Монстр в розовых очках - Дарья Калинина

– Должны забрать через несколько минут, – сказала Инна. – Во всяком случае в первый раз, как только я забрала свою порцию, то полочка через некоторое время уползла назад. И не возвращалась. А во второй раз она доставила мне новую порцию еды и уползла. А потом снова возвращалась раз за разом. И так до тех пор, пока я не поняла, что они хотят, чтобы я вернула им использованную посуду. Я вернула, и до следующего кормления полочка больше не появлялась. Потом я уже знала, что нужно забрать еду, поставить на полочку посуду от прошлого кормления и больше их не доставать. В общем, пока предыдущую пластиковую посуду не получат, не успокоятся. Такой уж у них тут порядок заведен. Хотя на кой черт им эти одноразовые миски и ложки сдались, я понять не могу. Но так, видно, полагается.

– Ага! – хищно произнесла Мариша. – Уже какой-то сдвиг.

– Честно говоря, не понимаю, как ты собираешься использовать эту их методику кормления пленников в своих личных целях, – ехидно заметила Инна.

– В нашем положении любая информация о противнике на вес золота, – наставительно заметила ей Мариша. – Ну, значит, теперь нужно устроить маленькое представление.

– Какое?

Мариша поманила подруг к себе поближе.

– Кто их знает, может быть у них всюду датчики наблюдения понатыканы, – сказала она. – Лучше не рисковать и громко не говорить.

– Ой! – стонала Мариша, раскачиваясь на коленях как правоверный магометанин на молитве. – Ой-е-ей! Как больно!

– Что с тобой? – подскочили к ней Инна с Юлей, постаравшись, чтобы их тревога выглядела максимально правдивой.

– Живот! – стонала Мариша. – Прямо раздирает! Ох, как мне плохо!

С этими словами она свалилась на бок, бессовестно корчась на теплом полу и выронив из своих рук тарелку с едой.

– Мариша! – надрывались подруги, пытаясь привести ее в чувство своими силами, звать подмогу было еще рановато. – Что тебе дать? Воды?

– Ой, как больно! – стонала Мариша, отпихивая от себя стакан с водой. – Мне кажется, что это аппендицит. Мне уже давно нездоровилось. А сейчас боль стала просто адской. И озноб!

– У нее и в самом деле температура! – потрогав лоб подруги, озабоченно произнесла Юля. – Что же делать? Вдруг она умрет?

– Аппендицит – штука коварная, – подтвердила Инна. – Ходит себе человек, ходит, а потом бац! И не подозревает, какой кошмар с ним творится. Если у Мариши и в самом деле аппендицит, то ее песенка спета. Тут ее никто оперировать не станет. Мариша, тебе что, давно плохо? Я ведь заметила, какая ты бледная, как только свет загорелся.

– Давно мне плохо, – слабым прерывающимся голосом, подтвердила Мариша. – Еще до того, как мы тут оказались, у меня живот побаливал. А как проснулась, так он все сильней и сильней болит.

– И все время болит?

– Нет, то слегка отпустит, то снова, – помотала головой Мариша. – Но пот выступает по всему телу. И то в жар, то в холод кидает.

– Ну все, – помрачнела Инна. – Классическая картина запущенного перитонита.

В ответ Юля зарыдала, закрыв лицо руками. Инна пыталась ее утешить, убеждая, что еще, может быть, все обойдется. В том, что за их представлением внимательно наблюдают и их усилия не пропадут втуне, подруги поняли, когда по прошествии отводимого обычно для еды времени свет в камере не погас. Тогда они удвоили усилия. Наконец у подруг «мелькнула» мысль позвать на помощь. Оставив Маришу стонать на полу, Юля с Инной кинулись к двери и стали колотить в нее кулаками.

– Помогите! У нас больная! Помогите! Позовите врача! Эй, есть там кто-нибудь?!

В ответ на их крики в коридоре снова раздались шаги. Так как прозвучали они буквально через минуту после того, как подруги начали колотить в дверь, то стали очевидны две вещи: либо за врачом послали уже давно, либо наблюдатели сидели где-то совсем близко к камере подруг. Дверь заскрежетала. Но вовсе не так, когда девушкам приносили еду. Нет. На этот раз она открывалась вся целиком. В этом не было сомнения. Как только дверь открылась, Мариша моментально забыла о своей болезни, резко вскочила на ноги и метнулась к двери. Стоящий на пороге мужчина явно не ожидал такой прыти от натурально умирающей девушки, только что корчившейся на полу чуть ли не в предсмертных конвульсиях. Поэтому он никак не блокировал полученный сильный толчок в грудь. От удара он отлетел в сторону. А уж его сопровождающего, стоящего за ним, трое подруг попросту смели со своего пути. Что он мог поделать один против трех озверевших девиц?

И вот, дорога к свободе была наконец открыта! И девушки помчались по коридору. Увы, как они сразу поняли, он был довольно коротким. И в довершение неприятностей заканчивался полным тупиком. Во всяком случае в той стороне, куда побежали подруги, был тупик. Оглянувшись назад, они увидели, что их враги уже очухались, кое-как поднялись и теперь спешат к ним. Несмотря на то что девушкам вначале удалось с ними справиться, это был лишь миг удачи. Оба мужчины были атлетического телосложения, довольно рослые, и сейчас они стремительно приближались к беглянкам с выражением крайнего неодобрения на лицах. Подруги заметались. В общем-то дальше бежать было некуда. Но зато в стене напротив имелась очередная дверь. С трудом справившись с тугой ручкой, подруги влетели в комнату и захлопнули дверь за собой.

– Эй! – тут же раздался протестующий мужской голос у них за спиной. – Вы что тут делаете? Что это за беготня! Кто вам вообще разрешил сюда войти? Кто вы такие?

Подруги обернулись и увидели говорившего. Это был рослый парень со светлыми коротко стриженными волосами и темными глазами. В другое время девушки обязательно бы по достоинству оценили и его широкие плечи, и стройные ноги, и красивое лицо, и выразительные глаза, в которых так и читался древний как мир призыв, но… Но увы, сейчас им было не до флирта.

– Заткнись! – довольно резко посоветовала парню Мариша. – Не видишь, у нас проблемы!

– Вы кто такие? – продолжал недоумевать парень, пока подруги удерживали дверь, в которую колотились снаружи их преследователи.

Но несмотря на суматоху и симпатичного, но очень уж не ко времени любознательного блондина, подруги успели заметить, что находятся они, мягко говоря, в не совсем обычной комнате. Всюду были понапиханы какие-то мигающие штуковины с кнопками. Посредине комнаты стояло удобное офисное кресло и пульт. А перед пультом был большой экран на жидких кристаллах с какими-то мерцающими помехами и многочисленными кнопочками, ручками, тумблерами и переключателями, в которых экран был словно в рамке.