Сколько живут донжуаны - Анна Данилова

— Какое еще удостоверение?

— Купила в метро, какое же еще! Бутафорское! На имя Селезневой Анны Михайловны.

Нет, я, конечно, подозревал, что моей жене свойственен здоровый авантюризм, но чтобы вот так рисковать и действовать спонтанно, без строгого плана?! Хотя разве я сам не поступал вот так, отчаянно и, быть может, не очень-то и профессионально, когда понимал, что помощи ждать уже неоткуда, что другого способа добыть информацию просто нет?! Но тогда, слушая Лену, я разволновался, потому что не знал, что будет дальше.

— Фима, да ты успокойся! Видел бы ты сейчас свое лицо!

— Хорошо, рассказывай дальше.

— Мы были вдвоем на лестнице, и нас никто не мог услышать. Поэтому я, бегло представившись, сообщила ему, что мы разыскиваем девушку, Татьяну Туманову, пианистку, которая проживает в таком-то доме по улице Садовая-Каретная, и что у нас есть сведения, что в этой же квартире по соседству с ней проживает, то есть снимает комнату, гражданин Шевелев. Чтобы не дать ему опомниться, я сказала, что вполне возможно, что с девушкой случилась беда, и если ему о ней что-то известно….

— Лена!

— А что «Лена»? Мне же надо было его напугать как следует!

— И как он отреагировал?

— Он взял меня за локоть и отвел к окну, подальше от дверей, которые ведут в коридор с офисами. Он испугался, я сразу это поняла.

— «Я не живу там и ничего не снимаю!» — начал говорить он, и тогда я предложила ему два варианта нашего общения. Либо мы едем в следственный комитет и он там дает показания, либо мы побеседуем где-нибудь в кафе, в нейтральном месте, а уж после этого я решу, как действовать дальше.

— Конечно, он выбрал кафе.

— Разумеется. И вот там он мне и признался, что бывает по этому адресу время от времени, что та комната, что по соседству с Таниной, снята его знакомой женщиной. Тогда я начала задавать какие-то наводящие вопросы, вдаваться в детали, пытаясь понять, какого рода отношения существуют между этим Шевелевым и его любовницей, и сначала он отвечал как-то очень уж скупо, словно стесняясь этого разговора, но когда я спросила его в лоб, зачем им понадобилось встречаться в комнате, за стеной которой постоянно занимаются на фортепиано, он окончательно растерялся. Сказал, что давно был влюблен в эту женщину, но она никогда не обращала на него внимания, и что он точно знает, что сначала она встречалась в той квартире с другим мужчиной, ее одноклассником, Денисом Фейгиным, но недолго. А потом сама предложила ему встречаться. Они вместе обедали, и она рассказала ему, что у нее не ладится с мужем, что они на грани развода. Ну, тогда он и предложил ей встретиться у него. Они поехали к Шевелеву домой, но у него ей не понравилось, она сказала, что его квартира напоминает ей квартиру ее свекрови. Потом через несколько дней она позвонила ему и сообщила, что сняла комнату, он приехал туда…

— Лена!

— Ладно. Я сказала ему, что ему лучше во всем сознаться. Заявила, что мы прямо сейчас поедем в следственный комитет, что у меня есть доказательства того, что это именно он вошел в подъезд тогда, когда был убит Вадим Соболев. И что следствие располагает данными, будто бы между Маргаритой Васильевой и Вадимом Соболевым была связь и что якобы он, Шевелев, отравил Соболева, своего соперника. И что он заранее планировал это убийство, поэтому и снял эту комнату. Фима, ты бы видел его лицо! Он вытаращил глаза и весь пошел пятнами!

— Да уж… — Я допил бульон и передал ей пиалу. На моем лице вновь выступила испарина. Лена промокнула его платком, склонилась надо мной и поцеловала.

— И тогда он начал говорить. Его колотило от страха, поскольку мои обвинения выглядели вполне правдоподобно. Ведь я, во-первых, назвала имя его любовницы, во-вторых, связала историю их отношений с убийством соседа Соболева. Словом, быть может, он никогда в жизни никому и не признался бы в том, о чем рассказал мне, но обстоятельства складывались явно не в его пользу. Он — обыкновенный мужчина, немного трусливый, доверчивый и глуповатый. Мы сидели в углу кафе, и нас никто не слышал. Он сказал, что у него с Ритой, как он назвал Маргариту Васильеву, никогда не было близких отношений. Не сложилось. Да, она сама назначала встречи, и он приходил, она иногда даже раздевалась, но близости не происходило. Словно она никак не могла решиться. А он, в свою очередь, не мог вот так просто взять ее и завалить. Они встречались обычно ближе к вечеру, когда как раз возвращалась домой Таня и когда она начинала заниматься. Риту эти гаммы и этюды сильно раздражали, она говорила, что не знала ничего о соседке, когда снимала комнату. Для приличия я спросила у него, конечно, что ему известно об отношениях Риты с Вадимом, и тот ответил, что ему ничего об этом не известно. Я сказала ему, чтобы он никуда не уезжал и держал телефон включенным. Также предупредила, чтобы он ни в коем случае не рассказывал о нашем разговоре Рите.

— Понимаю… Ведь ты уже узнала то, что хотела.

— Да, узнала. Как я и предполагала, Рита сняла эту комнату не для свиданий, а ради самой комнаты. И покладистый и преданный ей, влюбленный в нее Шевелев был нужен ей как раз для алиби, то есть для того, чтобы в случае, если ее спросят, зачем она сняла эту комнату, она ответила — для свиданий. Предполагаю, что она любит своего мужа, поэтому у нее с Шевелевым (кстати, его зовут Михаил) ничего и не было.

— И что было потом?

— Я вернулась с ним в издательство, проводила его до кабинета, потом зашла к Маргарите Васильевой, сказала, что ей просили передать ее телефон, который она оставила в туалете, и ушла. Думаю, что она еще некоторое время находилась в полном недоумении от моих слов. Вот и вся история. Потом я поехала домой, по дороге купила творог и молоко. Фима, ну не смотри на меня так! Я просто хочу тебе помочь!

— И что тебе дала эта информация?

— Предполагаю, что у Риты на самом деле была связь с Вадимом. Думаю, что это была страсть, что она потеряла голову, и когда он ее бросил, она сняла эту комнату, единственное жилье, которое сдавалось в этом подъезде, чтобы только быть рядом со своим любовником. Если бы сдавался холодный чердак, она сняла бы и его. Однако она очень скоро поняла, что совершила ошибку, связавшись с Вадимом, поняла, что у него и без нее полно женщин. А еще, я думаю, он начал шантажировать ее, просить денег и угрожать, что если она не даст, то он сообщит обо всем ее мужу.

— Думаешь, она убила его? Отравила?

— Конечно. Поднялась еще утром в квартиру, ближе к вечеру спустилась к Вадиму якобы с деньгами, предложила ему выпить на прощанье. И подсыпала яду в вино. Потом вытерла все следы, вышла из квартиры, поднялась в свою комнату и затаилась там. А в перерывах между ее перемещениями в подъезд вошел чрезвычайно везучий, прямо скажем, во всех отношениях пианист Игорь Светлов. И влип по самое не хочу!

— Но у нас нет никаких доказательств!

— Конечно, нет. Но зато есть одна пружина, за которую, если потянуть, можно добиться признательного показания.

— И?..