Женщина перемен - Алла Холод

Вытащить Ингу с того света не удалось, хотя за ее жизнь боролись лучшие врачи. На следующий день после девятин к Илье приехали двое незнакомых ребят, которые кратко объяснили ему, что некий человек требует, чтобы он уехал из города и никогда больше не возвращался. Трудно было поверить, что у заместителя начальника Следственного комитета имеются помощники для деликатных поручений незаконного характера. Они предупредили, что если Илья не примет условие как безоговорочное, то в самое ближайшее время пополнит статистику лиц, пропавших без вести. Пока, заявили они, человек, пославший их, старается избежать кровопролития, но если он не будет понят, пусть Илья пеняет на себя. С тех пор об Илье Шаталове в их городе действительно никто ничего не слышал, и вот теперь он появился снова.

Семен закончил свой рассказ, и несколько секунд приятели молчали, обдумывая информацию.

— А где он теперь работает в Москве? Не удалось выяснить? — спросил Максим.

— Почему не удалось? Удалось, — усмехнулся друг. — В большой частной конторе, вроде моей.

— И он здесь в командировке?

— Такие подробности быстро не узнаешь, но мы это выясним, я тебе обещаю.

— Мне нужно за ним проследить, я должен знать, что он здесь делает. — Максим начал выходить из оцепенения.

— Зачем? Не проще ли отправить его по месту регистрации?

— Не знаю, — покачал головой Максим, — лучше ли это.

— И Яровому пока не рассказывать?

— Давай подождем, — немного подумав, ответил Максим, — мы всегда успеем это сделать.

Из офиса Панюкова Максим вышел в глубокой задумчивости. Пока он был в здании, пошел снежок. Мерное мелькание белых хлопьев успокаивало, настраивало на продуктивные размышления, и Максиму захотелось пройтись пешком. Он даже не сразу понял, кому так отчаянно сигналит водитель черного «Рендж Ровера», припаркованного на выходе из двора офисного центра. И только очнувшись от своих мыслей, сообразил, что это его «Рендж Ровер» и его водитель. Максим махнул ему рукой и не спеша побрел по тротуару, который постепенно покрывался снегом. Слегка подморозило, но он все же решил не садиться в машину. Он не может сейчас ехать в офис, не может работать, не может заставить себя думать о чем-то, не имеющем отношения к ситуации, которая его волнует. Что ему делать? Понаблюдать за этим Шаталовым? Выяснить, что он делает в городе, зачем приехал? Выполняет ли какую-то работу или занят личными делами? Вряд ли московская контора прислала его в командировку, Максиму трудно было представить себе, что за решением вопросов в провинции кто-то обращается в столичное агентство. Зачем? Деньги некуда девать? Могло ли его привести что-то личное? Теоретически — да. У него могли остаться родственники. Кто-то из них мог умереть, в конце концов. Или тяжело заболеть. Панюков установит наблюдение, но что это даст? Допустим, узнают они, зачем он приехал, — и что? Что это знание изменит? Какая разница, что здесь делает этот парень и как он познакомился с Любой? Важен факт того, что это знакомство состоялось и привело к определенным отношениям. И что с этим теперь делать? Что делать ему, Максиму? Жить так, будто он ничего не знает? Позволить жене встречаться с любовником? Мысль об этом была невыносима, ее не хотелось даже допускать. Нет, этого он не сможет вынести, надо искать более реальный вариант поведения. Из переписки, которую он нашел в телефоне, Максим не смог сделать однозначного вывода, на какой стадии находится роман Любочки с этим плейбоем. Слова были нежные, но без каких бы то ни было намеков на сексуальную составляющую в отношениях. Были они уже близки или только собираются? Если есть хоть малейшая надежда на то, что главного между ними еще не произошло, Максим должен сделать все возможное, чтобы предотвратить это. Неужели он совсем не знает свою жену? Как могла она отдалиться от него настолько, что он перестал ее чувствовать? Перестал ощущать опасность, которая, оказывается, подстерегала его?

Подходя к дому, Максим принял решение. Он должен объясниться с Любой и все ей рассказать. История с самоубийством приведет ее в шок. Она же ничего о нем не знает, об этом своем тайном друге, и вряд ли он рассказал ей правду о том периоде своей жизни, из-за которого сбежал из города. Так вот, она должна узнать эту правду. И кто знает — может, еще не все потеряно?

Максим поднял голову. Окна его квартиры не были освещены, и невозможно было понять, дома Любочка или нет. Он не проговорил с Панюковым одну очень важную деталь: как они установят место нахождения Илья Шаталова. Может быть, Семен собирался ловить его на живца, на Любочку? А как иначе узнать, где он остановился? Что, если он не живет в отеле, а снял квартиру частным образом? Максим сунул руку в карман и вытащил телефон. Пальцы совсем замерзли.

— Сема, я оторву еще на минуту?

— Валяй, — отозвался товарищ.

— Как ты собираешься установить его местонахождение? Ты рассчитывал сделать это, когда они с Любой встретятся?

— А что? Ты хочешь что-нибудь предложить?

— Нет, я хочу по возможности избежать такого варианта, — объяснил Максим, — я не хочу, чтобы они встречались.

— Ну это уже от меня не зависит, этому только ты можешь воспрепятствовать.

— Так это возможно?

— Возможно, просто это будет дороже, — отозвался Панюков. — Можно отследить по телефону. Но сейчас за билинг дерут приличные деньги. Сам понимаешь.

— Понимаю, пусть, — согласился Максим, — деньги значения не имеют.

Максим уже собрался войти в подъезд, когда его, как резкая боль, пронзила мысль: а вдруг Любочка сейчас с ним, с этим своим Ильей? Вдруг она уже ушла из дома? Каково это будет — осознавать, что твоя жена в данный конкретный момент находится с другим мужчиной? Каково это — представлять себе, что она сейчас с ним делает? Максим решительно потыкал в кнопки домофона и в несвойственной солидному человеку манере вбежал в подъезд.

— Ты куда-то собираешься?

Люба вздрогнула и обернулась. Максим стоял на пороге ее спальни, в волосах у него таял снег, пальто было расстегнуто, его карие глаза были непроницаемы. Когда-то в далекой молодости Люба говорила, что Максим похож на Леннона. На взгляд самого Максима, вопрос похожести на знаменитого битла был весьма спорным, но сравнение ему было приятно.

— Почему ты дома? В такое время? Что-то случилось? — сыпала вопросами Люба, явно не ожидавшая появления мужа в квартире.

— А что? Я как-то нарушил твои планы? — сбрасывая на ходу пальто, спросил Максим.

— Нет, не нарушил, какие у меня могут быть планы? — пролепетала она, не глядя в глаза.

— Но ты же одевалась, — настаивал Максим, — значит, куда-то собираешься. Вот я и спрашиваю — куда?

Люба резко обернулась и вызывающе вскинула голову.