Сердце красавицы склонно к измене - Дарья Калинина

– И я узнала! Этот мерзкий Курилкин задурил мужу мозги. Уверил его, что все женщины – жуткие дряни. Привел еще какие-то аргументы, уж не знаю, какие именно. Но факт тот, что мой муж впервые в жизни решился на подлость! И в отношении кого? В отношении меня! Меня, которая всегда помогала ему!

Анастасию явно душило негодование. Но, вспомнив, в каком жалком состоянии нынче находится ее муж, она собрала эмоции в кулак и заявила:

– И теперь я уверена, что корень зла не в Курилкине! Он был всего лишь орудием. Корень зла в этой молодой женщине, в Светлане!

Фраза прозвучала очень решительно. Голос Анастасии звучал уверенно, но подруги не восприняли ее предостережения всерьез. Почему? Ну, они сочли, что Анастасией движет ревность и оскорбленное самолюбие. Все-таки ее муж хочет обобрать ее до нитки, чтобы хорошо выглядеть перед другой женщиной. Горшков полагал, что неважно, каким образом он добудет свое состояние. Достаточно просто приблизиться к Свете по уровню жизни.

– Дом, машина, кредиты… Это все было приобретено Горшковым под влиянием этой Светы. Все вело к его полному краху. Я уверена: молодая любовница решила погубить моего мужа. Я только не понимаю, зачем ей это было нужно!

И снова подруги пропустили мимо ушей слова Анастасии, приняв их за элементарную ревность. Мысли их крутились в другом направлении. Итак, Анастасия знала о существовании любовницы, но это ее, судя по всему, не очень-то сильно трогало. Страсть между супругами, если когда-то и существовала, давно погасла. Теперь они были просто партнерами, решившими стариться вместе.

То есть так думала Анастасия. А вот Горшков передумал. И как могла отреагировать на это Анастасия?

– А кто вам посоветовал нанять детектива?

– Если честно, то эта мысль давно бродила у меня в голове. Еще год назад в тот момент, когда муж повел себя столь странно, я подумала: а не проследить ли за ним с помощью какого-нибудь доверенного лица? Но потом у меня возникло столько дел в связи с оформлением купчей на дом, документами на жительство в другой стране… у меня элементарно не было ни времени, ни сил, чтобы заниматься еще и мужем. Да к тому же я думала, время все расставит по своим местам.

– Значит, детектива вы наняли, приехав в Россию? А кстати, когда вы приехали?

Оказалось, что Анастасия жила в Питере уже больше недели. За это время она наняла детектива, узнала от него о существовании у ее мужа молодой любовницы. Встретилась с Курилкиным и разругалась с Горшковым. Она также выяснила, что за козни супруг готовит против нее. Пока все указывало на вину Анастасии в случившихся несчастьях. Только неделю как в стране, и в активе у нее уже имеется труп врага и присмиревший муж на больничной койке.

– Сама понимаю, как неубедительно выглядит моя позиция, – вздохнула Анастасия. – Все вокруг будут думать, что убийца – это я. Но я не убивала! Вы хоть мне верите?

– Верим, – неожиданно ответили подруги хором.

– Спасибо вам.

И тут по губам Анастасии скользнула задорная улыбка.

– А знаете, ведь Горшков тоже думает на меня! Он потому и вел себя так примерно, когда меня увидел. Струхнул! Решил, что я его добить явилась прямо в больницу! Видели бы вы его лицо!

И Анастасия неожиданно расхохоталась. Впрочем, смех ее длился недолго.

– Приятно, конечно, что хоть так я немного расквиталась с Горшковым. Но убивать людей… Это не дело. Я хочу разобраться во всем!

Еще одна желающая. Сначала любовница Горшкова, теперь жена. У мужика просто талант находить себе самоотверженных женщин, готовых ради него на подвиги.

Вернувшись в поселок, подруги увидели возле своего дома Свету. Девушка выглядела бледной.

– Где вы были целый день? – кинулась она к ним. – Звоню вам, звоню, вы объяснять по телефону ничего не желаете! Что это за отношение к клиенту?

Света несколько раз пыталась прорваться к подругам, но те, будучи постоянно в обществе Анастасии, по понятным причинам не могли разговаривать с любовницей Горшкова. Если бы Анастасия поняла, с кем они так мило воркуют, то она бы замкнулась в себе. Кому захочется делиться сокровенным с работающим на врага шпионом?

– Я прямо вся извелась! Лешка в больнице. Вы уехали! К Курилкину явились какие-то люди, ищут его. Узнали, что он погиб, прямо такой цирк устроили! Не было бы все так грустно, похохотала бы!

– А что случилось-то? Расскажи!

– Нет уж, это вы мне скажите, чем целый день занимались! – неожиданно уперлась Света. – Где вы были?

– С мадам Горшковой, – не подумав, ляпнула Леся. – Возили ее сначала к следователю, а потом к мужу в больницу.

Кира хотела ущипнуть подругу, та взглянула на перекосившееся лицо Светы и поняла, что поздно прибегать к репрессиям. Упоминание о мадам Горшковой внесло свою лепту.

– Что? – в ярости прошипела Света. – С кем вы были? С этой… с этой старой вешалкой? И что вы у нее забыли?

– Она главная подозреваемая. Мы выясняли, есть ли у нее алиби.

– И что? Выяснили?

– Да. Алиби есть.

– Значит, следователь ее не арестовал?

– Нет.

– Плохо. Просто ужасно. Хотя, если честно, я и не думаю, что это она Курилкина прикончила. Лешка мне рассказывал, что жена у него беспомощная дура. Тупая идиотка, которая живет на деньги своих богатеньких папочки и мамочки. Ест, пьет и больше ничего знать не хочет. Жвачное животное, а не баба!

Анастасия совсем не показалась подругам такой уж беспросветно тупой личностью, о чем они и сказали Свете. Но опять же зря. Света оказалась девушкой ревнивой. И глаза у нее яростно сверкнули:

– Вы переметнулись на сторону этой Горшковой? Сколько она вам заплатила?

– Ничего она нам не платила. Да мы и не взяли бы у нее деньги.

– Вот это правильно! И помните, вы работаете на меня. Прямо сейчас бегу за деньгами.

– С тебя мы тоже денег не возьмем.

– Значит, будете работать на Горшкову? Закопаете меня, а ее обелите? – заплакала Света.

– Да с чего ты взяла?

– А как же иначе? Либо она убила, либо я. У нее мотив, у меня место происшествия. Ведь труп-то нашли в моем доме! Горшковой хорошо, у нее алиби. А у меня… у меня ничего нет. Я думала, что вы на моей стороне, а вы… вы тоже меня предали!

И с этим возгласом Света умчалась к себе домой. Подруги хотели побежать за ней, догнать, успокоить, но подумали и решили, что надо дать Свете немного времени, чтобы прийти в себя и успокоиться.

– Заглянем к ней через часик.

– Или лучше через полтора.

– За это время она поймет, что была не права. И выслушает нас с куда большим вниманием.

А пока что подруги пошли к себе домой. Лисицы дома снова не было. Кошки тоже отсутствовали. И девушки наспех перекусили парой кусков пиццы, которую Лисица где-то заказал, но целиком так и не осилил. Подругам очень бы хотелось думать, что Лисица именно им оставил эти два кусочка, памятуя, что они рано или поздно вернутся домой и могут быть очень и очень голодными. Но… но они понимали, что эти куски достались им просто потому, что Лисица их именно не осилил.