Изумрудные глаза Будды - Мария Жукова-Гладкова

– Не надо петь, – хором сказали несколько подчиненных Петра Петровича. По виду они были нормальными мужиками, и к сладкоголосой супермегазвезде, «счастью миллионов», относились так, как и положено нормальным мужикам.

– Ребята, а у вас хлеба не найдется? – спросила я. – Хоть черствого? По кусочку?

Мужчины заулыбались и выдали нам по пакету с едой, по которой мы соскучились – бутерброды с колбасой и сыром, мягкие рогалики, сладкий горячий чай из термоса.

Взлетали мы, когда уже темнело. Я вообще обратила внимание, что светлеет тут очень рано и темнеет тоже.

– А как вы спаслись? – спросил Петр Петрович уже в воздухе.

– Летчик посадил самолет на поле.

– Это невозможно, – обернулся вертолетчик.

– Ну, точнее, летчик «уронил» самолет на поле. Там же снега было немерено. Машина как-то дернулась вперед, кабину снесло.

– Но он же взорвался!

– Потом. Часть людей выбралась. Те, кто остались в салоне и не погибли при посадке, умерли во время взрыва. Один пилот остался жив. Он лежит на втором этаже с переломами.

Один из поднимавшихся наверх мужиков кивнул и заметил, что состояние у летчика плохое. Про Костю с Димой он не упоминал.

– А как вообще домик? – спросил Петр Петрович.

– Может, тут летом и хорошо отдохнуть, но в наших обстоятельствах он не показался курортом. Мы не могли подать сигнал друзьям и родным. Это беспокоило больше всего. Кстати, а что по телевизору про нас говорили?

– Я уверен, что говорили про меня, а не про вас! – завопил Небосклонов из конца вертолета и подавился бутербродом с сыром. – Это мое исчезновение стало трагедией миллионов, а уж никак не ваше, Юлия Владиславовна!

– Да, девушек рыдающих показывали, – признал Петр Петрович. – Но я смотрел ваши бывшие передачи, Юлия, а не концерты супермегазвезды. А вы что-то смогли снять про пребывание в тайге?

– А как же! – воскликнула я. – Смонтируем – и покажем.

* * *

Высадили нас на каком-то пустынном шоссе, окруженном с двух сторон лесом, причем садился только один наш вертолет.

– Вон в той стороне, в двух километрах, населенный пункт, – сказал Петр Петрович. – Можете сказать, что прилетели на летающей тарелке. – Он улыбнулся.

– Не волнуйтесь. Мы втроем помним, что вы – призраки, а насчет Артура не беспокойтесь. Трое здравомыслящих людей против одного придурка… Тем более у нас в городе органы его очень хорошо знают.

– Я про вас все расскажу, Юлия Владиславовна! – заорал Небосклонов. – Я напишу мемуары…

– Артур, а ты вообще писать умеешь, кроме как ставить закорючку для поклонниц? – с невозмутимым видом повернулась к Небосклонову Татьяна. – Или ты поклонницам крестик ставишь?

– Ну кто же теперь сам пишет мемуары? – улыбнулся Петр Петрович.

– Да чтобы вывести на чистую воду вас, Юлия Владиславовна, я научусь! – завопил Артур.

Все, находившиеся в вертолете, грохнули от хохота.

Я сказала Артуру, что по возвращении домой подарю ему азбуку. Наш холдинг недавно печатал партию красочных букварей, и я взяла несколько штук для подарков детям своих знакомых.

Распрощались мы с ребятами тепло, вертолет улетел. Когда машина удалилась, я записала номера на бумажку карандашом. Ручка на морозе замерзла, а мороз заворачивал, к тому же мела поземка. Сколько нам еще топать до этого населенного пункта?

Артур тащился последним и что-то все время бухтел себе под нос.

– Горло простудишь, – не выдержала я. – Петь не сможешь. Куда ты безголосый миллионам женщин Земли?

– А фонограмма на что? – подал голос Пашка.

– Это потом, а здесь поклонницам, чтобы приютили несчастного? Ему же личность надо как-то удостоверять.

– Мое лицо знает вся страна! – гордо заявил Артур.

– Морду к документу не приложишь, – заметила я, вспоминая одну из любимых фраз опера Андрюши из управления. – Тем более она у тебя сейчас не такая, как на афишах и по телевизору. С начищенной мордой тебя никто из поклонниц не видел. Кстати, у тебя какие-то документы при себе есть?

Артур молчал.

– Я серьезно спрашиваю, придурок! Морда – не удостоверение личности, если ты хоть спеть сможешь – уже хорошо. Ты петь без фонограммы можешь?

Артур угрюмо молчал.

Мы втроем шли впереди, тащили свои сумки, а Пашка еще и камеру. Артур шел без какого-либо багажа. У него даже перчаток не было, и он засунул руки в карманы. Супермегазвезда на пустынном шоссе среди сибирских лесов. Может, заснять его сейчас? Потом в какой-нибудь клип вставит, например, про любовь с инопланетянкой, которая вначале его забрала в свою летающую тарелку, а потом все-таки оставила миллионам женщин Земли. И вот Артур идет к страдающим поклонницам…

Машин не было вообще. Может, здесь живут настолько бедные люди, что не могут даже оплатить бензин? Хотя кто нас подберет-то? Я бы сама не решилась брать каких-то типов с набитыми спортивными сумками, идущих неизвестно откуда.

Кроме воя ветра, звуков мы не слышали. Я стала сомневаться, что жилье где-то близко. Или собаки в такую погоду не лают? Хотя дорога заасфальтированная. Уже хорошо. То, что темень, ничего удивительного. Мы же в России. Правда, фонарные столбы периодически попадались. Это радовало, в особенности если вспомнить предыдущее место нашего обитания.

– Что будем говорить народу? – подала голос Татьяна. – Надо бы легенду какую-то придумать и ее придерживаться.

– Пока «Без комментариев». А вообще первым делом в этой деревне нужно искать телефон. Деньги у нас есть. Посоветоваться нужно – насчет того, что говорить. Мне кажется, что с нашим любимым домиком связаны интересы очень серьезных людей.

– У тебя есть телефон Вадима для связи?

– Есть. Я его перед поездкой в Сибирь даже наизусть выучила. Но вначале я думаю звонить в Питер Виктории Семеновне. Она – самая здравомыслящая из всех наших знакомых. А там видно будет.

– У вас мобильный телефон есть, Юлия Владиславовна, – послышался из-за спины мерзкий голос Артура. – Можете прямо сейчас позвонить.

– Не может, придурок! – рявкнула Татьяна. – Сигнала нет! Давно бы уже позвонили.

Мы в самом деле первым делом, как только высадились из самолета, проверили мобильные, включив их после долгого перерыва. Когда поняли, что сигнала нет и не будет, трубки тут же отключили, чтобы не сажать батарейки. Ведь подзарядить мы их не могли. Слава богу, Пашка человек запасливый, и для камеры батарейки были, да и снимали мы все-таки не так много.

– Артур, а куда делись Александр Каренович с Карлом? – спросил Пашка через какое-то время. – И вообще иди рядом с нами. Что ты за спиной маячишь?

– От ветра скрывается, – процедила сквозь зубы Татьяна. – Джентльмен хренов.