Комплекс Синей Бороды - Наталья Александрова

В квартире значительно поубавилось народу. Все друзья изнакомые Анны разошлись, Милку еще час назад увез совершенно обалдевшийвстрепанный муж. Очевидно, его доконали близнецы, дружный рев которыхраздавался из машины. Удалился и кое-кто из родни. Остались только самыекрепкие. Дородная старуха в серой кофте неторопливо пила чай за разореннымстолом, старик, руководивший сборищем, мирно дремал в кресле.

– Ты кто? – спросила старуха Маркиза, глядя из-подочков. – Ты Шурочкин сын?

– Ага, – сказал он радостно, – здрассти,бабушка!

– Какая я тебе бабушка, – нахмурилась она, –я тебе тетя! На Шуру ты не похож!

На кухне две тетки мыли посуду и пели слаженными голосами:

Вот ктой-то с горочки спустился,

Наверно милый мой идее-от!…

Третья, та самая дочка похожая на белую крыску, вытиралапосуду и пыталась подпевать, немилосердно фальшивя. Из спальни, потягиваясь,вышел дядя Костя. Он прокрался на кухню, ущипнул одну из теток, та радостновзвизгнула, тогда он обнял обеих и стал уговаривать их еще выпить.

– Господи, – с тоской сказала Лола, – ну чтоони творят? Поминки все-таки, человек умер.

– Часто ли они видятся? – Леня философски пожалплечами. – Сама знаешь, всю родню редко кто на праздники собирает. А туттакой случай – из разных городов на поминки собрались. Ну и радуются встрече,соскучились…

– Противно все… – Лолу передернуло. – Зачем мыснова сюда пришли? Я домой хочу!

– Вот что, дорогая моя, – Маркиз посмотрел на нееочень внимательно, – забудь свои капризы. Ты мне нужна!

– Для чего? – холодно спросила Лола.

– Для дела, – так же холодно ответил Леня, –и хватит препираться, время дорого. Значит, сейчас идешь на кухню, выманиваешьвсех оттуда и держишь в комнате как можно дольше. Что хочешь делай, хотьстриптиз устраивай, но чтоб ни одна собака в кухню не проскочила! Вот, возьмиспецинвентарь, – он протянул Лоле металлическую фляжку, в которой тяжелоплескался коньяк.

Лола низко опустила голову, чтобы это чудовище в образе еекомпаньона не заметило блестевших в глазах слез. Все-таки Ленька –отвратительный тип! Только что прижимал к груди и волновался, жива ли она, итут же, не моргнув глазом, посылает на задание. И глаза такие равнодушные!

Лола тяжко вздохнула и поглядела на себя в зеркало.Собираясь на похороны, она перерыла весь гардероб в поисках подходящего черногокостюма, но осталась недовольна. Черного-то было навалом, но либо платьеслишком короткое, либо – открытое, на бретельках, костюмы тоже не слишкомподходили. В конце концов она остановила свой выбор на черном короткомжакетике, но, чтобы замаскировать слишком откровенный вырез, пришлось надетьпод низ тоненький свитерок.

Лола тут же в прихожей стащила свитерок, а на жакете ещерасстегнула пуговку, покачала головой при виде своего бледного лица – никакогомакияжа, она же все-таки на похороны собиралась, а не на свадьбу!

Тут же, на столике под зеркалом, валялась забытая кем-топомада неупотребляемого Лолой ярко-алого цвета. Судя по дешевому виду, помаданикак не могла принадлежать покойной Анне, так что Лола отважиласьвоспользоваться ею, и неожиданно добилась удивительного эффекта. Губы,накрашенные алым бантиком, приобрели соблазнительный вид, Лола вытаращилаглаза, для тренировки похлопала длинными ресницами и отправилась на дело.

В кухне двоюродный дядька по-прежнему тискал теток, теповизгивали, но не гнали его прочь.

– Дядя Костя… – Лола подмигнула и показала издалекасвою фляжку, – а что у меня есть…

– Ой! – двоюродный потянул носом. – А тамчто?

– А попробуй… – Лола игриво рассмеялась.

– Ну, девонька, меня два раза просить не надо! –Дядя Костя бросил своих теток и пошел за Лолой.

Тетки хором на??мурились и поглядели на Лолу в четыре глазаочень неодобрительно.

– Пойдемте вы тоже! – Лола улыбнулась им открыто ипо-дружески. – Помянем Анечку породственному, что вы все работаете даработаете, устали небось…

В прихожей им попалась навстречу крысовидная дочка, открыларот от удивления при виде живописной группы.

– Лапонька! – дядя Костя подхватил ее под руку иповолок с собой.

В комнате Лола мигом расчистила место на столе и выставилачистые рюмки.

– Ну, – бодро сказал дядя Костя, разливконьяк, – со свиданьицем!

– И за знакомство! – поддержала Лола, сообразив,что про поминки все уже как-то подзабыли.

Тетки хлопнули по рюмочке и заговорили о чем-то своем, дядяКостя быстро выпил, крякнул уважительно и тут же налил себе еще, «крыска»медленно потягивала из своей рюмки, с подозрением глядя на Лолу.

– Ты кто? – вдруг спросила старуха в серой кофте,уставившись на Лолу прокурорским взглядом.

– Я – Верина дочка! – брякнула Лола с испугу.

Старуха удовольствовалась этим ответом и отвязалась. Лоласела так, чтобы видна была дверь кухни, и зорко следила за всей компанией,чтобы никто мимо нее не просочился. Дядя Костя обратил взгляд на ее вырез,облизнулся и придвинулся ближе. Лола затуманила взгляд и села, подперев рукойщеку.