Сиреневый туман - Владимир Колычев

– Привет, Серега! Что, не узнаешь?

– А я что, должен тебя узнать?.. Оксанка, мать моя женщина! Ты!

– Я, Серега, я… Я-то тебя сразу узнала.

– Ну, я же не крашу губы, – усмехнулся он. – И парик не ношу…

– А я, представь, ношу. Сегодня я шатенка, завтра блондинка, а послезавтра – брюнетка…

– Как живешь? Чем занимаешься?

– А ты не видишь?

– Догадываюсь… Что ж, каждый зарабатывает на жизнь как может.

– То-то и оно, Сережа, то-то и оно… Ты только не думай, я на судьбу не жалуюсь.

– А у меня сегодня не то настроение, чтобы жалобы на судьбу слушать. Я, Оксанка, сегодня гуляю. Составишь компанию?

– Я сегодня на работе.

– Тем более.

– А с тебя я деньги брать не хочу.

Оксанка силилась улыбнуться, но вышла какая-то жалкая гримаса. Серега ее понимал. Он знал, что девчонка со школы сохнет по нему… Только пусть даже не намекает ему, что это несчастная любовь толкнула ее на панель. Сегодня у него нет желания слушать бабские сказки.

– Не хочешь – не надо. Жорик заплатит… А танцевать я тебя буду. Или ты не хочешь со мной танцевать?

Оксанка хотела что-то сказать. Но, видно, от волнения слова застряли в горле. Она лишь согласно кивнула.

– Ну и отлично… Кстати, у тебя подружки для моего друга не найдется?

– Да ладно тебе, Серега! – запротестовал Жорик.

– А что так? – нахально улыбнулась Оксанка. – Неужто вы у нас до сих пор девственник?

Похоже, она уже пришла в себя. Пора ее одергивать.

– Ну чего ты к человеку пристала? – с легкой укоризной посмотрел на нее Серега. – У Жорика жена, и он ей еще не изменял…

– Так надо же когда-то начинать.

– Начать никогда не поздно… И вообще, сегодня у меня праздник. Сегодня я гуляю. А Жорик пусть думает сам. Я его не заставляю… Значит, так, сейчас мы ужинаем, пьем водочку и едем к нам в сауну. И гудим там до самого утра… Тебя такой вариант устраивает?

– А если я скажу, что нет?

– Тогда я решу, что ты врешь.

– И правильно сделаешь… Серега, сегодня я твоя навеки!

– Вот-вот, и ты любишь только меня.

– Люблю!

– Тогда давай за встречу!

После первых ста граммов Серега смотрел на Оксанку с интересом. Когда опустел первый графинчик, он смотрел на нее с вожделением. На половине второй поллитры он норовил запустить глаза к ней под юбку. Третью бутылку решено было раскупорить в сауне. Но пить начали уже в машине. Жорик, как самый трезвый, крутил баранку и терзал педали. Серега с Оксанкой пили водку из пластмассовых стаканчиков и запивали пепси-колой.

А потом Оксанка оказалась на нем. Странно, ширинка почему-то расстегнута. Стыковка прошла успешно. А внутри у одноклассницы жарко и скользко. И еще очень тесно. Видно, она владела каким-то профессиональным секретом. Серега вмиг забыл обо всем на свете и в неистовом порыве вошел в нее до упора…

Жорик сделал вид, что ничего не заметил. Молча загнал машину в дальний угол плохо освещенного двора. Так же молча забрал из багажника пакеты с горючим и закусью, отправился готовить сауну. Хотя там и без него все уже должно было быть готово.

Серега с Оксанкой недолго раскачивали машину. Тоже потянулись в баньку. Стол уже накрыт, в парилке сухой жар, в бассейне мокрый холод. После водных процедур немного водки, а потом игра в салки. Серега хорошо помнил, как гонялся за Оксанкой в детстве. Тогда, правда, погоня приносила ему лишь моральное удовлетворение. А сегодня – он гнался за ней по принципу: догоню – сделаю, не догоню… все равно сделаю. За ночь он гонялся за ней раза три. И надо же, каждый раз она оказывалась в его объятиях. Само собой, со всем отсюда вытекающим…

В сексе у Оксанки не было запретных тем, поэтому Серега оторвался на полную катушку. К утру он еле волочил ноги. И без сил плюхнулся на кушетку в массажной. Рядом приземлилась Оксанка.

– Давай просто полежим, – чуть ли не взмолился он.

– Как скажешь, дорогой!

Она смотрела на него с обожанием. И «дорогой» в ее устах звучало совсем не так, как это должна произносить проститутка. А Оксанка самая настоящая проститутка – прожженная от корней волос до кончиков ногтей. И Серега об этом не забывал ни на минуту.

– Я так и не знаю, твоя это сауна или удружил кто-то? – спросила она.

– Моя. Мои пацаны построили.

– Пацаны?! Так ты что, из этих?..

– Из каких из этих? Ты думаешь, я бандит?.. Я что, похож на бандита?

– Нет, ты похож на уважаемого и авторитетного человека.

– Меньше чем на «бригадира» не тяну, ты это хотела сказать?

– В общем-то да.

– А я не «бригадир». Я больше. У меня в подчинении несколько бригад.

– О!

– Я говорю про строительные бригады.

– И я о том же. Жизнь нынче такая. Сейчас везде кто-то кого-то строит…

– Я никого не строю. Я дома строю. Окна, двери, плинтуса… Кооператив у меня свой. А с криминалом я уже давно завязал… Может, ты слышала, что я сидел?

– Слышала, – усмехнулась Оксанка. – И не только слышала… А то, что ты не бандит, это очень даже хорошо…

– Хорошо, не хорошо, это мне решать. А что ты там про меня слышала, а?

– Да нет, ничего. Просто сказала…

– Оксанка, ты мне мозги не парь. Вижу, что-то серьезное у тебя на языке… А ну говори!

– А если не скажу?

– Тогда я знать тебя не знаю.

– Так что, если скажу, будешь всегда со мной?

– Ну, этого я тебе обещать не могу.

– И не надо. И не обещай. Я женщина падшая, тебе с такой жить западло…

– Ну, началось! – поморщился Серега.

– Да ты не напрягайся, – горько усмехнулась Оксанка. – Я тебя на себе женить не собираюсь. Много чести. Для меня… Сама для себя этот путь выбрала, сама и скользить по нему буду… А перед тобой я повиниться хотела. Чтобы хотя бы одним грехом было меньше… Обещай, что пальцем меня не тронешь. Нет, клянись!

– Клянусь.

– Хлебом клянись!

– Ну ты запарила… Ладно, хлебом клянусь.

– Знаешь, кто тебя ментам сдал?

– Кто? – встрепенулся Серега.

Он думал, что Оксанка просто блажит. Но она в самом деле готова была преподнести ему потрясающую новость.

– Учти, ты хлебом поклялся… Сереж, это я тебя ментам сдала.

Даже если бы Оксанка не заручилась его словом, он все равно и пальцем бы ее не тронул. Потому что ее признание потрясло его от макушки до пят. В голове зашумело, руки-ноги налились свинцом. Ни встать, ни пошевелиться.