Пятое сердце - Дэн Симмонс

Мистер Споффорд встал и, обойдя массивный стол, протянул Джеймсу руку – настолько вялую, что она казалась бескостной и неживой.

– Добро пожаловать, мистер Джеймс! Ваше посещение – большая для нас честь. Чем мы можем быть вам полезны?

Джеймс на мгновение опешил. Он надеялся провести свое исследование анонимно, никого не ставя в известность.

– Быть может, вы хотите посмотреть на наше собрание ваших замечательных сочинений? – спросил Эйнсуорт Рэнд Споффорд. Он по-прежнему стоял рядом с Джеймсом и явно чувствовал себя неуютно вне кресла за собственным столом.

– О нет, что вы, разумеется нет! – ответил Джеймс. – Совсем короткое… даже не сказать, что исследование. Скорее – библиографическая справка.

– Конечно! – воскликнул Споффорд, потирая худые бледные руки, как будто только договорился с Джеймсом о крупной сделке. Затем он тронул некое сложное приспособление у себя на столе.

Через секунду в стене, заставленной книжными шкафами, открылась замаскированная дверь, и в кабинет бесшумно вошла высокая худая женщина.

– Мисс Миллер, моя старшая помощница, – сказал Споффорд. – Наш сегодняшний почетный гость, мисс Миллер, прославленный американский писатель Генри Джеймс.

Мисс Миллер остановилась в трех ярдах от Джеймса, так что тот не мог, по американскому обыкновению, пожать ей руку и ограничился легким поклоном.

Она выглядела типичной библиотекаршей, как их изображают карикатуристы. Высокая и костлявая, с пучком, в бурой хламиде поверх застегнутой на все пуговицы рубашки (по виду мужской), маленькие бифокальные очки сдвинуты на кончик длинного носа, а слева, там, где под грубой тканью должна находиться грудь, – карточка «Д. Миллер».

«Д. Миллер, – подумал Джеймс. – О господи, только не это».

– Мисс Миллер зовут Дейзи, так что вы должны быть старыми знакомыми, – произнес Эйнсуорт Рэнд Споффорд с кладбищенским лаем, который, должно быть, означал у него смех.

Мисс Миллер густо покраснела. Джеймс смотрел на носки своих туфель, которые за время прогулки от стройки неприлично запылились.

– Мистер Джеймс хочет провести небольшое исследование, – продолжал Споффорд. – Если вам понадобится дополнительная помощь, мистер Джеймс, обращайтесь ко мне без всякого стеснения. – И он вновь протянул руку.

Джеймс прикоснулся к безжизненной ладони и вслед за мисс Миллер прошел через дверь в книжном шкафу.

Библиотекарша провела его по лабиринту заставленных книгами комнатенок в длинное узкое помещение, и Джеймс осознал, что этот коридор высотой примерно в три этажа и есть Библиотека Конгресса. Или, по крайней мере, ее часть. Книги заполняли не только все полки; они лежали стопками на полу, за перилами на балкончиках, на столах и на стульях.

Мисс Миллер увидела, что это зрелище повергло его в шок.

– Когда в шестьдесят четвертом году сам президент Линкольн назначил мистера Споффорда на его нынешний пост, – сказала она неожиданно женственным грудным голосом, – Библиотека Конгресса насчитывала менее шестидесяти тысяч томов. Основную ее часть составляло личное собрание Томаса Джефферсона. Теперь у нас почти четыреста тысяч томов… Мы обогнали Бостонскую публичную библиотеку, которая до того считалась самой большой в Америке. И мистер Споффорд надеется за три года – к тому времени, когда будет выстроен новый корпус, – довести это число до миллиона.

– Похвально, – проговорил Джеймс. – Весьма похвально. Замечательно.

Они прошли по узкому помещению, огибая стопки книг на полу, и оказались перед перпендикулярным коридором. Его стены тоже вздымались на высоту трех этажей и венчались сводчатым потолком. Здесь тоже повсюду были книги.

– Чем я могу вам помочь, мистер Джеймс?

– Э-э… я подумал… – запинаясь, выговорил прославленный писатель. – То есть… я хотел спросить, нет ли у вас малоизвестного физико-математического сочинения под названием «Динамика астероида»?

Мисс Миллер тихо рассмеялась. Смех у нее был на удивление приятный и мелодичный.

– Книга профессора Мориарти! Разумеется, она у нас есть, хотя вы правы, мистер Джеймс, она очень редкая. Однако мистер Споффорд приложил все усилия, чтобы расширить научный фонд библиотеки в соответствии с ее изначальным предназначением.

Джеймс двумя руками оперся на зонт и кивнул, стараясь не показать, как удивлен, что она сразу вспомнила автора книги.

– Хорошо, что вы попросили вам помочь, сэр, – продолжала мисс Миллер, – поскольку «Динамику астероида» мы выдаем лишь по особому разрешению.

– Неужели? Заумную математическую книгу? Почему, мисс Миллер?

– После того как два года назад появилось сообщение агентства Рейтер, а также статья в «Нью-Йорк таймс», перепечатанная из лондонской «Таймс», что профессор Джеймс Мориарти погиб в Рейхенбахском водопаде вместе с английским сыщиком Шерлоком Холмсом, у нас возникло слишком много запросов на эту книгу от обычных читателей. Мы побоялись, что без надзора ее могут украсть просто из-за той ценности, которую придал ей ажиотаж.

– А-а-а, – протянул Джеймс.

– Сюда, пожалуйста. – Мисс Миллер повела его вверх по железной лестнице, где между стопками книг еле-еле оставался проход для одного человека.

* * *

За следующие два часа Генри Джеймс узнал много такого, чего совершенно не предполагал узнать.

Если бы он искал самостоятельно, как планировал вначале, то не нашел бы ни книги Мориарти, ни упоминаний о нем, однако мисс Миллер добыла ему из фондов Библиотеки Конгресса все, что относилось к профессору, который в последнее время снискал столь громкую, пусть и далекую от математики славу.

Для начала мисс Миллер принесла две книги: столь часто упоминаемую «Динамику астероида» (двести девять страниц формул с очень небольшим количеством текста, совершенно нечитаемого, как и предупреждал Холмс) и более тонкий, 68-страничный «Трактат о биноме Ньютона». Вторая книга была опубликована в 1871-м, в том же году, когда, согласно краткой справке на задней обложке, Джеймс Нолан Мориарти получил свои две докторские степени, по математике и прикладной физике, в Дублинском университете. Она вышла в маленьком дублинском издательстве, о котором Джеймс никогда не слышал, и была посвящена Карлу Готфриду Нейману, профессору Лейпцигского университета.

Имя профессора Неймана ничего не сказало Джеймсу, но мисс Миллер заверила его, что это крупный ученый, часто упоминаемый в немецких и других математических журналах, и даже принесла в доказательство его книгу «Das Dirichtlet’sche Prinzip in seiner Anwendung auf die Reimann’schen Flächen».[18]

Джеймс мог бы задуматься, почему студент дублинского Тринити-колледжа посвящает свой первый математический труд лейпцигскому профессору, но вместо этого объяснил мисс Миллер, что интересуется в первую очередь биографическими сведениями о профессоре Мориарти – и его фотографиями, если их можно найти.