Призрак другой женщины - Галина Владимировна Романова

– И где, где он был-то?!

– В тюрьме, – пожевал губами мужик. Кулаки его разжались, крепкие пальцы впились в край стола. – Уголовником был дед твой, Катька. Самым настоящим уголовником.

– Господи… – только и смогла она выговорить, откинулась на спинку крепкого стула, заскрипевшего вдруг противным старческим скрипом. – Господи… А бабка?! Она что же… Она что, тоже сидела в тюрьме??? Да за что же?! За что, господи?!

– Не сидела она, Кать. Не волнуйся. Хотя… Хотя хрен его знает, что лучше-то… – Егор отвернул от нее изъеденное морщинами лицо. – Контролером она в зоне была.

– Кем, кем??? – засипел Витька.

И Катя сразу поверила. Не знал он, ничего не знал о ее родословной. И подобный испуг ему было бы изобразить не под силу. А испугался Витька так, что пот его прошиб, высыпав бисером на лысине. И не стал бы он с ней так поступать. Она верила, что не стал бы.

– Контролером она была, бабка твоя. Недолго, правда. Какая-то там заваруха случилась, она и уволилась. А потом и вовсе из города свалила. Пацана в охапку и… Мне это один из ваших постоянных гостей как-то под водку рассказал. Она ему в ухо за что-то залепила, он обиделся и проболтался. Боялся он бабку-то твою, Катька. Сильно боялся. Да ее все боялись. И в зоне, говорят, тоже боялись. Больше начальника.

– А что за заваруха? – еле выдавила из себя Катя. – Из-за чего она уволилась?

Потрясение ее было столь велико, что она еле подбирала слова.

Конечно, контролер в тюрьме – это немного лучше, чем заключенный, но все же хуже, чем хозяйка постоялого двора. Пускай даже постояльцами бывали весьма сомнительные личности.

Охранять заключенных…

Орать на них, командовать, приказывать. Как это там: лицом к стене, стоять, на выход. Потом могли быть еще и наказания. Чтобы взрослых мужиков бить дубинкой по ребрам, по ногам, по голове, надо было обладать не только силой, но и хладнокровием, и жестокостью. Неужели бабка была на такое способна?! Господи, в чей дом она попала, потеряв родителей?! На какое тепло и нежность надеялась, ревя ночами в подушку?

Бабка ее была монстром! Монстром при жизни. И теперь, после ее смерти, Кате платить за ее грехи?!

– Уволилась она, когда подругу похоронила, – медленно цедя каждое слово, произнес Егор и взглянул за окно с тоской. – Та вроде тоже с уголовником связалась и родила от него. Видал, подружки что творили! Мало того, что зэков охраняли, так еще и в койку их к себе затаскивали. Вот суки! Уж извини, Кать, но других слов нету.

– Подруга? Умерла? От чего умерла? И как это связано с происшествием, о котором вы упоминали, дядя Егор?!

Ей вдруг стало казаться, что впереди забрезжил свет. Что вот-вот, еще пара слов угрюмого мужика, и она все поймет. И тогда ей будет с чем пойти в полицию. Она разыщет непременно парня с грустными понимающими глазами. Она ему все-все расскажет. И вместе они что-нибудь придумают. Они сумеют доказать, что Макар если и виноват в чем-то, то только в том, что не сумел до конца разобраться со своими чувствами. Бросил машину не там, где нужно. Утром не обратил внимания на следы в ней. Ну и еще на язык он не сдержан. Наболтал сгоряча о том, что защищать ее, Катю, готов до последней капли крови, а кто-то потом под руку вспомнил. И результатом явился его арест.

Но он же ни при чем! И она тоже! И еще много кто, кого она знает много лет, и в кого ни за что на свете не бросит камень.

Убийца – это кто-то из бабкиного прошлого. Это страшное безликое чудовище, способное жестоко убивать и не оставлять при этом следов. И еще ухитряющийся не следить вокруг ее дома, хотя ночь за ночью они с Витькой слышат его шаги.

– Ну! Дядя Егор! – поторопила она умолкнувшего мужика. – Что там за история?

– А вот этого я не знаю, девочка. – И Егор даже на Витьку взглянул виновато. – Все, что узнал из пьяной болтовни вашего постояльца, я рассказал. А вот подробностей… Не знаю, хоть убей меня! – Он чуток помолчал и тут же снова зарокотал: – Но след кровавый из бабкиного прошлого точно тянется. Там надо искать! И… И Макар мой тут ни при чем! Угораздило же его!

Он ушел почти сразу. Крепко задумавшись, помолчал, от чая отказался, нелюбезно простился и ушел.

Катя смотрела в его согбенную спину до тех пор, пока он не скрылся за воротами, которые, как ни странно, прикрыл за собой. Потом повернулась к Виктору.

– И что все это значит? – Она подбородком указала за окно. – Ты…

– Даже и не думай! – взвизгнул Витька, и снова лысина его взмокла. – Ничего я про твою бабку не знал! По школе, конечно, ходили слухи про нее, но совсем другого плана.

– Какого? – Катя закатила глаза и на всякий случай погрозила ему кулаком. – Только не вздумай мне врать.

– Ну… Болтали, что… – Витька схватил со стола полотенце, промокнул взмокшую лысину. – Что гулящая она, извини, Кать, но в ее доме постоянно мужики крутились. Приезжали, уезжали, тут он и грех.

Ни с одним из приезжающих мужиков бабка не заводила романов. В этом Катя почему-то была уверена. А вот в том, что могли твориться под крышей этого дома какие-нибудь темные делишки, она почти не сомневалась.

Вопрос – какие?

– Болтали еще, что краденое она скупает, – дополнил Витька и тут же недоверчиво подергал плечами. – А смысл? Если скупала, то куда девала? Продавать-то не носила на рынок. И милиция опять же ее стороной обходила.

– Коллеги же! – с горечью вырвалось у Кати. – Забыл?

Витька сразу съежился, покосился на нее, потом кивнул согласно.

– Ладно, Виктор, давай делами заниматься, – она кивнула на кастрюлю с поднявшимся тестом. – Пироги подходят. Дуй в магазин за повидлом. Да, и это…

Он тормознул на пороге с курткой в одной руке, с треухом своим нелепым в другой.

– Ты там между делом поспрашивай у самой старшей продавщицы, она ведь тут давно живет… Кто строил этот дом?

– Я и так знаю. – Он наморщил лоб гармошкой. – Пришлые. Бабка твоя их нанимала. Караулила, чтобы не сперли чего. На костре жрать им варила.

– Что за пришлые, откуда?

– Понял я, Кать, куда ты клонишь. – Витька нахлобучил треух. – Только мимо это. Они каждую неделю у нее менялись. Как запьют или задурят, так она им коленом под зад.

– Ладно. – Она упрямо опустила голову. – Пойдем другим путем… Кто дом проектировал? Не могла же она без проекта бревна сложить? Не могла. Был проект! Где он?!

– Может, в документах? – неуверенно предположил Витька и полез руками в рукава куртки. Запахнулся, взглянул маетно. – Может, там?

– Нет ничего, я искала.

Проект дома она стала искать сразу, когда в голову полезли мысли, а в дом – настырные люди со странным интересом. Что такого в нем? Не из чистого же золота бревна эти отливались! Она, смешно признаться, даже бревна те ножиком ковыряла. И, отсылая раз за разом Виктора по делам, обыскивала дом от подпола до чердака.