Амплуа девственницы - Татьяна Полякова

Минут через десять я сообразила, что он копирует АленаДелона, любимого актера моей мамы, впрочем, мне он тоже нравился. В общем,парень был красив, но это еще не все, в нем чувствовался характер, а это,согласитесь, немало. Становилось ясно — если он распустит перья, нашей сестрепридется туго.

— Привет, — кивнул он Сашку, покосился на меня иустроился на соседнем стуле, — Слышал о Лерке, — сказал он спечалью. — Очень жаль.

— Угу, — кивнул Сашок и смахнул слезу, самуюнастоящую.

— Зовут меня Алексей, — заявил парень, обращаясько мне. — А вас как зовут?

— Анна, — отозвалась я.

— Очень приятно. Итак, что я должен сделать за полторытысячи?

— Почему за полторы? — нахмурилась я. — Затысячу.

— Жизнь дорожает, — покачал он головой. — Ну,так что я должен сделать?

Я бы предпочла, чтобы это объяснил ему Сашок, но тот могтолько гыкать и потому пришлось согласиться с Леркой, что говорить буду я.

Запинаясь и краснея, я рассказала ему о задании.

Сашок извлек из кармана папку, где находились фотографии икое-какие сведения о гражданке Стасовой, собирающейся связать свою судьбу сбогатым бизнесменом. Алексей покосился на меня, хмыкнул и заявил:

— Сделаю. — Поднялся, постукивая папочкой постолу, и, простившись, ушел.

— Слушай, — нахмурилась я, — а что, если онотправится к гражданке Стасовой, возьмет с нее еще полторы тысячи…

— Может, — проквакал Сашок, — но мыпроследим…

— Кто «мы»? — спросила я. Он удивленно взглянул наменя, а до меня начало доходить: не один Сашок носится по городу по каким-тонеизвестным мне делам, скорее всего, на Лерку работают разные люди, многолюдей, о которых я даже не имею представления.

Мне сделалось как-то не по себе, я выпила минералки иотправилась к машине. Через полчаса мы были дома и рапортовали Лерке о встрече.

— Вряд ли он побежит докладывать ей о задании, —пожала плечами Лерка. — Во-первых, невыгодно. Девка может в милициюподаться, и останется он без денег, но с неприятностями. Во-вторых, не захочетссориться с Сашком. Один раз Леха номер выкинул, и Сашок ему ноги сломал, обе.Хотя я говорила, чтоб одну. Я помню, помню, что у тебя не нарочнополучилось, — махнула она рукой, заметив, что Сашок обиженно ерзает настуле. — Короче, Сашуню он уважает и особо наглеть не рискнет. Считай,девица на крючке.

— А если она не захочет иметь с ним дело? —усомнилась я.

— Ты бы не захотела? — хмыкнула Лерка.

— Конечно, нет, раз он занимается шантажом. И вообще…

— Но она-то об этом не знает. Когда он в ударе, емуцены нет. А что, подлец, в постели вытворяет…

Хочешь попробовать?

— Ты спятила, что ли? — возмутилась я.

— А что такого? Устроить нетрудно. Сотня баксов, и всехделов. Со старушек берет по пятьсот, а ты у нас красавица, думаю, когда он тебякак следует разглядит, сойдемся на чисто символической сумме.

— Если ты не замолчишь, я выгоню тебя из своейквартиры.

Лерка почесала нос и сказала с беспокойством:

— У тебя нет парня. Это меня тревожит. Когда у красивойдевчонки нет парня, это противоестественно. В голову лезут всякие мысли.

— Оставь при себе ценные замечания, — обиделась яи ушла в ванную.

На душе было пакостно, и вовсе не от Леркиных слов. Желаниеузнать, что в ячейке (а что там может быть, кроме денег?), завело меня слишкомдалеко.

Кому приятно чувствовать себя шантажисткой и негодяйкой? Явспомнила рыжую. Если б она знала, что я у нее из-под носа пытаюсь свистнутьденьги… при условии, что они лежат в ячейке. Если я их найду, непременноподелюсь с ней.

Тут в голову мне пришло вот что: если Васька повинен нетолько в ограблении, но и в убийстве трех человек, являться к рыжей было оченьглупо. Ясно, что, раз деньги в ячейке, убийце они не достались и он их будетискать. И тут являюсь я, здрасте пожалуйста. Я подружка Арсения. А не тебе лион, случайно, рассказал, куда дел денежки? Если убил троих, то и четвертоговполне может. Дернула же меня нелегкая искать его. Но если бы не искала, небыло бы у меня сейчас ни документов, ни паспорта.

А если никого они не ограбили? То есть ограбил казино вовсене Арсений, а Васька, узнав о гибели приятелей, в самом деле пустился в бега?Тогда что лежит в ячейке?

Узнать это мне захотелось с такой силой, что я пересталадумать о том, что я шантажистка и поступаю скверно. Вдруг Васька объявится илиуже объявился? Надо бы предупредить рыжую, чтобы она была с ним поосторожней.Но не могу же я сказать: он убийца. С чего я вообще взяла, что он кого-то убил?

Я окончательно запуталась, но почувствовала потребностьнемедленно увидеться с рыжей. Предлог есть: я беспокоюсь за Арсения и хочуузнать, не появился ли Васька.

Я прошмыгнула в свою комнату, переоделась и незаметнопокинула квартиру, по крайней мере, так мне казалось в тот момент. Однако,выезжая со двора, я заметила Сашка, он как раз садился в свою «Тойоту». Черездве минуты я смогла увидеть в зеркало, как Сашок пристроился за мной и даже неделал попыток скрыть это. Сначала я разозлилась, потом подумала — может, ихорошо. Все-таки охрана. Похоже, я в ней здорово нуждаюсь, если вокруг сплошьграбители и убийцы.

Я свернула во двор и сразу же почувствовала беспокойство.Возле подъезда рыжей стояла милицейская машина, рядом собрались граждане, восновном пенсионеры, и что-то обсуждали. Я ощутила необходимость хорошенькоподумать, прежде чем идти в квартиру. Пока я думала, Сашок вышел из «Тойоты»,которую припарковал рядом, и направился к гражданам. Я наблюдала за ним, ожидаясамого худшего. Сашок, потолкавшись среди пенсионеров, подошел к моей машине ипостучал по стеклу, я открыла окно, а он с грустью сказал:

— С балкона свалилась.

— Кто? — ахнула я.

— Девчонка из двадцать пятой квартиры. Много выпила,вышла на балкон покурить и того… Менты сообщили бабке. Сейчас квартируосматривают.

Я была так потрясена, что даже не удивилась тому, что Сашокговорит внятно, а главное, много.

— Когда она с балкона свалилась? — прошептала я.

— Сегодня ночью. Часа в три. Соседи крик слышали.Поехали отсюда, не то прицепятся, чего доброго. На что нам это счастье?