Мальтийский апельсин - Анна Данилова

Мысли ее путались, а перед глазами всплывали самые разные картины ее жизни. Чаще всего она вспоминала Дмитрия. Сейчас, когда его не было, она уже не испытывала к нему ненависти. К тому же не было в живых и соперницы, Астровой. Словно бог сжалился над ней и избавил ее от тех, кто так мучил ее…

Она вспомнила об Урусове, его звонке и последовавшем позже звонке Каротина. Это друзья Сайганова. Состоятельные люди. Они непременно поинтересуются, что она, как жена, сделала для того, чтобы искали его убийцу. И что она им ответит? Что еще ничего не успела? Но это неестественно. Ведь, не убей она его, разве так бы она себя повела? Да она сразу обратилась бы сначала к прокурору, чтобы заручиться его помощью, при этом предложив, конечно, ему деньги, а потом наняла бы детектива… А может, еще не поздно? Можно было бы солгать, сказав, что она уже наняла частного детектива, но Каротин может захотеть лично встретиться с ним, чтобы что-то рассказать об Астровой. Ведь она была его девушкой и довольно долго прожила с ним в Москве. Вот ему бы стоило нанять людей, которые бы нашли ее убийцу. Но пока его интересовали только похороны Ольги. Он даже не знал, что Дмитрия убили. Но уже завтра, завтра утром тело Сайганова привезут в офис, где с ним попрощаются все его друзья и сотрудники… А потом повезут на кладбище. В три часа состоятся похороны Астровой. Она должна успеть везде. Будет нехорошо, если она не появится на похоронах своей подруги-соперницы. Это может быть неправильно истолковано. И Лера тоже будет всюду. И будет смотреть на нее, как на убийцу. Нет, она не посмеет, конечно, выдать ее. Она не такая. Но и себя не позволит утопить.

Лена отошла от окна, плеснула себе коньяку в стакан и залпом выпила. И в эту самую минуту ей послышалось, что к дому кто-то подъехал. Ей стало трудно дышать. Кто это? Минкин? Ну конечно же, Минкин, кому же еще быть?

Она посмотрела в окно и увидела желтый автомобиль – такси. Минкин приехал на такси? Разве у него нет машины? У него таких клиентов, как Сайганов, – хоть пруд пруди. И все платят десятки тысяч долларов, чтобы только устроить свои дела, не платить налоги, выкрутиться и купить себе покой.

Раздался звонок. Лена подошла к панели и нажала кнопку, с помощью которой открывалась калитка. И тотчас увидела, как по дорожке в сторону дома направляются две женщины. Короткий нервный смешок вырвался у Лены. Она узнала их. Они никогда не были подружками. А вот теперь шли вместе, почти синхронно вышагивая по каменным плиткам дорожки. Что они придумали? Зачем приехали? Такси не уезжает, значит, прибыли ненадолго.

Внизу постучали, Лена, тяжело ступая по ступеням, спустилась в холл и подошла к двери. Это была стеклянная дверь, за которой стояли те, кто пришел лишить ее покоя. Навсегда. Она не могла объяснить, откуда вдруг взялось это чувство, эта уверенность, что за этой стеклянной дверью ее ждет конец.

Пришлось открыть. Первой заговорила, конечно, Лера.

– Нам нужны деньги, – вдруг сказала она прямо с порога.

– В смысле… – побледнела Лена. – Что вы хотите? Зачем приехали? Я не приглашала вас…

Она боялась смотреть на Таню, которая стояла совсем рядом и дышала, жила своей, теперь уже ничем не связанной с ней жизнью. От девушек исходил запах дождя и сырой земли. В другой день она сказала бы, что от них пахло мокрым садом, но теперь ей казалось, что пахло свежей могилой…

– Ты же не хочешь, чтобы нас троих подозревали в убийстве Димы, – подала голос Таня, и вот только теперь Лена перевела на нее взгляд. Она успела отметить, что ее бывшая домработница осунулась, что под глазами ее залегли темные круги, а на лице – ни кровинки. – Понимаешь, мы тут посоветовались с Лерой и решили, что у тебя от страха просто крыша поехала, и мы хотим тебе помочь… Тебе и всем нам… Мы должны держаться вместе…

Теперь уже Лена вообще ничего не понимала. Как же это они могли прийти к ней с таким предложением, если одну она подставила еще в день убийства, а другой призналась в том, что убила мужа. Неужели они не поверили ей? Подумали, что она сошла с ума? Тогда, может, ей воспользоваться этой идеей и попробовать до конца сыграть роль сумасшедшей?

– Проходите… – Она впустила их в дом и пригласила на кухню. – Входите, только я пока ничего не поняла… Какие деньги…

Она еще не разобралась, кто кого сейчас будет шантажировать.

– Понимаешь, – вполне дружелюбным тоном продолжила Таня, – то, что ты подставила меня, отправив за деньгами, я сначала восприняла как подлость, но потом, подумав, пришла к выводу, что у тебя просто временное помешательство… Думаю, ты вошла в спальню, увидела труп Димы, и у тебя поехала крыша…

– …а то, что ты рассказала мне о том, что это якобы ты убила своего мужа, – добавила вдруг, сильно напугав Лену таким признанием, Лера, – это тоже явилось следствием нервного стресса… Мы вот тут встретились, поговорили, все сопоставили и пришли к выводу, что ты никого не убивала… Ты должна успокоиться и больше никому не говорить таких глупостей.

– Но деньги… Я не ослышалась? Вы сказали, что вам нужны деньги…

– Да. Сегодня рано утром мы были здесь… с одним человеком. Проникли в сад через лес. Пойми, мы действовали тебе во благо. Ты бы ни за что не согласилась присутствовать при таком представлении…

– Что происходит? Зачем вы приходили сюда рано утром? И с кем?

Вот теперь ей действительно стало казаться, что она сходит с ума. Она никак не могла понять, о чем идет речь и почему те, кого она предала или собиралась предать, пришли к ней, чтобы внушить ей мысль, что она ни в чем не виновата.

– Вот представь, что ты и вправду убийца. У тебя в руке пистолет, «маузер», неважно, что именно… Ты убила человека, и теперь тебе просто необходимо избавиться от оружия – главной улики. Куда бы ты его спрятала?

– Я не знаю… Хотите выпить? – Она дрожащей рукой достала стаканы и разлила остатки коньяка. – Сейчас я достану груши… Странные вопросы вы мне задаете… Куда? Откуда мне знать. Убийца не мог знать расположение комнат, значит, взял пистолет с собой…

– А если предположить, что убийца, к примеру, Прудников?

Лена резко обернулась, чтобы встретиться взглядом с Лерой. Как могла она упоминать имя Прудникова, если прекрасно знала, кто его отравил и чем и, главное, за что.

– Все, кроме Тани, находились в доме, ведь так? Таня никого не убивала, это ясно. Значит, убийца был среди нас. Но нас обыскивали, как обыскивали и весь дом, все перевернули вверх дном, но оружия не нашли. Я знаю, что искали даже в дуплах деревьев неподалеку от дома… Но убийца оставался на территории дома и сада, значит, он мог бросить его… куда?

– Куда? – Лена почувствовала, как ее мутит от страха.

– Куда-куда, – передразнила ее Таня таким тоном, словно между ними ничего не произошло и она не помнит зла. Лена видела перед собой прежнюю, свою Таню. – В туалет, конечно! Поэтому сегодня мы, чтобы не травмировать тебя прежде времени, приехали сюда с одним типом… Он бомж и согласился за тысячу рублей достать из туалета – с помощью мощного магнита, который раздобыла Лера, – тот самый пистолет, из которого был убит Дима.