Вид транспорта - мужчина - Людмила Милевская

— Я рад вас видеть, — с воодушевлением сообщил он, и это небыло дежурным приветствием.

Он действительно был искренне рад гостье, которая емунравилась все больше и больше.

— Как вы вчера называли мою жену? — поинтересовался он соскрытым смешком.

Денисия смутилась:

— Простите, я была не в себе и лишнего наболтала. Я вообщевела себя некрасиво.

— Некрасиво, — — согласился он, — вы верно охарактеризовалиЖозефину. Говорили практически правду, а что может быть оскорбительней? Выдра,кажется, так вы сказали?

— Вроде да, — краснея, кивнула Денисия.

— Но это несправедливо, — шутливо погрозил ей пальцемМашикули. — Выдра не только моя жена.

Все самки — выдры, хоть и не все выдры самки. Поверьте опытумногострадального самца, — рассмеялся он и тут же строго добавил:

— Но хватит шуток, перейдем к делу. Рассказывайте с нуля,что там у вас стряслось. Полнейшую конфиденциальность я гарантирую.

И Денисия, не таясь, рассказала и про то, что с нейпроизошло, и про гибель сестер, и про догадки Пыжика, и про деятельностьхолдинга «Модекс».

Машикули внимательно слушал и хмурился. Было видно, что омногом он и не слыхивал, а кое-что знает и сам, но несколько с другой стороны.

— А в прессу вы обращаться не пробовали? — спросил он, когдаДенисия закончила свой рассказ. — Думаю, что ваше спасение в огласке. В Россиипоявились хорошие журналисты, которых вполне может заинтересовать ваша история.

Она горестно покачала головой:

— У нас очень неумная, истеричная пресса, и я подозреваю,что в этом повинны как раз некомпетентные журналисты, которых вы хвалите.

— Нет, в этом повинны их хозяева, — просветил ее Машикули. —У нас, при всей нашей демократии, примерно то же самое. СМИ — флюгер,указывающий, куда дует ветер. Кто играет роль ветра, думаю, не надо вампояснять. СМИ, барышня, если надо, убедят народ, что черное — белое и чтопокойник — живой, и наоборот. А где надо, они промолчат, просто вспомнить забудут.

Денисия смотрела на него с непониманием, пытаясь сообразить,куда он клонит.

Машикули усмехнулся:

— Опять старика не туда понесло, думаете вы.

А вот и нет, как раз туда. Я о чем вам говорю? О вашемКарлуше. Думается мне, что он представляет военно-промышленную элиту.

— С чего вы взяли?

Машикули придвинул к себе папку с документами, принесеннымиДенисией, но открывать ее не стал, лишь погладил кожаный верх рукой и сказал:

— Вот судите, барышня, сами. Вы тут рассказывали мне одогадках своих и вашей Ларисы. Из бумаг, мол, этих следует, что банк Воровскогоимел косвенные контакты с «Модексом», а «Модекс» купил у «Трансконтракта»программное обеспечение на очень крупную сумму. Кстати, «Трансконтракт» я знаю.Солидная фирма и, по моим сведениям, ничем не запятнанная, что в вашей странебольшая редкость.

— Именно, — подтвердила Денисия. — Такая фирма преступниками нужна. Вы посмотрите на их платежки. Суммы, полученные «Трансконтрактом» отсделки с «Модексом», на десять процентов меньше тех, которые «Трансконтракт»переводил в благотворительные организации в качестве спонсорской помощи.Знаете, что это значит?

Машикули кивнул:

— Догадываюсь. Вы хотите сказать, что на самом деле«Трансконтракт» ничего не продавал, а деньги всего лишь проследовали через негов благотворительные фонды и другие общественные организации.

А «Трансконтракт» за это получил десять процентов.

— Точно. Все шито белыми нитками, но придраться невозможно.Программное обеспечение — скоропортящийся продукт. Его вообще могли стереть,потерять. Что угодно. Подкопайся пойди.

— А денежки между тем ушли на благотворительные нужды, —хитро заметил Машикули.

Но мы отвлеклись.

— Я политик и потому болтлив, меня часто на менторствозаносит. Давайте лучше вернемся к Карлуше, а то сам себя боюсь: как разойдусьобличать ваши нравы, остановиться вряд ли скоро смогу.

— Да-да, конечно, вернемся к Карлуше, — испугавшись, поспешиласогласиться Денисия.

— Так вот, о Карлуше. С одной стороны, ваш друг Пыжик пришелк выводу, что Карлуша связан с торговлей оружием. Причем вооружает он якобывашу же Чечню, но тогда возникает вопрос: почему так странно погибла Зоя?

— Что вы имеете в виду? — растерялась Денисия. — Смерть отпули в лоб в нашей стране уже не кажется странной. Скорей это обычное дело.

— Я знаю, Россия дикая страна, но почему Карлуша убил вашусестру собственной рукой? Почему не послал к ней киллера?

Денисия предположила:

— Видимо, он очень спешил, очень боялся, что Зоя тайны егоразболтает.

Машикули усмехнулся:

— Карлуша спешил, а вы полагаете, что киллер стреляетмедленней Карлуши? Нет, Карлуша убил вашу Зою сам потому, что не мог нанятькиллера, боялся, как говорят у вас, засветиться. А перед кем? Ни для кого несекрет, что в вашей стране бояться надо уже не ваших, а американских спецслужб.Они там трудятся не покладая рук и с гораздо лучшими результатами, о чемсвидетельствует существование вашего покойного Пыжика. Кстати, смерть самогоПыжика я кладу в ту же корзину, что и гибель Зои. Пыжик, как я понял, был изкасты неприкасаемых, а его убили. О чем это нам говорит?

— О чем?

— Только о том, что злодей Карлуша имеет непогрешимуюрепутацию и очень ею дорожит. Раз не побоялся замахнуться на Пыжика, значит,выхода у него не было, — сделал заключение Машикули и, потирая руки, спросил:

— Ну как, барышня, видите, как мы продвинулись?

— Не вижу, — честно призналась Денисия.

— Ну как же, — огорчился Машикули. — Я практически вамсказал, в каких кругах нужно искать Карлушу.

— В каких?

— Среди лидеров общественных правозащитных организаций.Только они кристально чисты и фанатично дорожат своей чистотой.

Денисия удивилась:

— В таком случае почему не среди политиков?

Машикули рассмеялся:

— Барышня, жизнь — это крепкий сон разума на перинахиллюзий. У вас же, милая, этот сон непробуден, так вы наивны. Я же вчера вамсто раз говорил, что нет ничего грязнее политики. Копни любого политика,особенно у вас, и найдете там все: и предательство, и воровство, и взятки. Аваши политики не чужды и откровенного криминала. Им чистота ни к чему, не онаих кормит. Был бы Карлуша политиком, он лишь набрал бы номер, и вопрос,считайте, решен.