Ложь во благо - Алессандра Р. Торре

Убийца собирает информацию и следит за жертвами до похищения. Он изучает их распорядок дня и социальную жизнь. Он чрезвычайно осторожен в выборе времени похищения и планирует все до последней мелочи.

Детектив Сакс поделился обвинениями в вуайеризме против Джона. Его поймали два или три раза. Все, за кем он следил, — богатые женщины. В то время я не поверила открытию, будучи уверенной, что Джон Эбботт не был сексуально заинтересован ни в одной женщине, кроме своей жены, и, может, была права. Полиция предположила самый вероятный вариант, но Джона не интересовали богатые женщины среднего возраста. Даже не зная о них ничего, я могла бы поспорить, что все они были матерями, и Джон Эбботт интересовался не ими. Он следил за сыновьями-подростками.

Щепетильно следит за своим внешним видом. По природе склонен к точности и аналитичности. Его работа требует внимания к деталям. Отточенный ритм жизни. Беспокоится о том, что думают другие.

Это безупречно подходило к Джону, словно я написала этот анализ исключительно о нем. Я обхватила лоб руками и вдохнула, чувствуя, как дрожат ладони.

— О, боже, — прошептала я. — Плохо дело.

Где были знаки? Я их упустила? Упоминал ли он жертв на наших консультациях? Хотел ли он излечиться от тех наклонностей, прикрываясь Брук как оправданием?

Нет. Хоть я могла упустить отсылки к мальчикам, я отказывалась принимать, что он на самом деле не боролся с насильственными наклонностями по отношению к жене. Эмоции, которые он проявлял на консультациях, открытый гнев, появлявшийся на лице, надрывность голоса… он был ранимым и откровенным в те моменты. Я это знала.

Я закрыла глаза и вспомнила нашу последнюю встречу. Он начал кричать, брызжа слюной, и выдал тираду о Брук и соседе.

— Я вижу как она на него смотрит, — Джон вскочил, меряя расстояние между нашими креслами короткими, напряженными шагами. — Как она говорит о нем. Она думает о нем во время секса, я это чувствую. Она сияет как чертова школьница, — прорычал он. — И она весь день дома одна. Они трахаются… я знаю, — он пнул маленькое мусорное ведро возле стола, и оно перелетело через комнату, стукнувшись о стену.

Это было за две недели до освобождения Скотта Хардена и смерти Брук с Джоном. Он говорил, что дело в новом соседе, но если посмотреть на время… что, если это был Скотт Харден?

Я глубоко вдохнула, пытаясь замедлить ход мыслей. Если ревность Джона касалась общения Брук и Скотта Хардена — и ранее Гейба Кевина — это значило, что Брук контактировала с жертвами. Что она знала о преступлениях Джона.

Я думала, у Джона паранойя, но, может, это было не так. Может, Брук спала с парнями. Изнасилования… участвовала ли в них она?

Мазь. Проявления доброты. Я решила, что это была диссоциированная личность, но что, если это никакое не раздвоение? Что, если это второй человек?

Брук.

Ужасное предчувствие впилось ножом в душу, когда я осознала, что это могло значить.

Наличие женщины могло объяснить ложь Скотта Хардена. Неопытный подросток, спавший со взрослой женщиной, — так намного проще перескочить к стокгольмскому синдрому, особенно если она была хорошим полицейским, а Джон — плохим. Появились ли у нее настоящие чувства к Скотту Хардену? Это она его отпустила? И поэтому ли Джон ее убил?

Даты сходились. Я никогда не проводила между этим связь, но Брук с Джоном умерли в то же утро, когда объявился Скотт Харден. Рука задрожала, и я сжала ручку, чтобы унять тремор.

Я вспомнила о повторяющихся утверждениях Джона, что Брук влюблялась в соседа. Что он сказал в утро их смерти? Он думал, что она уйдет от него и сбежит с ним. Может, он был прав.

Меня внезапно охватил ужас, когда дюжина элементов встала на свое место.

Я сказала ему избавиться от садовника.

Я практически оторвала переднюю часть папки, яростно пролистывая страницы, скользя пальцем по записям с первого месяца консультаций. Общие сведения… история отношений с женой… вот. Садовник.

Джон беспокоился, что они слишком сблизились. Он слышал, как они смеялись вместе. Смотрели друг другу в глаза. Он нашел грязную посуду в раковине и предположил, что она готовила ему обед.

Я запечатлела аккуратным почерком решение его болезненных опасений.

Я предложила решить проблему, уволив садовника.

Первые консультации Джона были охвачены его переживаниями о жене и садовнике. Джон хотел убить Брук из-за боязни предполагаемой измены и чувств к другому. Поэтому я подтолкнула его на путь наименьшего сопротивления. Это было легко. Убрать садовника из уравнения и сфокусироваться на восстановлении и укреплении отношений с женой.

Но если сосед из наших последних консультаций был Скоттом Харденом, тогда садовник был… Я всхлипнула от боли и сжала волосы в кулаках. Я сказала ему избавиться от Гейба Кевина.

Сухое утопление. Смерть отличалась от других. Была ли безумная ревность триггером для особо жестокого умерщвления? Ох, а я предоставила ему решение успокаивающим голосом, уверенно высказав мнение на этот счет.

Я зажмурила глаза, пытаясь отогнать из мыслей снимки со вскрытия. Стеклянный взгляд. Кровь, запекшаяся вокруг сердца. Он был таким молодым. Таким невинным.

— Привет, Гвен.

Я вздрогнула, оторвав руки от головы и увидев Роберта на пороге кабинета. В расслабленной руке сверкнуло лезвие ножа.