

— Похудела очень. Не болеешь?

— Только от любви, — и потупилась смущенно.

— Что я слышу? Ты влюбилась? И ни словечком не обмолвилась об этом?

Это было так. Лена в письмах не рассказывала «сестренке» о своих чувствах. Во-первых, опасалась, что отец может их перехватывать и прочитывать, а во-вторых, считала, что о ТАКОМ надо рассказывать лично.

— И кто же этот счастливец?

— Иван.

— Какой еще…?

— Крючков. — Она писала о нем. Но вскользь.

— Каменщик?

— Он мастер на все руки. И правнук того самого архитектора, что спроектировал усадьбу.

— Так у вас это наследственное, получается, влюбляться в мужчин этого рода? — В ее голосе не было радости за подругу, один сарказм.

— Ты не хочешь за меня порадоваться? — обиделась Елена.

— Я была бы счастлива, но… «Сестренка», он же работяга. Даже не архитектор, просто мастеровой.

— У него талант от прадеда, а тот, между прочим, самоучкой был.

— Этот Иван невероятно собою хорош?

— По мне — прекрасен. Но у него нос сломан и на щеке шрам.

— Час от часу не легче. Страшный, темный, наверняка вечно потный…

— Когда я вас познакомлю, ты поймешь, как ошибалась на его счет. — Лена ждала поддержки от «сестренки», но, не получив ее, не стала портить встречу. Варвара поверхностно судит. Она и конюха Филарета за человека не считала, а он оказался достойным человеком. — А как твои сердечные дела? Ты писала о том, что у тебя появился ухажер.

— Да, Андрей. Он влюблен в меня без памяти.

— А ты в него?

— Как человек он мне нравится, но не более того…

— Чем он занимается?

— Работает в мучной лавке продавцом. Простой парень, но славный.

Пока они болтали, небо стало свинцовым от туч. Духота предвещала дождь, и он пошел. Пока слабый, но не было сомнений в том, что он превратится в ливень.

— Мне надо возвращаться в Васильки, пока не полило, — сказала Варвара.

— Нет, постой. Я обещала тебе кое-что показать. Пойдем, — и, взяв «сестренку» за руку, повлекла ее к заброшенному склепу. Гроб из него давно достали и перезахоронили.

Зайдя в него, Елена нажала на два кирпича одновременно, и стена отъехала.

— Ой, мамочки, — испугалась Варвара.

— Здорово, правда?

— А там что? — и указала в темноту.

— Подземный ход, который ведет в библиотеку. — Елена зажгла свечу и поманила за собой «сестренку».

— Давно ты его обнаружила?

— Мне Иван его показал, и это было почти год назад.

— То есть ты все это время им пользовалась, и тебя никто не застукал?

— Нет. Отец никогда не любил в библиотеке бывать — в нашем роду только женщины начитаны… А после ТОГО вечера вообще ее стороной обходит.

— А прислуга?

— Сама знаешь, какой у нас тут народ. Стоило мне рассказать, что после темноты я вижу в библиотеке и флигеле, который перестраивал Иван, призраков, они носа не суют туда.

— Значит, прелюбодействуете вы в библиотеке или флигеле?

— Варвара, что ты такое говоришь? Я невинна.

— Надо же.

— А ты нет?

«Сестренка» замялась.

Княжна остановилась, обернулась, осветила пламенем свечи ее лицо.

— Увы, нет, — вздохнула Варвара.

— С Андреем спала?

— Нет, что ты. С сыном купца Митрехина. Я с его младшей сестренкой занималась. Была вхожа в дом. Парень очень мне понравился. А он в меня, как говорил, влюбился без памяти. Обещал жениться… Обманул.

— Сволочь, — в сердцах воскликнула Елена.

«Сестренка» кивнула. Да, тут не поспоришь. Но она дура, что поверила в его россказни.

Тем временем они достигли библиотеки. Усевшись на диван, продолжили разговор.

— Ты насовсем вернулась? — спросила Елена.

— Не знаю пока. Если мне найдется место в поселковой школе, то останусь. Нет — вернусь в Калугу.

— А что, если нам снова открыть твой учебный класс для местных деток?

— Твой папа разве позволит? Я так его обидела… — «Сестренка» тяжко вздохнула. — Как у него дела?

— Не знаю. Мы мало общаемся. Но хворает часто. А Катерину давно зажимать перестал.

Они долго еще болтали, пока сон не сморил их прямо на диване.

На рассвете Лена проводила «сестренку» и вернулась к себе в комнату.

Днем она рассказала Ивану о встрече с Варварой. Изъявила желание их познакомить. Тот не возражал. Князь как раз уехал в Калугу, и сестренку можно было позвать в дом. После дождя погода снова наладилась, и дворовые в отсутствие хозяина унеслись на пруд.

В особняке никого не осталось, кроме Катерины. Она стала еще пышнее и с трудом ходила. Больше лежала, а едва ее голова касалась подушки, женщина засыпала. В общем, никто не мешал «сестренкам» и Ивану. Они отлично провели время, играя в лото. При Варваре Крючков вел себя более расслабленно. Даже шутил.

Когда он ушел доделывать начатое и барышни остались одни, Елена спросила:

— Как он тебе?

— Как ни странно, мне он понравился. Я думала, он неотесанный, а оказался довольно интересным человеком.

— А я что говорила? — гордо вздернула подбородок княжна.

— Но мог быть и посимпатичнее.

— Мне очень нравится его внешность. Особенно фигура.

— Почти у всех работяг такая, — рассмеялась Варвара. — Физическая работа развивает мускулы.

— И от Ивана не пахнет, не так ли?

— Я не принюхивалась.

— Он чистоплотен, умен, спокоен. Без вредных привычек и дурных черт характера. Если бы мой предок не оболгал его и не отправил на каторгу, как знать, кем бы сейчас был Иван?

— Все, убедила, он достойный человек.