Киллера заказывали? - Борис Бабкин

– Умотали, – кивнул Бурый. – Сейчас там у тебя никого нет, работяги раскусили твоих стукачей. Одного кто-то прихлопнул…

– Хорош! – рявкнул Пахан.

Баптист захохотал:

– А ты, похоже, в натуре, в бизнес собрался, своих стукачей заимел. Мочишь ты капканы, Гоша!

– Жизнь такая, – подмигнул ему Пахан. – Хочешь бабки маять – живи со временем в ногу.

– Этот Тополь и навел ментов на Лоха и Вадика? – спросил Баптист.

– Из-за него на них менты вышли, – кивнул Пахан.

– А на кой хрен он тебе живым нужен? Ссучился мужик – замочил его, и все дела, – произнес Баптист.

– Да видишь, какое дело, – пробормотал Пахан, – Тополь скорее всего знает что-то документах. Ведь из-за них завалили Тольку. И я хотел бы выяснить, что там за бумаги такие. Рабочие о них ничего не знают. А может, кто-то и в курсе дела, но не говорит. Вот и хочу я Тополя расспросить. Он, кстати, в хороших был с Анатолием, ну с тем, кого завалили, так что вполне может знать про ксивы.

„Выходит, он вполне серьезно решил лесным бизнесом заняться, – подумал Баптист. – Так и Хохол говорил. Ну что ж, мешать не будем. Но потом станешь ты, деляга хренов, дойной коровой и будешь по сдаче бабок рекорды устанавливать. А сейчас, значит, надо делать, как Хохол сказал – не мешать и по возможности даже помогать“.

– Ну что? – недовольно спросил Ванюта.

– Нет его нигде, – вздохнул молодой узкоглазый мужчина. – Мы расспрашивали о нем…

– Надо в разговорах его упоминать, – зло перебил его Ванюта, – а не расспрашивать. Сейчас Тополь знает, что я в этих краях и ищу его. Значит, поймет, что имею договоренность с Ломовиком и Бурым. Без их ведома в эти места никто не суется. Правда, перебил людей Пахана кто-то другой, не мог же он своих своими убирать. Хотя Пахан и на это способен. Но тогда парни его сразу на дыбы встанут, поймут, что запросто следующими могут стать. Значит, кто-то сработал здесь против Пахана. А вот где Тополь дорогу Пахану перешел? Ладно, это не мой интерес. Мне голова Тополя нужна, и я возьму ее. Давно мечтаю горло ему вспороть. Я клятву над могилами Ивачи, Степанки и Бачуры дал, что отрежу голову Тополя и орошу его кровью их могилу. Надо срочно связаться с Бурым. – Он взглянул на лысого парня. – Пообещай ему, что заплатим или даже отдадим Тополя, если возьмем. Бурый наверняка знает, где он сейчас может быть.

– Шарят тебя, – прикурив от кресала, проговорил седобородый мужчина. – Тут какие-то на иностранных „нивах“ катались. Проходимость у них неплохая, и еще вроде бивней впереди. Я, например, такую хренотень первый раз увидел. И они тобой интересовались – где может Тополь быть и с кем он встречается, к кому заходит? Но из наших никто ничего не сказал. Правда, дальше тоже их не послали – парнишки там мордатые были и с автоматами, внаглую их показывали. И денег обещали, и водочки хорошей не один ящик, но из наших никто не клюнул. Но ты повнимательнее будь, Димок. Главный у них Ломовик, а эта бандитская харя лес читать умеет. Да и сдаст тебя кто-нибудь, один хрен. Так что поосторожнее ходи. А еще лучше исчезни на пару месяцев. Ежели угомонятся, мы тебе сообщим. Ну а ежели шукать будут, меняй место. Россия – страна огромная, можно где-нибудь пристроиться. На Дальний Восток махни или в Сибирь подальше. Хорошие охотники везде сейчас требуются. Вот те мой сказ, Димок.

