Подземный конвейер - Сергей Зверев

Хрусталев и Тертишный сидели рядом, вглядываясь в происходящее в пещере. Эколога заметно потрясывало. Антон ободряюще всем кивнул и пополз вперед. Пробираться по мелким камням и не издавать шума было сложно. Когда впереди появлялось какое-то укрытие, Антон вставал на четвереньки и передвигался таким вот не эстетичным способом.

Наконец он поравнялся с началом конвейера. Сейчас Хорев был от него всего-то метрах в десяти. Копаева одолевал соблазн первым делом пристрелить его. Нет, ранить хорошенько, чтобы не сбежал еще раз.

Автоматная очередь ударила необычно громко. Сразу стало больно в ушах, которым досталось еще во время обвала. Голову забили ломота и гул, но Антон пересилил себя.

Перепуганные таджики повалились на землю. Среди осколков камней, выбиваемых автоматными пулями, разбегались охранники. Один упал с окровавленным бедром, второй получил пулю точно под левую лопатку. Третий сгорбился за бочками, не высовывался и вздрагивал, когда пули проходили рядом с его убежищем.

Хорев и какой-то мужчина в черном с первыми же выстрелами бросились к решетке. Наверное, они решили, что это атака спецназа, или просто удирали от страха. Антону некогда было задумываться об этом. Он рванул к решетке, по пути выбил пистолет из руки охранника, раненного в ногу. Несколько пуль пропели рядом с ним, отрикошетив от стены.

Впереди слабый свет вдоль тоннеля, убегающие люди в черном. Еще двое в замешательстве крутились со своими баллонами у решетки. Антон выстрелил на бегу, понял, что промахнулся, и пальнул еще два раза. Один из сварщиков схватился за бок и осел на камни, второй кинулся было к решетке, видимо, пытаясь перекрыть проход каким-то известным ему способом.

«Если успеет, то все напрасно, конец всем! – понял Копаев. – Ничего, восемнадцать патронов в магазине, да еще столько же во втором. Да я их тут прижму к земле так, что пикнуть не успеют. Это вам не «Макаров», а «Викинг», он же «МР-446»! Спуск мягкий, приятный, регулируемый прицел. Не зря эти пистолеты делаются для экспортных поставок. Хорошее оружие у наших бандитов».

Человек у решетки ударился в нее грудью и стал сползать по ней на камни. Антон оглянулся и увидел, как через бочки и все прочее перескакивает Нестеркин, свирепо поводящий стволом автомата во все стороны. Следом Хрусталев с пистолетом в руке тащил за локоть Тертишного.

Таджики стали поднимать головы и озираться по сторонам. Снова начался галдеж. Еще миг, и они в ужасе кинутся следом, сомнут своих спасителей, поднимут шум. Один черт знает, что там может случиться еще. Ударит пулемет, в толпу полетят гранаты?..

Нестеркин как-то сообразил, что нельзя сейчас пускать рабочих в галерею следом за убежавшими охранниками. Антон был очень благодарен молодому участковому, когда тот грозно завопил и дал очередь поверх голов рабочих.

Они бежали по проходу, стараясь не думать, что встретят развилку, ошибутся тоннелем и уйдут в другую сторону, в тупик. Но рельсы и кабель под потолком шли только по основному коридору. Потом впереди снова послышались крики и выстрелы.

Антон рванул изо всех сил. Его команда, задыхающаяся от ядовитых испарений, осталась далеко позади. Еще два поворота, потом вагонетки, которые перекрывали обзор, автоматная очередь и грохот металла. Что там такое творится?

Антон бежал прямо по шпалам, чтобы вагонетки скрывали его от тех, кто сейчас находился впереди, в еще одной пещере. Он выскочил на освещенный участок и сразу пригнулся, прижался к ржавому толстому металлу старых шахтерских вагонеток.

