Хрупкая женщина с веслом - Мария Жукова-Гладкова

Я задала совершенно естественный вопрос:

– Почему она решила, что может родиться идиот? Из-за матери? Подумала, что ребенку по наследству может передаться психическое заболевание? Так ее мать родилась нормальной! И была нормальной! Насколько я понимаю, там все случилось на почве алкоголизма, возможно, наркотиков, плюс климакс. Ребенок-то тут при чем?!

– Отцом ребенка мог быть Валерий.

– Кто?!

– Брат Альбины.

Я открыла рот.

Юля кивнула.

– И… что? – спросила я.

– Девочка похожа на другого мужчину – того, кого я вам называла. То есть у Альбины было два возможных кандидата на роль отца. Она не знала точно кто! Сразу после рождения ребенка ни тот ни другой на процедуру установления отцовства не согласились. То есть просто послали Альбину подальше. Она сама какую-то дорогую экспертизу оплачивала.

– А как можно установить отцовство без отца? Или это что-то с ДНК? По обрезку ногтя, ношеной вещи…

– Вы меня не поняли. Экспертиза была на дебильность. То есть я не знаю, как это официально называется. Альбина хотела знать, нормальный ребенок или ненормальный. Но врачи на нее саму как на ненормальную смотрели. В общем, поэтому Лариса и жила в Гатчине. А потом уже было бы странно ее вдруг предъявлять… Вот так все и получилось. Вы понимаете, почему Альбина поступила так, как поступила?

– Понимаю, – кивнула я. – Но как так получилось с Валерием?

– Он ее изнасиловал. Она не могла с ним справиться. Он был пьян и…

«Хотя он ведь и к моей Наташке лез… Неужели нельзя было найти баб на стороне?»

– Но Альбина все-таки была его сестрой, – заметила я вслух. – Он что, настолько ничего не соображал?

– Любовь Александровна, вам когда-нибудь доводилось сталкиваться с пьяным мужиком, которому здесь и сейчас хочется секса?!

Юля посмотрела на меня, потом вроде как заметила мои габариты и улыбнулась.

– Ну, вы бы, конечно, справились, а Альбина не смогла. И я бы не смогла. Они были у нее дома. Кто ей мог помочь?

– А почему она его к себе пустила?

– Ну она же подумать не могла… Приехал брат. Они же в общем никогда в пух и прах не ругались. Любви особой не было, но и разрыва отношений тоже. А Валерий тогда расстался с любовницей. Она жила неподалеку от Альбины. Он и заехал к сестре. Напился у нее, ну и… Я не думаю, что он ехал специально ее насиловать. И Альбина не думала. Но так получилось. А потом оказалось, что девочка внешне похожа на того мужика, с которым Альбина встречалась. Альбина успокоилась. Хотя точного подтверждения отцовства нет, но раз на того мужика похожа…

Я кивнула в задумчивости. Мог ли Валерий выкрасть Ларису для проведения экспертизы? Или похищали все-таки мою внучку Лизу? Та женщина, на которую он оформлял фирму, куда переводил заказы? Что хотел Валерий? Точно знать, его это дочь или не его? Зачем?

А если уничтожение – или попытки уничтожения – детей Ступникова – дело рук Валерия? У него были трения с отцом. Вон вскрылось, что из фирмы он деньги уводил…

А потом погиб отец. Мог Валерий – или его подруга – подложить что-то в машину Олега? Могли. И с машиной Альбины Валерий мог «поработать». И одежду Ивана обработать – сам или при помощи подруги, которая вроде как действовала от имени мстительниц, реально оказывающих подобные услуги. Подруга могла обратиться к мстительницам. Или точно знать, как они работают.

Может, раньше сама обращалась по поводу другого мужика.

Но на Валерия было совершено покушение. Однако он никак не пострадал. Стрелка никто не видел. Все со слов Валерия. А в ствол дерева он сам мог заранее выстрелить.

Он подбирался к моей Наташке. Как к женщине? Или хотел и от нее избавиться, как от жены своего отца и потенциальной наследницы? Кто-то же подложил пирожные с ядом, которые съел Наташкин любовник? Валерий-то мог и не знать, что Наташка пирожные не ест. Он небось считает, что женщины любят сладкое, что нужен конфетно-букетный период… И сладость пирожных могла скрыть вкус и запах яда. Поэтому Валерий их и выбрал.

Теперь нужно найти его помощницу. Это не Света. Жену бы он навряд ли стал посвящать во все эти дела, в особенности с ребенком от Альбины. Но есть женщина, на которую была зарегистрирована фирма… Или какая-то новая любовница?

Я пожелала Юле скорейшего выздоровления и поехала к Константину Сергеевичу в фирму.

– Что еще случилось? – закричал начальник службы безопасности, лично выбегая меня встретить, когда ему по внутренней связи сообщили о моем прибытии.

– Поговорим за закрытой дверью, – объявила я.

И в кабинете Константина Сергеевича я выдала свои соображения по поводу кандидатуры главного негодяя и изъявила желание увидеть припертой к стенке и негодяйку, которая ему помогала.

Правда, мне тут же в голову ударила мысль, что негодяйка в эти минуты вполне может лежать на дне речки, куда ее сбросили друзья любовника моей дочери. Ведь она вполне могла залезть в дом моего зятя и дочери. Но вот с кем? С какой еще теткой? Ну, например, с подругой, вызвавшейся помочь. С сестрой. Я вон с дочерью лазала. Есть и другие любящие родственники…

Вслух я спросила, где сейчас находится баба, на которую Валерий оформил фирму, чтобы обкрадывать отца.

– Под следствием, – ответил Константин Сергеевич. – Олег Иванович дернул кое за какие рычажки. И я немного помог своими скромными силами и связями.

Начальник службы безопасности легко улыбнулся.

– Если все вернет, в тюрьму не пойдет. С ней специально проводят работу в следственном изоляторе. Она про Валерия уже много интересного рассказала.

– То есть она не на подписке о невыезде? Она реально за решеткой?

Константин Сергеевич кивнул и опять что-то стал говорить о том, что пребывание в следственном изоляторе может быть очень полезным в воспитательных целях.

– Валерий мог сделать все то, о чем говорите вы, Любовь Александровна, – согласился Константин Сергеевич. – И на каком-то этапе эта красотка могла ему помогать… Но не в последние дни. Кстати, что произошло в последние дни?

– Ко мне домой залезли! Мужик с бабой. Неужели забыли? Вспомните, что говорил Святослав. Мужик молчал и даже в поле его зрения старался не появляться! Святослава баба допрашивала! Значит, мужик мог быть Валерием! Святослав бы его узнал и в маскарадном костюме. Или Валерий боялся, что узнает. Значит, есть еще какая-то баба. Вы что-то когда-то говорили про любовниц Валерия. Или я что-то путаю? Я вроде бы вас спрашивала…

– Я их проверю. Сегодня же. Всех, – сказал Константин Сергеевич. – И с Валерием поговорю. Жестко. Вы правы, Любовь Александровна. Все мог подстроить он. Он всегда был жаден до денег. А тут решил не делиться ни с кем. Ну какая же сволочь!

Я кивнула. Валерий мне никогда не нравился. У Олега получились прекрасные дети, и с тремя остальными, как я уже неоднократно говорила, я быстро нашла общий язык. С Валерием мы не были близки никогда. Открытой вражды не было, но я всегда чувствовала его неприязнь к себе, к Наташке, к Лизке… А сколько всего нелицеприятного я узнала про него только за последние дни?!