Место встречи назначает пуля - Алексей Макеев

– Лежать! – скомандовал полковник.

Весь героизм охранника улетучился, как по команде. Из грозного хищника он в одну секунду превратился в робкое животное. Отбросив пистолет, он вытянул перед собой пустые руки.

– Где хозяин?

– У себя в кабинете.

– Кабинет где?

– Второй этаж, первая дверь направо.

– Еще охрана есть? – спросил подоспевший к месту схватки Крячко.

Парень перевел на него взгляд. Вид у Станислава был пугающий. Всклокоченный, перепачканный грязью, весь в крови. Левая рука плетью свисает вдоль тела.

– Еще… двое, – выдавил из себя охранник. – Один внизу в холле, и один на втором.

– Перевернись! – скомандовал Гуров.

Парень подчинился. Полковник быстро и ловко завел ему руки за спину и защелкнул наручники. Крячко уже бежал по направлению к дому, вооружившись своим табельным. В дверях его встретил высокий седовласый тип с выпирающей вперед нижней губой и автоматом в руках. Заметив Станислава, седовласый вскинул дуло и дал по бегущему короткую очередь. Крячко бросился на землю, кувыркнулся через голову и, припав на одно колено, прицельно выстрелил в нового противника. Пуля вошла в горло седовласого, как в масло. Он захрипел, выронил автомат и зажал рану сразу двумя руками. Однако простоять долго в такой позе ему было не суждено. Глаза охранника закатились, он покачнулся, а затем упал в дверном проеме лицом вниз. Крячко поднялся с колена и продолжил движение. Перепрыгнув через распластанное на пороге тело и угодив носком ботинка в лужу крови, Стас оказался в холле первого этажа. Из него выходил длинный коридор с дверьми по левую и правую сторону, а в самом дальнем конце виднелась винтовая лестница на второй этаж. Позади послышались быстрые шаги, и Гуров присоединился к напарнику.

– Вперед. Еще один охранник наверху. И Джелкумян тоже.

– Я слышал. Но как мы их оттуда выкурим? Здесь нет другой лестницы?

– Ты меня спрашиваешь?

Они двинулись по коридору, попутно открывая боковые двери. Комнаты были пусты. Видимо, дочь и жену Армен успел вывезти, не желая подвергать их излишней опасности. Достигнув винтовой лестницы, сыщики остановились.

– Я пойду первым, – сказал Гуров. – Ты держись прямо за мной. Как только я привлеку к себе внимание, стреляй.

– Может, давай лучше я? – предложил Крячко.

– Это гораздо опаснее, чем поход к стоматологам, Стас.

– Ты меня достал. – Крячко скривился. – Черт с тобой! Завтра же пойду к зубному. Но ты со мной.

– Договорились. – Гуров кивнул. – Но сейчас у нас есть более насущный вопрос. Я пошел. Ты готов?

– Готов.

Гуров стал подниматься первым, стараясь бесшумно переставлять ноги со ступеньки на ступеньку и при этом все ниже и ниже пригибаясь к лестнице. Крячко двигался следом, в точности копируя все движения напарника. Наконец оба оказались вровень с перекрытием второго этажа, а до конца лестницы оставалось еще четыре ступеньки. Скрипнула половица, и по этому звуку сыщики определили, что противник находится в метре от них и чуть правее. Гуров завернул руку за спину и продемонстрировал Крячко три выставленных пальца. Загнул сначала один, потом второй, и в тот момент, когда последний третий палец сложился в кулак, полковник прыгнул вперед, как пружина, преодолевая в полете оставшиеся ступени. Застучали частые автоматные выстрелы. Распластавшись на полу, Гуров тут же покатился в сторону, чувствуя, как пули вонзаются в мягкое ламинированное покрытие там, где он находился лишь доли секунды назад. Крячко разогнулся во весь рост на лестнице и дважды спустил курок. Автоматная очередь смолкла, а парень с автоматом, стоявший до этого у большого панорамного окна с видом на хвойный лес, сложился пополам. Гуров вскочил на ноги и навел на него ствол «штайра». Однако это уже не имело никакого смысла. Ноги у парня подогнулись, и он упал. Автомат брякнулся рядом.

– Лева! – Крячко не мог видеть Гурова за загораживающей обзор массивной колонной. – С тобой все в порядке?

Гуров огляделся по сторонам. Первая дверь направо, о которой ему говорил плененный охранник, была распахнута настежь, и со своего места полковник мог видеть край широкого дубового стола и кресло рядом с ним.

– Лева! – уже более встревоженно окликнул его Крячко.

– Что?

Станислав поднялся по лестнице.

– Какого черта ты молчишь? Я думал, он тебя зацепил.

– Нет, все обошлось… Я в полном порядке.

Гуров двинулся к кабинету Джелкумяна и встал по левую сторону от дверного проема. Крячко приблизился и шепнул ему на ухо:

– Теперь моя очередь.

– Валяй.

Крячко бросился в дверной проем кабинета и тут же перекатился на пару метров в сторону. Гуров со «штайром» был уже начеку, но на этот раз никакой прямой опасности для сыщиков не было. Джелкумян сидел на диване возле окна, подобрав под себя ноги и прикрыв голову двумя руками. Крячко выставил ствол, целясь в сторону рабочего стола кавказца. Гуров усмехнулся.

– Достаточно акробатики, Стас. Хватит валяться. Вставай. И так уже грязный, как свинья.

Крячко встал, обиженно надув губы. Джелкумян остался сидеть в прежней позе. Гуров приблизился к нему и слегка тронул за плечо. Кавказец вздрогнул и поднял взгляд на полковника.

– Я ведь говорил вам, что мы еще увидимся? Или нет? – спросил Гуров, глядя на Джелкумяна сверху вниз.

– Что вам от меня нужно? Зачем вы?…

– Мы с напарником очень не любим, когда кто-то покушается на нашу жизнь. И обычно платим таким людям той же монетой. И, знаете, что самое смешное, Армен? – Полковник присел рядом с ним на диван, а «штайр» положил на колено. – Никто не стал бы трогать ни вас, ни ваш бизнес… Ну, во всяком случае, не мы с полковником Крячко. Мы занимаемся расследованием дела об убийстве Михайловского.

– Я не убивал Михайловского! – истошно закричал Джелкумян.

– Тихо. – Гуров приложил палец к губам. – Я знаю, что не убивали. Вероятно, вам его смерть была выгодна меньше всего. Но то, к чему мы пришли сейчас, – плод исключительно ваших ошибок. Сначала вы нам лжете, что не знаете никакого Михайловского, затем устраиваете на нас покушение, и вот теперь еще и вооруженное сопротивление представителям властей. Зачем все это?

Джелкумян растерялся.

– Я не знаю… Я, наверное, просто испугался. Скажу вам честно, в последнее время у меня и так не слишком хорошо идут дела…

– Понимаю. Но вы сделали себе еще хуже. – Гуров разговаривал с кавказцем, как с нашкодившим ребенком. – Лучше расскажите нам о том, что произошло у вас с Михайловским. Накануне его смерти.

– Я и сам ни черта не могу понять. – Джелкумян поднял руки и сдавил пальцами виски. Видно было, что его сейчас сильно тяготит разыгравшаяся головная боль. – Михайловский перегонял для меня машины. И в этот раз все было как обычно. Даже проще. Бизнес-то уже налажен. Но он не привез машину. Более того, он даже не сказал мне, что вообще приехал. Я думал, что-то случилось в дороге. А он сразу поехал на гонки, где его и убили. А машины нет. Понимаете?