Посреди пещеры шла свалка. С десяток рабочих, исхудалых, черных от грязи, сцепились с тремя охранниками и Хоревым. Один человек в черном валялся на земле с разбитой головой. Наверняка мертвый. Еще двое в грязных спецовках в разных позах лежали неподалеку от Антона. Он хорошо видел пулевые отверстия на их одежде. И еще здесь щипало ноздри и глаза от чего-то едкого. Антон высунулся и увидел, что из пробитой бочки льется маслянистая жидкость.

От крепкого удара один из рабочих отлетел и попал под струю этой мерзости. Истошный крик раздался под сводами пещеры. Человек крутился как ужаленный, извивался, а одежда на нем буквально дымилась. Антон видел, как красная плоть чернела на глазах, как с бедняги темными полосами сползали остатки одежды. Выстрел какого-то охранника наконец-то прекратил муки несчастного.

Сзади затопали ноги. Антон обернулся и махнул рукой, чтобы его товарищи не останавливались. Он выскочил на открытое пространство, трижды выстрелил и свалил одного охранника. Хорев обернулся, злобно выругался и поднял руку с пистолетом. Антон прыгнул в сторону, стреляя наугад.

Он упал, перекатился и увидел, что помощник депутата отбросил пустой пистолет и бросился бежать по коридору вправо. Двое охранников исчезли слева. Несколько таджиков кинулись за ними. Спустя минуту там грохнул сильный взрыв. Пещеру сразу стало заволакивать дымом и пылью, запахло химикатами.

Антон побежал за Хоревым, обгоняя измученных рабочих, которые падали и кашляли, кажется, с кровью. Он летел и вглядывался в тени, мелькавшие впереди. Грохнул выстрел, и пуля ударила в камни справа. Не останавливаясь, Антон выстрелил шесть раз в том направлении, где заметил вспышку. К его удивлению, он услышал громкой вскрик боли. Чтобы усилить эффект, Копаев выпустил остаток патронов в темноту и на ходу сменил магазин.

Освещенный участок, охранник с простреленным плечом. Антон снова на бегу ударом ноги выбил из руки раненого пистолет и побежал дальше. На следующем повороте он увидел Хорева. Помощник депутата ворочал какую-то бочку, с остервенением матерясь и хрипя. Увидев Антона, он выхватил из-под куртки гранату и рванул чеку.

Копаев отпрянул назад и дважды выстрелил в то место, где находился противник. Истошный вопль заставил Антона замереть.

«Попал я или нет? Может, пробил бочку, а там кислота или что-то едкое?»

Он обернулся, чтобы позвать своих, но тут грохнул новый взрыв. Что-то посыпалось, загрохотало, повалилось. Где-то завыла сирена, что-то загудело так, что под ногами задрожала земля. Антон не понял, успели ли подбежать его помощники, потому что взрывная волна бросила его на пол.

Честно говоря, в этот момент Копаев основательно испугался. Нет, не смерти, а того, что все оказалось напрасным, что никаких доказательств он на поверхность не принесет. Камера на его голове может быть разбита. В клочья разорван Хорев, главный исполнитель всего этого ужаса.

– Вентиляция! – прокричал на ухо Антону Нестеркин, лицо которого было залито кровью. – Вентиляция включилась. Здесь есть люк наверху. Наверняка, потому что по стволу идут железные скобы. Надо выбираться, пока все не задохнулись.

Антон кивнул и встал. Все кружилось вокруг него в пыли и грохоте. Он успел протолкнуть вперед Хрусталева и Тертишного. Коля Нестеркин упорно пихал Копаева к шахте и старался держаться сзади. Антон послушался и полез вверх.

Подниматься пришлось метров пять, и эколог выдохся. Хрусталев буквально тащил его на себе. Потом он еще головой и плечами пытался отвалить чугунную крышку люка. Антон вывалился из шахты третьим, растянулся на бетоне, блаженно подставил лицо солнцу и дышал полной грудью. Только потом он понял, где они вылезли.