Седьмая линия. Дорогая находка - Анастасия Валеева

— Боже мой! — Мокрый рассмеялся. — Вы сказочница?

Яна игнорировала высказывание Мокрого и уверенно продолжала в том же тоне:

— Вы, ослепленный сумасшедшей идеей, руководствуясь указаниями карты-схемы, втридорога купили дом в селе Багаевка у пожилой одинокой женщины, которая и не собиралась его продавать, но, подкупленная предложенной вами высокой ценой, согласилась.

Мокрый перестал смеяться, подернул бровью и с издевкой произнес:

— Ну-ну.

— Далее, — продолжала гадалка. — Вы наняли технику, организовали своих ребят и на всякий случай, чтобы избежать каких-либо стычек с местным населением, пригласили представителя органов, который давно уже работал на вашу преступную группировку. Всей этой компанией вы отправились в Багаевку и принялись разрушать, иначе я это не могу назвать, купленный дом. Однако вам не повезло: все перерыли, но ничего не нашли, никакого золота. Правда, попался, наверное, в качестве утешения, старинный карабин. Ваши ребята обрадовались, а вы — нет, потому что находка не оправдывала затрат.

Мокрый кашлянул и начал нервно подергивать ногой. Джемма напряглась, готовая броситься на него. Яна же, нисколько не меняя голоса, снова продолжила:

— Так что следствие, как видите, зашло довольно далеко. Может быть, дальше вы сами расскажете? Чистосердечное признание, как вы знаете…

— О чем вы говорите?! Какое еще признание?! Я ничего не понимаю! — воскликнул хозяин офиса.

— Хорошо. Тогда буду говорить я. Но знайте: нам известно все. Ваши люди далеко не все так вам верны, как вы предполагаете…

В глазах Мокрого с новой силой сверкнула злоба.

— Вы, разъяренный, пошли на встречу с кладоискателем, — сказала гадалка, — но тот совершенно спокойно заявил, что вы всего-навсего не так расшифровали карту-схему. Надо было работать с соседним домом, домом Евдокии Ермаковой. Это он вам и посоветовал. То есть предпринять еще одну попытку и взяться за другой дом. На это вы отреагировали резко: прикончили его на месте из того самого карабина. Вам не столько были дороги напрасно потраченные деньги, сколько нанесенная вашему больному самолюбию обида. Хотя и тратиться на покупку еще одного дома вы не собирались: решили просто избавиться от старухи, которую повесить вам не составило труда. Вы намеревались «договориться» о доме с ее сыновьями, которые, на ваш взгляд, ничего из себя не представляли. Особенно Леня, выпивающий и даже спившийся, на которого вы и возлагали главную надежду, не зная, что дом завещан другому сыну. Однако напрасно вы думали, что в самоубийство Ермаковой кто-нибудь поверит…

Мокрый вдруг сорвался с места и бросился на Милославскую. Джемма прыгнула на него и зубами вцепилась ему в плечо, от чего тот дико взвыл и упал на пол лицом вниз.

— Мрази! — завопил он.

Овчарка наступила на него передними лапами и громко залаяла.

— Умница! — сказала, поднявшись, Милославская. — Ну, Семен Семеныч, вызывай оперов. Вот он, преступник, готовенький. Этим своим рывком он вину свою и признал, — Яна указала на Мокрого.

— Да, признал, — процедил тот, — но у меня хорошие адвокаты.

— Боюсь, они вам не помогут, — парировала гадалка, — на вас два убийства.

Милославская достала из сумки сотовый, который «похитила» у охранника, и протянула его Руденко. Тот быстро набрал знакомый номер и, широко улыбаясь, гаркнул в трубку:

— Вперед, ребята!

Следом Три Семерки назвал адрес и, похлопав Яну по плечу, произнес:

— Ты гений.

В этот миг с пола раздалось:

— Если бы меня не предали, этот гений никогда не распутал бы этот клубок…

Милославская ничего не ответила и только ухмыльнулась в ответ.

* * *

— Ну, — выразительно произнес Федотов, — высоко подняв фужер с шампанским, — за Яну Борисовну!

— За Яну, — ответил ему Витька Ермаков и, приложив свой бокал к губам, осушил его до дна.