Брудершафт с терминатором - Татьяна Полякова

— Геля, открой, — позвал муж. Я распахнула дверь ис удивлением уставилась на его перепуганное лицо. — Ты очень долго… я… явдруг подумал…

— Зря, — серьезно ответила я и пошла в своюкомнату.

Утром я долго не выходила, надеясь, что муж уедет на работуи нам не придется встречаться. В доме было тихо, потом проснулась Сашка, и мнепришлось вставать. Не успела я выйти на кухню, как зазвонил телефон.

— Привет, — сказал Алексей, — надовстретиться.

— Не надо, — ответила я.

— Надо.

— Пошел ты к черту…

— Скрепили новый союз горячими объятиями? Разумно.Только обольщаться не советую.

— Если честно, — вздохнула я, — вы мне обаосточертели.

— Это я как раз могу понять, — охотно согласилсяАлексей. — Но речь сейчас не об этом. Я не хочу, чтобы ты наделалаглупостей. Будь хорошей девочкой, ни во что не лезь, что бы ни случилось.О'кей?

— Да пошел ты… — повторила я и бросила трубку.

Телефон опять зазвонил. Решив, что это Алексей, я злочертыхнулась, включила автоответчик, и голос Марины Логиновой позвал:

— Геля, перезвони мне. Ужасная беда, Майка разбилась.

Я схватила трубку и, не помня себя, заорала:

— Что?

— Майка разбилась, — давясь слезами, заговорилаМарина. — Вчера, поздно вечером. Ехала из казино. Ты же знаешь, среда унее святой день. Конечно, выпила. На всей скорости врезалась в ограждение напроспекте Космонавтов. До больницы не довезли. Ужас, просто в голове неукладывается… — Она еще что-то говорила, но я уже не слушала.

Майка погибла. Звонок Алексея… Что он имел в виду? Он что,знал? Я набрала номер его сотового.

— Не могу поверить, что ты просто соскучилась помне, — насмешливо отозвался он.

— Прекрати. Мне сейчас позвонили. Погибла моя подруга.

— Сочувствую. Хочешь, чтобы я тебя утешил?

— Ты объяснишь мне, в конце концов, чтопроисходит? — закричала я.

— Пусть тебе муж объяснит, — зло ответил он иотключился.

Я тупо смотрела на телефон какое-то время, потом набраланомер мужа.

— Анатолий Викторович уехал, — торопливо началаобъяснять секретарь, узнав мой голос, — к Максиму Васильевичу. Вы ужеслышали? Такое несчастье.

Я позвонила на сотовый Анатолия, аппарат отключен. Куда онпоехал, в офис, к Максу домой? Вряд ли Макс сейчас в офисе, впрочем… Я вновьнабрала номер.

— Максим Васильевич уехал. Кто его спрашивает?

Я бросила трубку и снова набрала номер Макса, на этот раздомашний. Долгие гудки, автоответчик выключен. Я схватила сумку, нашла ключи отмашины и бросилась в гараж. Майка погибла… Юльку сбила машина, а Майя разбиласьсама. Сама? Или кто-то помог ей? Кто, зачем? Ну давай, произнеси то, чтодумаешь… Она рассказала о нашем разговоре? И что? Ее убили? Потому что оназнала, что Макс встречался с Олегом? Кто убил? Сам Макс? «Я никогда в это неповерю, — пробормотала я. — Да? А ты бы поверила, что этот сукин сын…все, забудь о нем, забудь о Максе, ты просто хочешь убедиться в том, что ствоим мужем ничего не случилось, он ведь едет к другу, чтобы быть с ним втрудную минуту».

Дверь в квартиру была не заперта, сначала я позвонила, никтоне открыл, и тогда я просто толкнула дверь. Я хорошо ориентировалась в огромнойквартире Макса, потому что была здесь десятки раз. Я прошла вперед и услышалаголоса, его и моего мужа.

— Ты спятил, — почти кричал Макс, — приди всебя, черт возьми! Ты просто спятил.

— Я не спятил, Макс, — тише и гораздо спокойнееотвечал Анатолий. — Когда ты дашь себе труд как следует подумать, то сомной согласишься.

— Убирайся из моего дома…

В этот момент я вошла в комнату. Оба сразу же замолчали,глядя на меня в растерянности, точно я ни при каких обстоятельствах не моглапоявиться здесь.

— Макс, — с трудом разжав челюсти, сказалая, — что произошло?

— Майка разбилась, — отворачиваясь к окну, хриплоответил он. — Говорят, выпила лишнего. Я сейчас не в состоянии… извини.Поезжай домой, нам надо кое-что обсудить с Толей.

— Да, конечно, — отступая к двери, кивнула я. Ясела в машину и даже отъехала от дома, правда, недалеко, до соседнего угла.Анатолий вышел из подъезда через полчаса, губы сурово сжаты, между бровейглубокая складка, а я вдруг подумала, что он очень изменился. Постарел,осунулся? Этот последний месяц дался ему нелегко. Он заметил мою машину иподошел ко мне.

— Я сяду за руль, — сказал он тихо. — Тебе втаком состоянии нельзя.

— А твоя машина?

— Ребята перегонят. — Только тогда я обратилавнимание на джип с охраной. — Кто тебе сообщил?

— Марина Логинова.

— Ну, конечно, она ездила на опознание. Говорят, Майканапилась в лоскуты. Впрочем, выпить она всегда любила. И вот итог.

— Прекрати, — с внезапной злостью перебила я.

— Да, извини, о покойниках плохо не говорят.

— Ты ведь знаешь, что это Макс? Это он?

— Что он? — На лице мужа выразилось непритворноеудивление.

— Он каким-то образом связан с похитителями Сашки. Япросила Майку не рассказывать о том, что она видела его с Олегом, но она непослушала.

— Да ты бредишь, — перебил Анатолий. — Максубил Майку? Еще скажи… о, господи, у всех крыша едет.

— О чем вы говорили перед моим приходом?

— О бизнесе. Даже когда кто-то умирает, дела не стоятна месте.

— Ты лжешь, я же слышала.

— Что ты могла слышать? Этот кошмар когда-нибудькончится?

Оставшуюся часть пути мы ехали молча. Он остановил машинувозле нашего дома и со вздохом сказал:

— Извини, у меня полно дел. Кто-то должен помочь Максу.

Я торопливо направилась к дому. «Возможно, я действительноспятила, — зло думала я, мечась по гостиной, точно зверь в клетке. —Но мне не нравится этот несчастный случай. Ни первый, ни второй».

Я нашла в сумке визитку, данную мне господином Опряткиным, ипозвонила. Валерий Константинович ответил мне сразу же, но, узнав, кто звонит,сделался скучным.