– Спасибо на добром слове, дядька Степан, – улыбнулся сидевший на камне Тополь. – Но что-то желания покидать эти места не имею. Знакомо тут все, да и бегать не привык. Кто ищет, тот найдет. Ты вот что, дядька Степан, если еще раз они появятся и станут бабки предлагать, скажи, что я в Вятскую губернию перешел. Пусть туда сунутся, если уж я им так понадобился. Скажи, что от меня это слышал.

– Хорошо, – кивнул седобородый. – Коли тебе так надо – скажу. А не получится, что я тебя вроде как подставляю?

– Наоборот, – подмигнул ему Тополев, – спасешь.

– Ну что ж, пусть заявляются, – усмехнулся Степан.

– Не забудь пару литров с них содрать, – рассмеялся Тополь. – А то если бесплатно, могут и засомневаться.

– Поторгуюсь, – кивнул Степан.

– Привет, Димка! – К ним подошел длинноволосый парень с охотничьим ружьем. – Мужики говорили, тебя узкоглазые шарят. Вроде Ванюту с ними видели. Так что поглядывай по сторонам.

– Кто ж этого чалдона пустил в нашу местность? – недовольно спросил Степан. – Ведь у него война с Бурым и Ломовиком. Видать, крепко ты, Димок, кому-то пересолил уху, коль и Ванюту подпрягли.

– А что делать? – спокойно отозвался Тополь. – Тихо жить не получается. А все из-за Тольки Лапина. Я указал, куда его сунули с машиной, вот и решили с меня вроде как за стукачество получить.

– Лапин нормальный мужик был, – сказал Степан. – Работяг не зажимал и деньгами не обижал. Вроде из этих, новых русских, мать их едри в корень! – Он сплюнул. – Но меру во всем знал и не выделывался. Да он все время тут ошивался и с рабочими вкалывал. Так что ты правильно сделал. А чего ж милиция-то тебя не защищает? Ведь благодарны должны быть, а выходит, им вроде как все равно. Вот поэтому и опасаются люди им помощь оказывать. Бандит – вот он, рядышком ходит. Супротив его покажешь, и его кенты-товарищи житья не дадут. Ты бы…

– Да все нормально, – отмахнулся Тополь. – У Пахана свое ко мне, а у Ванюты что-то вроде кровной мести.

– Это что ж за Кавказ он здесь решил устроить? – проворчал Степан. – Ведь ты ж тогда защищался. Его родственники на тебя сами навалились гурьбой, как собаки бродячие. Их ведь и волками не назовешь, мать их!.. Ты уж поаккуратнее, Димок, – вздохнул он. – Мы, конечное дело, вмешиваться не станем, сам понимаешь, оседлые люди, деваться никуда не сможем. А воевать себе дороже получается. Так что обиды на нас не держи.

– Да хорош тебе, дядька Степан, – улыбнулся Тополев, – какая обида? Я потопаю помалеху… – Закинул на плечо ремень винтовки, поднял небольшой рюкзак. – Покедова, мужики! – Кивнув, он неторопливо двинулся вверх по поросшему кустарником склону.

Перед густыми зарослями остановился и, сунув руки в лямки рюкзака, повесил его на спину, взял в руки винтовку. Проверил, как вытаскивается из ножен охотничий нож, потом выхватил из-за голенища узкую финку. И только потом вошел в заросли.

– И как идет, не видать, – довольно отметил Степан. – Ни одна верхушка не шелохнулась. Умеет мужик жить в лесу. Не то что ты, увалень! – Он шлепнул по затылку длинноволосого. – Идешь – за версту видать и за сто шагов слышно.

„Значит, и Ванюта тут поблизости ошивается, – думал осторожно пробиравшийся в зарослях Тополев. – Видно, очень нужна Пахану моя смерть, если он со своим заклятым врагом добазарился. Ведь правду дядька Степан базарил – Ванюта раньше сюда и за хлебом зайти боялся. Скорее всего его Ломовик пригласил. Они, бывало, вдвоем в Кировской области охотников обували. Ну что ж, давайте поиграем в охотников и дичь. Надо передать Матвеичу, чтоб обо мне никому не говорил. А то ведь запросто могут приехать и сжечь стариков…“