Взращение грехов - Чингиз Абдуллаев

Савеличев протянул руку, чтобы взять конверт, но Медведевперехватил его.

— Все, — грозно сказал он, — спектакль закончился. Мы ираньше подозревали, что Проталин нечист на руку. Но предположить, что он могсдать наших ребят, мы не могли.

— Какой мерзавец, — гневно сказал Мохов, — там погиб мойстарший брат. Он сдал их всех.

— Война, — напомнил Дронго, — противоестественное событие,противное самой природе человека, когда позволено все. Убийства, грабежи,насилие, ложь, обман. Место, где происходит взращение грехов. Еще никто иникогда не становился на войне лучше. Человек ожесточается, превращаясь вдикого зверя. Плохие становятся худшими, хорошие плохими, а самые лучшиепогибают. Разве вы не знаете, какой ущерб душам молодых солдат нанесли все этивойны? Две чеченских войны приучили народ к большой крови, сделали равнодушнымик чужой боли, к чужим страданиям. И породили целое поколение циников имерзавцев. С обеих сторон. Вспомните, сколько зарабатывали на этой войнеполитики и бизнесмены, как торговали убитыми и живыми, заложниками и трупами.Плата за войну — самая страшная. Потерянными душами. Когда все дозволено и боганет.

Мохов недовольно взглянул на Савеличева.

— Придется тебе заново оформлять свое уголовное дело. Инужно будет отпустить этого грузина. Я тебе с самого начала говорил, что неверю в такого убийцу, а ты мне все «факты» и «факты». Вот тебе настоящие факты.

— Я тоже думаю, что до суда не нужно доводить дело, —вставил Славин, — иначе его просто вернут на доследование. Зачем вам такой бракв работе? Я думаю, что будет правильно, если мы освободим Тевзадзе еще на этойстадии. Мне кажется, что прокурор не будет возражать против его освобождения.

— Не будет, — кивнул Медведев, — только Кичинского жалко.Хороший мужик был. Совестливый. Сам себе приговор вынес. Вот такие люди у насработают.

— И, наконец, самое главное, — сказал Дронго. — Даже если яничего бы не нашел, мне кажется, что в двадцать первом веке нужно верить внауку, господин Савеличев. Вы же знали, что Тевзадзе трижды проверяли на этом«детекторе». И он трижды показывал, что несчастный Вано Ревазович Тевзадзе неубивал полковника Проталина. Что он говорит правду. Но вы все равно с упорством,достойным лучшего применения, снова и снова отвергали результаты экспертов и непринимали их за основу. По-моему, это неверно. Нужно больше доверять науке.

— Тебе лучше уходить из следователей, — посоветовал Мохов, —только не в прокуроры, как ты хочешь. Там ты еще больше дров наломаешь. А вюрисконсульты. Как раз на мебельном комбинате сейчас вакансия появилась. Иплатят они хорошо. Можешь туда перейти, я думаю, мы все попросим ВаноРевазовича тебя принять на эту работу.

Савеличев чертыхнулся и, выйдя из квартиры, громко хлопнулдверью. Все заулыбались. Гаджиев вышел из спальни, подошел и встал рядом сДронго. Он улыбался, показывая все тридцать два зуба.

— Хорошо, — сказал он. — Зачем невиновного человека сажать?Неправильно. Хорошо, — снова сказал он, — все на свои места встало.

Когда Умар рассказал обо всем Геннадию Кичинскому, томупоказалось, что привычный мир начинает меняться. Словно поблекли все живыекраски окружавшей его действительности. Оказалось, что вся его жизнь напротяжении последних двенадцати лет была одним сплошным позором и обманом. Ондаже не мог себе представить, что тогда в Чечне капитан Проталин заранеесообщил о маршруте, по которому пройдет новгородский ОМОН. За это капитанполучил сто сорок тысяч долларов. Большие деньги, по меркам девяносточетвертого года. Все получилось так, как было запланировано. Небольшой «уазик»с самим Проталиным и двумя его спутниками боевики пропустили. По остальнымгрузовикам и машинам ударили из гранатометов. В этом аду никто не мог выжить.Оставшихся добивали автоматными очередями.

Кичинский получил пулю в плечо и стонал, перекатываясь поземле. Проталин должен был отходить в лес вместе с Широбоковым, который не былпосвящен в детали операции, но обязан был прикрывать своего офицера. Увидевраненого Кичинского, Проталин хотел оставить его на дороге. Но быстросообразил, что спасение раненого даст гораздо больше дивидендов и сделает ихпобег еще более убедительным. Он схватил Кичинского и потащил на себе в сторонулеса. Никто не стрелял им в спины.

Через несколько дней о разгроме новгородского ОМОНа написаливсе газеты. Многие корреспонденты задавали вопрос: каким образом удалось таклегко разгромить целый отряд хорошо вооруженных бойцов? Откуда боевики моглиузнать маршрут продвижения? Но больше всего журналисты отмечали трех героев,один из которых отныне превращался в живую легенду. Это был Степан Проталин,вынесший на своих плечах раненого офицера.

Проталин вернулся в Новгород, купил себе «Мерседес», которыйпередал родственникам, быстро сообразив, что такая машина вызовет ненужныевопросы у проверяющих органов. Затем так же быстро приобрел себе квартиру в«доме миллионеров». Казалось, что все должно быть хорошо. Его карьеранапоминала стремительный, почти вертикальный взлет. Его любили женщины, егоуважали сослуживцы, он становился признанным и непререкаемым авторитетом длявсех оперативников. Он действительно был смелым и мужественным. Но воспоминанияо Чечне всегда оставались с ним, как мучительное напоминание о егопредательстве.

Он не мог предположить, что спустя столько лет эта историяснова всплывет. Но Умар, который выступил тогда посредником между ним ируководителем отряда боевиков, неожиданно вышел из колонии, где отсидел девятьс лишним лет, и появился в Рязани. Именно тогда Умар рассказал обо всемГеннадию Кичинскому. Именно тогда подполковник Кичинский едва не сошел с ума отсвалившейся на него новости. Получалось, что его вытащил с поля боя предатель,который погубил всех его товарищей, оставил сиротами столько детей и вдовамистолько молодых женщин. Кичинский позвонил Проталину и потребовал объяснений.Испуганный полковник назначил встречу на конспиративной квартире за полчаса доприхода туда Вано Тевзадзе.

Кичинский явился на квартиру и потребовал объяснений.Проталин жалко оправдывался.

— Ты негодяй, — убежденно говорил Кичинский, — из-за тебяпогибло тридцать девять человек. Ты продал их за пачку долларов. Продал своихдрузей.

Командиром отряда был подполковник Мохов, старший братруководителя городской милиции, который собирался уходить на пенсию и ужепослал рапорт с просьбой об отставке. Проталин не хотел, чтобы егопредательство стало известно в городе. Он вытащил свой пистолет и началразмахивать им, доказывая Кичинскому, что может застрелиться, но сохранить своючесть. Конечно, он блефовал. В какой-то момент он просто положил оружие настолик и начал объяснять Кичинскому, что все играют по таким правилам и егопоступок был не предательством, а обычным бизнесом. Этого Кичинский выдержатьне мог. Он схватил оружие полковника и выстрелил ему в сердце. От болевого шокаПроталин потерял сознание. Кичинский вытер оружие и бросил его на пол, уходя издома.