Черная невеста - Валерия Вербинина

– Неужели? – Миссис Бедфорд снова широко распахнула глаза. – В журнале «Зеленый чертополох»… Ты разве не читал? О, само собой, это элитарное издание, только тонкие ценители в силах его оценить… Я пришлю тебе номер журнала, не беспокойся. А насчет денег мы с тобой еще поговорим… позже… в более подходящем месте, – добавила она.

Когда миссис Бедфорд наконец удалилась, гремя бусами и браслетами, писатель опустился в первое попавшееся кресло, ощущая сильнейшее сердцебиение. Однако его испытания на этом не кончились, потому что через минуту к нему подошел его агент, подвижный человечек с пальцами-сардельками и блестящими черными глазами.

– Том, – сказал Бедфорд, – мне во что бы то ни стало надо пристроить мой роман.

– Текст уже готов?

Писатель кивнул.

– Осталось напечатать только две последних главы… Новая машинистка работает не так быстро, как предыдущая.

По правде говоря, новая машинистка вообще его раздражала. О нет, она не делала ошибок и печатала вполне профессионально, но зато она постоянно шмыгала носом и сморкалась, и это выводило его из себя.

– Что ж, попробуем, попробуем, – с сомнением протянул Том. – Кстати, один мой знакомый из полиции сообщил кое-что занятное. Среди вещей Смитов нашли книгу с твоим автографом.

– Каких еще Смитов? – спросил Бедфорд. Том изумленно посмотрел на него.

– Тех самых, которые на самом деле Инмэны. Ламбетский убийца и его жена. Помнишь, мы устроили в начале года автограф-сессию после выхода «Тени возмездия»? Судя по дате в надписи, именно тогда Смит подошел к тебе и спросил автограф.

«Тень возмездия», «Тень возмездия»… Бедфорд поморщился, вспомнив большой книжный магазин, в котором для встречи с читателями ему отвели закуток на втором этаже. Пришло совсем немного людей, в основном это были немолодые мужчины и женщины, которые читали его книги еще в юности и теперь еще продолжали покупать их по привычке. Забавно, но никакого Смита он не запомнил, а тот ведь наверняка называл свою фамилию, чтобы Бедфорд подписал книгу.

– Если удастся протащить в прессу упоминание, что ламбетский убийца читал твои романы, это может помочь напечатать следующую книгу, – задумчиво заметил агент. Бедфорда аж передернуло.

– Нет, Том, только не это! Прошу тебя! И не надо мне говорить, что я ничего не смыслю в коммерции, – с раздражением добавил он, видя, что агент собирается переубеждать его.

– Но ты ведь действительно ничего не смыслишь в коммерции, Уильям! Так как мне прикажешь продавать твои романы?

Вопрос остался без ответа, потому что мистер Бедфорд подозвал слугу и взял с подноса выпивку. Потом он выпил еще раз, и еще, и еще, и, хоть и не утратил ясность мысли, остальная часть вечера погрузилась для него в легкий, приятный туман. В этом тумане выделялись только два пятна – алое платье леди Хендерсон, которая произносила речь о благотворительности, и серо-сиреневый наряд Ксении, которая пристально смотрела на писателя. Рядом с ней сидел Деннис Мюррей, который то и дело пытался отвлечь ее разговором, но делал он это вовсе не из вежливости и не потому, что девушка, которую ему представили миссис Ломакс и Эндрю Найт, ему понравилась. Деннис отлично помнил, что видел ее раньше на вечере у герцога Олдкасла, куда она заглянула на несколько минут и явно без особой охоты, и был заинтригован. Как англичанину, ему жизненно важно было поместить ее в некую классификацию, приклеить невидимый ярлык, который позволит ему раз и навсегда уяснить, как надо с ней обращаться, но пока Ксения упорно сопротивлялась всем попыткам подыскать ей однозначное определение. Он только понял, что она не родственница миссис Ломакс, не родственница Найта и не родственница Олдкасла.

– Скажите, мисс, вы случаем не художница? – с горя спросил Деннис.

– Нет, – ответила Ксения и, покосившись на дремавшего в углу Бедфорда, добавила: – Я машинистка.

– О!

По огонечкам, мелькнувшим в глазах Ксении, адвокат понял, что она смеется над ним, но даже не успел обидеться, потому что леди Хендерсон передала слово новому оратору, и все зааплодировали, приветствуя его.

– Вы знакомы с Хью Гилмором? – спросил Деннис.

– Нет, – сказала Ксения. – Он, кажется, миллионер?

– Миллионер, бизнесмен, филантроп, спортсмен, – перечислил адвокат. Ксения всмотрелась в жесткое решительное лицо оратора и едва заметно поморщилась.

– Он мне не нравится, – сказала она.

– Вам не нравится, что он спортсмен или что он филантроп? – поинтересовался Деннис с ангельским видом.

Ксения пристально посмотрела на него. По правде говоря, мистер Гилмор в эти мгновения волновал ее меньше всего на свете.

– Это правда, что вы защищали ламбетского убийцу? – выпалила она.

Адвокат усмехнулся.

– Не вижу смысла это отрицать, – сказал он.

– И вы не жалеете?

– О чем?

– Хотя бы о том, что, когда этот человек и его жена оказались на свободе, они снова стали убивать. Или вы всерьез считали, что они были невиновны, а трупы, которые обнаружили шесть лет назад в подвале их дома, туда принес кто-то другой?

Будем откровенны: Деннис мог попытаться отшутиться. Он мог также в изящной форме поставить свою собеседницу на место; он мог… да черт возьми, как опытный адвокат, он знал тысячу и один способ, как уйти от прямого ответа. И когда он впоследствии с неудовольствием вспоминал этот вечер, он так и не сумел себе объяснить, зачем ему понадобилось тогда сказать правду. Вероятно, пытливые глаза Ксении, устремленные на него, все же сыграли свою роль.

– Моя мать была тяжело больна, – спокойно промолвил Деннис. – Ей нужна была дорогостоящая операция, которую могли сделать только в Швейцарии. А у меня не было денег. Понимаете ли, я был всего лишь молодым адвокатом без особых связей, которого никто не воспринимал всерьез. Никто, ни один человек в Лондоне, не хотел защищать Инмэна. А я взялся за это дело. И когда я его выиграл, ко мне пришла слава адвоката, который способен… способен на многое. Это принесло моей матери несколько лишних лет жизни, а моим близким обеспечило достаток, который они заслуживают. Но я скажу вам одну вещь: я никогда не считал Инмэна и его сообщницу невиновными. У людей, которых они убивали, остались близкие, остались родственники, остались друзья. Лично я был уверен, что, когда Инмэны выйдут на свободу, их просто-напросто прикончат, и тогда я буду защищать того, кто это сделает, и, конечно, добьюсь оправдания. Видите, мисс, каким я был идеалистом? – Он усмехнулся. – Но, как вы знаете, ничего такого не произошло, и Инмэны просто исчезли. Чем все кончилось, мы уже знаем.

– Кроме главного – человека, который сумел до них добраться, – сказала Ксения.

– Да, несомненно, это чрезвычайно важный момент, – вежливо согласился адвокат.

В другом углу гостиной миссис Ломакс наклонилась к Эндрю Найту и негромко сказала: