Дьяволы с Люстдорфской дороги - Ирина Лобусова

– Прячемся, быстро!

Из ворот дома Тани выходили люди с оружием. Лица были спрятаны под черными масками. В руках одного мужчины она рассмотрела пулемет. Люди уселись в автомобиль, взревел мотор. Очень скоро они скрылись вдали.

Сердце Тани, ухнув, рухнуло куда-то вниз так, что ей даже стало трудно дышать. Жуткое предчувствие захватило, завертело всю ее душу, и Таня бросилась вверх. Володя бежал следом за ней.

Она взлетела на второй этаж и увидела распахнутую настежь дверь своей квартиры.

– Лиза! – От страха у Тани пересохло в горле, и голос ее прозвучал совсем тихо. – Лиза! Лиза…

Она хотела было броситься внутрь, но Володя вдруг быстро зажал ей рот ладонью и прижал к стене. Привлеченный голосом Тани, на пороге квартиры тут же появился мужчина в маске, в руке у него был револьвер. Володя выстрелил почти в упор. Раскинув руки, мужчина полетел вниз по лестнице.

– В квартире засада. Жди здесь.

Перезарядив револьвер (патроны были у него в другом кармане), Володя быстро шагнул в квартиру, стараясь двигаться бесшумно. Зажав рот руками, вся дрожа, Таня прижималась к стене. Ей казалось, что она уже умерла и находится в аду.

Из квартиры донеслись выстрелы – один, второй, третий, четвертый… Они звучали почти одновременно и без перерывов. Затем прозвучал пятый выстрел, раздался громкий крик… Через несколько секунд на пороге появился Володя.

– Идем. Второй был в квартире.

Вся дрожа, Таня шагнула вперед. Володя отвел глаза. На пороге спальни она едва не споткнулась о труп бандита, который лежал ногами внутрь комнаты. На нем тоже была маска.

Отпрянув от трупа, Таня двинулась в гостиную, и там, возле стола…

Лиза лежала на боку, неестественно подогнув ноги, словно сломанная кукла. На ее голове расплывалось огромное багровое пятно, алые струи стекали по лицу на пол, на ковер, и тут же пропадали в густом ворсе. Один глаз Лизы, невероятно голубой, был широко раскрыт, другой же полностью затек кровью, и это было намного страшней, чем застывшая голубизна.

Похоже, Лиза так и не поняла, что с нею произошло. Ее смерть была одновременно и ужасающей, и спасительной.

Таня осторожно опустилась на колени рядом с трупом подруги. Подняла упавшую на пол шаль, тщательно закутала плечи Лизы.

– Пока до больницы довезем, замерзнет. В больницу надо. Быстро, – обернулась она к Володе.

– Таня… – Сосновский проглотил в горле горький комок, отчего голос его стал дрожать, – Таня… Не надо в больницу…

– Она не умерла, – повернувшись к нему, Таня смотрела в упор, не понимая, как пугает его ее взгляд, – она не умерла! Не говори мне об этом!

Обняв Таню за плечи, Володя попытался ее поднять. Но она вырвалась. Сознание вновь отказалось ее покидать, и все происходящее она воспринимала с ужасающей четкостью. Этот последний удар просто подкосил ее, лишив последних сил, и горе, похожее на огненный взрыв, на погребающее под собой извержение вулкана, вдруг накрыло ее с ужасающей силой. Из всех последних потерь бессмысленность, жестокость этой смерти стоили для Тани наиболее дорого.

Лиза, тихая, бессловесная Лиза, полностью подчиненная ее воле, спокойное и самое мирное на земле существо, ее Лиза, порой напоминающая кроткого и доброго ангела, вместо нее, Тани, получила пулю в голову. И вот теперь лежала здесь, в неподвижности, на полу, так и не успев осознать, что с нею произошло…

И тогда Таня закричала. Обхватив голову руками, она все кричала и кричала, словно пытаясь криком возродить Лизу к жизни, и вслед за криком погружалась в страшную, бессловесную немоту. Чьи-то руки подняли ее с пола, крепко обняли. Ее лицо уткнулось в грудь Володи Сосновского. Но, все еще отбиваясь от его рук, Таня кричала, захлебывалась этим криком, который был гораздо страшнее любых слез. И так, крича, она вдруг обмерла, словно навсегда погружаясь в молчание. И для нее померк весь свет.

Таня пришла в себя, лежа на спине на диване в гостиной. Над ней хлопотал Володя Сосновский, смачивая ей лоб и щеки холодной водой. Увидев, что она очнулась, он попытался ее приподнять.

– Нужно уходить, они скоро сюда вернутся.

– Лиза… Они убили Лизу… – пробормотала Таня.

– Мы должны исчезнуть как можно быстрей. Они придут, – настаивал Сосновский.

Таня с трудом поднялась с дивана. Володя прикрыл лицо Лизы кружевной скатертью со стола, и под этим покрывалом она была похожа на невесту, которой ей уже никогда больше не стать.

– Таня, в этой квартире тебе оставаться больше нельзя. – Володя говорил очень четко и быстро. – Собери что тебе надо – деньги, документы, – и нужно уходить. Мы найдем тебе жилье.

Двигаясь как во тьме, Таня быстро собрала свои любимые вещи. Получилось два чемодана и небольшой саквояж. Нагнувшись над Лизой, она сняла с нее шаль и набросила себе на плечи.

– Ее нужно похоронить, – как во сне проговорила она.

– Мы похороним. Не волнуйся. Потом. – Голос Володи был тверд.

Обернувшись на пороге, Таня окинула последним взглядом квартиру, которая уже стала ей домом. И вот этот дом теперь также оставался за ее плечами навсегда…

Володя Сосновский жил совсем близко от Тани – в Каретном переулке, в трехэтажном доходном доме. Там он снимал двухкомнатную квартиру на втором этаже. Эта квартира была намного проще и хуже той, что он снимал на Дворянской. Но и доходы его – скромные доходы газетного репортера – были теперь совсем не такими, как у племянника губернатора, потомка петербургских князей.

Между тем, его квартира была светлой, уютной, теплой. Таня прилегла на диван в гостиной. Ее била дрожь. Володя принес коньяк.

– Вот, выпей. У тебя шок.

Таня глотнула коньяк залпом и тут же почувствовала приятное обжигающее тепло. Это тепло помогло ей встать.

– Что теперь будет? – Она нервно хрустнула пальцами. – Куда теперь мне идти?

– Поживешь пару дней здесь, пока все успокоится. – Сосновский говорил так, что противоречить ему было бесполезно. – Потом найдем тебе жилье.

– Но я не могу оставаться здесь! – вспыхнула Таня.

– Можешь ничего не опасаться. Ты в полной безопасности.

– Я не о том. Я боюсь навлечь беду на тебя. – Таня почти плакала.

– Чтобы понять, как избежать беды, надо узнать о ней все, – резонно предположил Сосновский.

– Ну, хорошо. – Тане даже стало легче от этого признания. – Я догадываюсь, кто хочет меня убить. Кто-то пытается вызвать в городе войну между бандами. За это убили Корня и Туза.

– Ты можешь рассказать об этом подробнее? – Володя был очень серьезным.

И Таня, решившись, рассказала то, что знала о войне банд. Володя слушал ее очень внимательно.

– У меня такое ощущение, что я упустила что-то очень важное, – как-то совсем по-детски вдруг призналась она. – Или, наоборот, наткнулась на след чего-то важного, чего я пока не могу понять. Вряд ли меня пытались убить для того, чтобы стравить банды в городе. Скорей всего, по какой-то другой причине. Но вот по какой – я пока не могу понять, – закончила она свой рассказ.