Коктейль ненависти - Борис Бабкин

– Хватит шутить, Капитан!

– Значит, действительно что-то намечается, если ты вспомнил мой позывной, – усмехнулся Говард. – А если серьезно, то с Азизом договориться не удастся. И попытка силовой акции заранее обречена на провал. Ты, Маркус, только положишь людей.

– У тебя трое суток, чтобы что-то придумать. И уверяю тебя, сумма будет достойная.

– Значит, дело действительно серьезное?..

– ЦРУ ищет русского. Теперь тебе понятен наш интерес к этому парню?

– Ого! Значит, великая держава хочет заполучить парня… И чем же он так заинтересовал Америку? На родине, похоже, на него плюнули. Хотя якобы Антонов похоронен в Москве. Ладно, я прикину варианты, и если найду возможность, то сообщу. Хотя, если говорить откровенно, я такой возможности не вижу, Азиз позаботился о своей безопасности. И уверяю тебя, ни одна группа американских коммандос не сможет даже войти во дворец. Хотя… – Он прищурился. – Надеюсь, это не легенда. В общем, я позвоню через трое суток. Если звонок будет раньше, значит, появился шанс. Точнее, возможность.

Афганистан

– Вся пресса только и говорит об освобождении корейцев, – улыбнулся седобородый талиб. – Но что интересно – о тех, кого убили, молчат. Мы сделали угодное Аллаху дело. Мир перестал видеть в нас террористов и дикарей. Американские собаки скоро с позором покинут Афганистан. К власти придем мы и сделаем Афганистан истинно мусульманской страной. Очень скоро мы найдем союзников и нанесем удар по Европе и Америке. Французский дипломат утверждает, что война с Ираном неизбежна. Тогда Ирак может применить атомное оружие…

– Пакистан уже много лет является ядерной державой, – перебил его худощавый талиб. – И что из этого? В стране нищета и голод. Живет только армия, которая и контролирует абсолютно все.

– Ирак – кость, которая застрянет в горле Америки и ее союзников. Американцы с позором уйдут из нашей страны. Буш заявил, что контролирует ситуацию в Ираке, и в тот самый день убивают назначенного им же министра. И бен Ладен снова говорил об ударе по Штатам.

– Усама бен Ладен в последнее время говорит очень редко, и после удара по Америке не было ни одной серьезной акции. Сейчас он предпочитает воевать руками других. В Афганистане его люди не провели ни одной акции. В Ираке, правда…

– Хватит, – резко перебил старец. – Бен Ладен – посланец Аллаха. Он единственный, кто на свои деньги воюет с неверными, только он сумел показать всему миру, что и по США можно бить и бить сильно. Бен Ладен – цель номер один для всего мира неверных, за его голову дают пятьдесят миллионов. Тех, кто говорил о возможности заработать большие деньги, наказали?

– Отрезали руки, ноги и язык, – отозвался рослый талиб со шрамом на лысой голове. – И бросили на плато. Через двадцать минут от них ничего не осталось.

– Так, – Браун подошел к молодому афганцу в наручниках, – у тебя есть один шанс погибнуть как воин. Или ты умрешь как собака. Тебя живым посадят на кол и на шею повесят плакат: «Он предал веру и народ». Если ты скажешь правду, мы тебя расстреляем. – Сержант перевел сказанное. Афганец дернулся и быстро заговорил. – Не переводи, – усмехнулся полковник. – Понятно, что он не говорит того, что мне нужно. И что делать? – спросил он капитана.

– Что скажешь, Боб? – спросил сержанта тот.

– Сейчас. – Сержант кивнул двум солдатам: – Несите.

Полковник и капитан посмотрели на тех и увидели, что солдаты тащат заостренный с одного конца кол. Браун удивленно покосился на капитана. Тот спокойно достал сигарету.

– И он сделает это? – тихо спросил полковник.

– Надеюсь, что до этого не дойдет, – невозмутимо отозвался тот.

Солдаты начали копать яму. Афганец посмотрел на кол и забормотал. Сержант кивнул и что-то негромко проговорил в ответ. Пленный указал глазами на горный хребет.

– Их ждут там, – сказал сержант. – Было послание от какого-то араба, адресованное Заганару, наркобарону. Кстати, часть дохода он отдает правительству. Об этом знают все, но доказать невозможно. К тому же и некоторые наши имеют часть от сделок Заганара. Месяц назад был отдан под суд чести капитан Бейли. Кто-то погибает, а кто-то пытается заработать. Хотя ведь любая война – это чей-то заработок.

– Где послание? – спросил полковник.

– Было у того, кто взорвал себя. – Сержант кивнул на изуродованный труп.

– Лихо мы их сделали! – подходя, усмехнулся Джон.

Пленный быстро заговорил. Сержант, переспросив и услышав ответ, покачал головой.

– Что? – спросил Браун.

– Он сказал, что о нашей группе знает «Аль-Каида», представитель бен Ладена Мухбуб. Но его, кажется…

– Что еще? – жестко спросил полковник.

Сержант повернулся к пленному. Тот, кивнув в сторону горной гряды, что-то ответил, посмотрел на полковника, вздохнул и неожиданно улыбнулся.

– Почему он улыбается? – спросил полковник.

– Он говорит, что за вашу голову назначили награду – пятьсот тысяч афгани.

– Дешево мою голову оценили! – Браун усмехнулся.

– Для любого местного – целое состояние, – заметил капитан. – За меня пару сотен, за него, – он кивнул на сержанта, – сотню.

Его перебил пленный. Уставившись на Джона, он гневно заговорил, потом плюнул в его сторону.

– Ты чего, верблюд афганский?! – шагнул к нему Джон.

– А за твою башку тоже пятьсот тысяч, – остановил его сержант. – Достал ты их. – Он засмеялся.

– Ничего смешного. Похоже, мы становимся дичью. Что делать будем, полковник?

– Продолжать. Выясни у него, – кивнул он на пленного, – кто им дал послание.

– Да он не знает, – сказал капитан. – В условленном месте отдали бумажку, и все. Они пошли назад, тоже в указанное место. Все делается по цепочке. Тот, кто идет первым, не знает, от кого оно, и берет его в указанном месте. Поэтому почти невозможно до них добраться. А вам, полковник, необходима усиленная группа прикрытия. В этой провинции население не особо приветствует талибов. Пуштуны свободолюбивы и подчиняются только своим вождям. Дарийцы раскололись, причину не знаю, но малая часть, которая обитает в этих местах, тоже нелояльна талибам. Но за премиальные нам запросто отрежут головы и отправят представителю «Аль-Каиды». Поэтому вам необходимо усилить свою группу еще парой взводов…

– Но тогда мы потеряем в мобильности, – возразил Джон.

– Ты откуда, парень? – неожиданно спросил капитан.

Джон усмехнулся:

– Мы из разных штатов.

– Понятно, – кивнул капитан, – ты из Техаса. Вот что, ковбой, главное в этой войне – выжить. О победе говорят там, – кивнул он вверх. – Хотя все прекрасно понимают, что ничего, кроме казни Хусейна, в Ираке мы не сделали. В Афганистане мы не контролируем даже города. В Кабуле постоянно берут заложников. Талибы спокойно позируют перед камерами, не скрывая лиц. В Ираке ситуация та же. Бен Ладен свил свои гнезда в Пакистане и негласно поддерживает курдов и в Ираке, и в Турции…