Среда обитания - Чингиз Абдуллаев

Арсаев поднялся, качнулся. И вышел из кабинета, уже несдерживая слез. Суровцев шагнул следом. Двери закрылись.

– Где документы? – сразу спросил Деменштейн.

– Они в филиале известного немецкого банка в Москве. Вдепозитарной ячейке. На имя Лапикова. Игоря Викторовича Лапикова, –пояснил Дронго. – Полагаю, что там все документы. Неверов был достаточноопытным человеком и понимал, что рано или поздно его найдут. Поэтому спряталдокументы на чужое имя в банке. Без ключа туда вас не пустят.

– Тогда зачем мне эта дурацкая информация? Черезнекоторое время ячейку вскроют и прочтут документы.

– Не вскроют. За ячейку уплачено. На год вперед. Я далвам название банка и фамилию. Можете узнать номер и каждый год исправно вноситьплату. На год вперед. Или на двадцать пять лет. И пока вы будете платить, никтоне имеет права без ключа Неверова вскрыть эту ячейку. Она будет оставатьсязакрытой.

– Вы уверены?

– Убежден. Там надежно будут храниться обличающие васдокументы.

– Понятно, – Лев Давидович беспокойно прошел покабинету, поднял голову. – Это даже лучше, чем я мог себе представить. Ятак и сделаю. Оплачу на двадцать пять лет. А там посмотрим.

Дронго поднялся.

– Подождите, – остановил его Деменштейн, –сколько я вам должен? Я готов выплатить гонорар, как мы условились. Скажите,сколько? Я понимаю, что миллион была несколько нереальная цифра, но вы можетеназвать более конкретную и реальную.

– Ничего. Вы окончательно уничтожили мою веру вчеловечество, – печально произнес Дронго. – Хотя нет. Я полагаю, чтовам нужно заплатить по счетам вашей жены. Перевести двести тысяч долларов наимя Светланы Неверовой, которая осталась одна с двумя мальчиками. И еще стотысяч на имя моего помощника Эдгара Вейдеманиса, который сломал ногу во времямоего расследования. Последние сто тысяч Леониду Кружкову, рисковавшему сегодняжизнью. Ваша жена выпустила в него две пули прямо в упор. Хорошо, что оностался жив, иначе она могла получить пожизненный срок.

– Я все переведу, – пообещал Лев Давидович, –но вы тоже работали. Как вы считаете, сколько я должен лично вам? Я хочу васпоблагодарить.

– Ничего. Я уже вам сказал.

– Вот чек на семьсот тысяч. Триста из них ваши. В концеконцов, вы рисковали своей жизнью. Можете отдать их своим товарищам, –предложил Лев Давидович, – и сами перевести деньги Неверовой. Будетнеправильно, если я ей заплачу. Возникнут вопросы, появятся сомнения.

– Возможно, вы правы, – согласился Дронго.

– Я не думал, что еще остались такие люди, каквы, – признался Лев Давидович. – Чем-то вы напоминаете мне моегоотца. Он был такой бессребреник и очень добрый человек. Только вы злой, хотя инастоящий профессионал. Я был не прав, когда недооценивал вас. Спасибо вам завсе.

– Ничего. Зато у меня появился опыт общения солигархами. Нужно сказать, что очень поучительный опыт.

– Хватит, – поморщился Деменштейн, – вы меняне добивайте. Скажите честно – мою жену отпустят?

– Она в салоне автомобиля. Но в плохом состоянии. Ведьей кажется, что ее повезут в тюрьму, обвинив сразу в двух убийствах. Или ворганизации двух покушений на убийство.

– Я сейчас спущусь, – заторопился Лев Давидович.

– Не спешите. Каждая минута в ожидании тюрьмы,возможно, благотворно скажется на ее дальнейшем характере.

– Вы считаете, что мне нужно с ней жить? Может, лучшеразвестись?

– Я не специалист по семейно-брачным отношениям, –мрачно ответил Дронго. – Просто учтите, что она пыталась перекупитьдокументы у шантажиста и убрать свидетеля, дважды выстрелив ему в живот. Я былично поостерегся жить с такой женщиной. Завтра она решит, что вы простомешаете ее карьере, и уберет вас, отравив вечерним ужином.

Деменштейн внимательно на него посмотрел. Было непонятно,шутит Дронго или говорит серьезно.

– Вот ваш чек, – ледяным голосом произнес олигарх.

Дронго взял чек. И не прощаясь, пошел к выходу. ЛевДавидович проводил его долгим взглядом. Затем подошел к окну, глядя наавтомобиль, в котором сидела его жена в окружении сотрудников частного сыскногоагентства. Секунды складывались в минуты. Минуты шли одна за другой. Он стоял уокна, глядя вниз и не зная, как ему следует поступить.

Дронго вышел из здания. Сильный ветер ударил ему в лицо. Онпосмотрел наверх. Монументальное здание компании. Своя собственная средаобитания для таких олигархов, как Лев Давидович Деменштейн. Он вспомнил, чтоему еще предстоит встреча с Френкелем, и достал телефон. «Они друг другастоят», – весело подумал он.

– Добрый вечер. Леонид Иосифович, – почти ласковосказал он, – кажется, нам нужно обсудить нашу проблему.

Через минуту он положил аппарат в карман. Теперь нужнопоехать в ФСБ и пригласить их сотрудников в качестве свидетелей беседы.Интересно, сумеет ли снова вывернуться Френкель или ему предъявят наконецобвинение в убийстве Ашота Погосова? Кажется, Регина говорила, что один изсотрудников Френкеля, которого сумел переманить Деменштейн, погиб вавтомобильной катастрофе. Пусть они проверят и эту версию.

Ветер бил ему в лицо. Непривычный сильный ветер. В последниегоды в Москве часто случались такие. Он подошел к своему автомобилю, которыйуже приехал за ним. Водитель взглянул на Дронго.

– В больницу, – попросил он, – поедем кЭдгару, навестим нашего товарища. Заодно найди хороший магазин, чтобы я могкупить ему фрукты.

Кажется, кто-то сказал такую необычную фразу: «Чем больше яузнаю людей, тем больше люблю собак». А мне остается только перефразировать ее:«Чем больше я узнаю среду обитания олигархов, тем больше мне нравится житьсреди обычных людей».