Две невесты на одно место - Дарья Донцова

В общем, не стану вдаваться в детали, ей-богу, они неинтересны,уясним только, что Федор получил бумаги, отыскал остров и понял, что нужная егочасть ушла под воду, неглубоко, но для поисков необходим акваланг. Мужчинараздобыл подводное снаряжение и в первый же день вытащил из морской пучиныожерелье. Серебро сильно потемнело и стало похоже на железо, камни потерялиблеск, но в руках умелого ювелира изумруды с рубинами снова засияют.

– Это лишь очень скромная находка, – вещалФедор, – если бы со мной не случилось несчастье, мы бы сейчас получилинесметные деньги. Но, увы, драгоценности останутся на дне, я пытался обратитьсяк археологам, звонил в Академию наук, однако меня попросту высмеяли, когдауслышали имя пирата Билли Бонса, сказали: «Вы, похоже, Стивенсона обчитались».

Ну как объяснить людям: сокровище есть, карта расшифрована,осталось лишь спуститься под воду!

Игорь посмотрел на гнутую железку с мутными стекляшками ичуть не заплакал. Бедная мама! Да отец натуральный сумасшедший! Говорят, спсихиатрами случается такое, лечат чужое безумие и в конце концов сами лишаютсяразума! Эта невзрачная штука – сокровище!

Константин тяжело вздохнул, подмигнул Игорю и со страшносерьезной миной заявил:

– Вот это да! Можно мне ожерелье с собой на денекзабрать? Приятелю покажу, он ювелир, пусть оценит.

– Конечно! – обрадовался Федор. – Буду толькорад, может, тогда Аня мне поверит!

Через неделю Костя приехал к Самойловым и сказал Федору:

– Вещь подлинная, ей цены нет!

– Вот видишь! – обрадовался инвалид. – Давайтебе карту покажу!

– Хорошо, – кивнул Константин, – только дверьв ванную починю.

Профессор начал шуршать бумагами, а Костя пошел в комнату кАне, позвал Игоря и сказал:

– Небось понимаете, что ожерелье дрянь?

– Ну да, – кивнула Аня.

– Похоже, кто-то из девушек в воду уронил, –пояснил Костя, – года два-три тому назад. Правда, украшение серебряное, нокамни обычное стекло.

– Угу, – бормотнула Аня. – Я не сомневалась вэтом. Федор сошел с ума!

– Значит, так, – подвел итог Костя, – япереезжаю жить к вам, все равно Игорь знает, что к чему, а тебе с инвалидомодной не справиться.

– С ума сошел! – подскочила Аня. – Что людискажут: при живом супруге еще другого мужика завела, молодого.

– Наплевать нам на всех, – отмахнулсяКостя, – впрочем, если хочешь, можешь развестись, и мы поженимся. Тольковсе равно с Федором в одной квартире жить придется, не бросить же убогого!

Аня сначала заплакала, а потом сказала:

– Хорошо.

Развод прошел тихо, свадьбу отметили незаметно и зажилибольшой, дружной семьей. Через некоторое время Игорь с горечью понял: отец ивпрямь умалишенный.

Федор по непонятной причине начал считать Аню своей дочерью,а Константина зятем. Иначе, как «сыночек», он второго мужа своей жены не звал.Игоря бывший психиатр держал за внука, впрочем, иногда брал его за руки иговорил:

– Ты самый хороший.

У Игоря сжималось сердце, с каждым днем он любил отца всебольше и больше. Впрочем, и Аня, и Костя трогательно заботились о профессоре.Особых денег в семье не водилось, пенсия Федора почти целиком уходила ему налекарства, но с каждой получки бывшая жена и ее новый муж покупали что-нибудь,как они говорили, деду. Это могли быть шоколадные конфеты, до которых Федорстал большим охотником, или байковая, уютная пижама. Распорядок дня семьи былподогнан под нужды инвалида, его никогда не оставляли одного, и Аня не лениласьготовить Федору его любимые пирожки с капустой. Единственное, что онаотказывалась делать, это слушать рассказы бывшего мужа о кладах. Но тут напомощь приходил Константин, он исправно внимал профессору и с огромныминтересом изучал карты.

К весне у Игоря в голове все перемешалось, ему сталоказаться, что Аня и Костя его мама с папой, а Федор дедушка. Мальчик стал зватьотца «деда», а тот совершенно спокойно отликался:

– Ау, мой родной.

В начале июня Федор начал беспокоиться.

– Когда мы поедем на остров? – без конца вопрошалинвалид.

Аня и Костя, как могли, успокаивали профессора, но тот сталпроявлять агрессию.

– Мой клад! Вдруг его кто другой отроет! Костя, тыобещал!

В конце концов «зять» не выдержал и сказал Ане:

– Давай свожу его на море.

– Матерь Божья, – всплеснула руками Анна, –он же в коляске.

– Ну и что? Внесу в поезд, там вытащу, экапроблема, – пожал плечами Костя, – я здоровый!

– А до вокзала как его доставить? – продолжалавозмущаться Аня.

Костя призадумался.

– Попрошу на работе «рафик», – сообразилон, – туда и коляска войдет, мне дадут, я у начальства на хорошем счету!Да ты не дергайся, Анюта, я все устрою. Может, деду полегчает, ишь, извелсявесь, скатаю его в Крым, пусть на море поглядит, и опять год спокойно пройдет,психа-то не переспорить!

– Хорошо, – неожиданно сказала Аня, – толькои я с вами.

– Здорово, – обрадовался муж, – вместе иотдохнем.

Игорь хотел было закричать: «А я?» – но вовремя вспомнил,что денег в семье мало, и прикусил язык. Если разбираться в ситуации, Костяправ, деда необходимо отправить на побережье, он успокоится. Мама тоженуждается в отдыхе, и вообще они вместе с Костей нигде не были, Игорь жемолодой, он и подождать может, какие его годы, случится у него еще и Крым, иКавказ, и любовь.

Костя великолепно организовал дело, где-то раздобыл денег,достал билеты туда-обратно, и пятого июня вся семья, за исключением Игоря,погрузилась в «рафик». За рулем сидел один из сослуживцев Кости, вызвавшийсяпомочь коллеге.

– Ты тут, сынок, без нас не балуйся, – началчитать наставления Костя.

– Не маленький уже, – буркнул школьник.

– Так был бы маленький, я б и переживать нестал, – вздохнул Костя, – смотри не кури!

– Ага.

– Водку не пей.

– Угу.

– Компании шумные не собирай.

– Ладно.

– Всю ночь напролет не гуляй.

– Угу.

– Девочек не води.