Детектор красивой лжи - Марина Серова

— Могу, просто обстоятельства несколько изменились.

— Ну да, конечно, обстоятельства, — хмыкнула Алинка. — Не понимаю, как я столько лет с тобой дружу?

— А я с тобой? — задала я встречный вопрос.

— Ладно, выкладывай: что у тебя за обстоятельства? — потребовала моя подруга.

— Я вчера следила за Ивановым. Он встретился в пивбаре с Мануйловым. И между делом у них зашел разговор о несовершеннолетней дочери Дениса Янкловича, Алисе. Так вот, это девчонка обещала переспать с Даном, когда ей исполнится семнадцать.

— Погоди, она же ему почти как сестра…

— Вот то же самое ему сказал Леха. По-моему, Иванов начинает осознавать, что свои первобытные инстинкты надо хоть иногда держать под контролем.

— Ты думаешь, Янклович в это поверит? — усомнилась Нечаева. — По-моему, мой план гораздо надежнее.

— У меня есть аудиозапись этого разговора.

— Ну что ж, Поля, дерзай! А мне с Чурковым еще работать и работать! Он так просто деньги не перечислит. Надеюсь, я могу рассчитывать на некоторый процент от этой суммы? — поинтересовалась Алина.

— Ну разумеется.

Поговорив со своей подругой, я задумалась о том, как передать запись директору горовской телекомпании. Может, опять прибегнуть к услугам курьера? Поставив себя на место Янкловича, я попыталась предположить, какой будет его реакция. Скорее всего, он не поверит в то, что запись подлинная. Поговорить с дочерью или с пасынком Денис Олегович, скорее всего, не решится, а если и решится, они будут все отрицать. Пока директор телекомпании будет выяснять, кто стоит за этим посланием, подойдет очередная пятница и вечером в эфир выйдет «Кузница звезд». Впрочем, Янклович может сразу решить, что все это дело рук конкурентов Данилы, поэтому эффект от моих действий будет обратным. Проанализировав все это, я поняла, что опосредованная курьерская доставка не годится. Нужно передать запись из рук в руки и с определенными комментариями. Надо сначала убедить Дениса Олеговича в том, что я ему не враг, что лично мне ничего от него не нужно, что я просто хочу предотвратить беду… А кто я такая, чтобы влезать в личную жизнь этого человека и членов его семьи? Никто. И возрастные категории у нас разные, Янклович мне едва ли не в отцы годится. Если бы мой клиент был адекватным, я бы попросила его встретиться с отчимом Мануйлова и поговорить с ним на равных. Но Чурков был не из тех, кому можно доверить такую тонкую психологическую работу. Но кто же тогда справится с этой задачей?

— Полетт, — Ариша заглянул в мою комнату, — ты, случайно, не знаешь, где мой зонт-трость?

— В прихожей, рядом с тумбой для обуви.

— А я его в своей комнате ищу… — Дедуля топтался в дверях, словно хотел что-то мне сказать.

— Ты куда-то собираешься? — поинтересовалась я у него.

— На вокзал, встречать Инессу. Погода нынче пасмурная… А у тебя все в порядке, ma ch?re?

— Да, — кивнула я, — все нормально.

— Точно? А почему ты не сразу откликнулась?

— Просто задумалась.

— О чем, если не секрет? — полюбопытствовал Ариша, усаживаясь в кресло.

— Это по работе. — Я обрисовала ему ситуацию.

— Да, проблема весьма щепетильная, но я, возможно, смогу ее решить. — Дедуля лукаво улыбнулся. — Насколько это срочно?

— Пятница — крайний день. Но чем раньше Янклович поймет, что Даниле в проекте больше делать нечего, тем лучше. Да и от Алисы его надо держать подальше.

— Неужели они под одной крышей живут? Каково же этой девочке, если она каждый день находится под прессингом сексуально озабоченного «брата»? Неужели родители ничего этого не замечают? — вопросил Ариша.

— А когда им замечать? Они работают.

Дедуля уехал, а я села за компьютер, зашла на форум, но сэра Тимоти там не было. Тогда я перешла на Горовский информационный портал, и мое внимание сразу привлекло сообщение: «Вчера, в десять часов пятнадцать минут, в службу «03» поступил звонок от очевидца аварии, произошедшей на Князевской улице. На место ДТП была направлена бригада скорой медицинской помощи. В результате столкновения «Лады Гранты» и «Лады Приоры» пострадали оба водителя и четыре пассажира. Все шестеро доставлены в больницу с травмами различной степени тяжести». О пешеходе не было сказано ни слова, стало быть, тот пьяница не пострадал. Меня это обрадовало. А что до тех шестерых придурков, уже во второй раз попытавшихся преследовать меня, они, на мой взгляд, получили по заслугам. Сами виноваты!

Ближе к вечеру мне позвонил Евгений.

— Полина, ты дома? — поинтересовался он.

— Дома.

— Не уезжай, я сейчас к тебе приеду, — предупредил меня Крючков и отключился.

* * *

Вопреки устоявшейся традиции, сегодня мой институтский приятель был без цветов и сладостей, что свидетельствовало о чисто деловом характере его визита. Мы расположились с адвокатом в гостиной, выполненной в холодном стиле хай-тек. Женька достал из кожаной папки и разложил на столе какие-то бумаги.

— Полина, я хочу, чтобы ты посмотрела на схему ДТП около Шевыревки. — Крючков подал мне листок. — Что ты можешь сказать навскидку?

Я нехотя взяла бумажку, взглянула на нее одним глазком и сразу же вернула ее обратно:

— Ничего не могу сказать.

— Ладно, тебе это простительно, ведь ты у нас дисциплинированный водитель, впрочем, как и я. Только я начинал свою адвокатскую карьеру именно с защиты автоводителей, попавших в ДТП, так что на эти схемы насмотрелся и научился в них разбираться. Когда я начал знакомиться с делом, заведенным на Перфилова, мне показали эту схему, и я сразу понял: здесь что-то не так…

— Конечно не так. Никиты там вообще не было, — напомнила я. — Ты же знаешь это…

— Поля, не перебивай меня, пожалуйста, — подал голос Крючков. — Да, я в курсе, что ты подставила Перфилова-младшего, и знаю зачем. Речь сейчас не об этом. По сводкам прошло, что Коновалова на мотоцикле сбил «Опель» темного цвета, скрывшийся с места происшествия. Во всяком случае, так утверждал свидетель Ломов, житель Шевыревки. Самой аварии он не видел, но минут за пятнадцать до этого Ломов, заправляя свою «Ниву», заметил сначала мотоцикл, а потом и «Опель», промчавшиеся мимо АЗС. Вот он и предположил, что виновник аварии — водитель иномарки. Когда же я взглянул на схему, засомневался, что так все и было. Посмотри: вот тут лежал перевернутый мотоцикл, а тут — тело Коновалова. А тормозной путь видишь какой?

— Тормозной путь мне ни о чем не говорит, — не стала умничать я. — Женя, не тяни резину, резюмируй!

— Ладно. Я практически уверен, что это не «Опель» сбил мотоцикл, а тот сам перевернулся, потому что проходил поворот на сумасшедшей скорости. Иномарка же влетела в двухколесного «коня», уже лежавшего на дороге.

— А по Коновалову она тоже проехала? — уточнила я у Крючкова.