Яд ревности - Анна Акимова

Магда как будто ничего и не почувствовала, только в ушах зазвенело и стало темно. А когда свет зажегся, она уже сидела на диване, Томка совала ей под нос вату с нашатырем, а слегка побледневший Владимир Ильич бодренько приговаривал:

– Ничего, ничего… От радости еще никто не умирал… Тем более молодые и красивые…

В столицу они прилетели утром, когда было еще прохладно, и Магда зябко ежилась, сходя по трапу самолета. Но когда они добрались до города, августовский день уже разгорелся во всей своей красе.

Владимир Ильич предлагал завезти их с Томкой сначала в отель, но Магда и слышать об этом не хотела. Ей надо было скорее к Игорю – и точка! И Томка поддержала ее.

Она уговорила Томку поехать вместе. Ей не хотелось оставлять подругу в Тайгинске наедине с тяжелыми мыслями. Там на днях должны были состояться похороны Антона. Томка сказала, что не пойдет на них, она уже простилась с Антоном. Там, в морге, когда опознавала тело… Магда этому обрадовалась, но все-таки надежней было прихватить Томку с собой. Пусть отвлечется…

Вообще-то Томка начала оживать после того, как стало известно, что Игорь жив. Она сказала, что у нее свалился камень с души, и теперь она не чувствует себя такой виноватой.

– Ну ты-то в чем виновата? – удивлялась Магда. – Ты ведь не знала ни о чем!

– Не знаю… – уныло соглашалась Томка. – Вроде и не виновата… А так мерзко на душе!

Но она уже становилась собой, привычной Томкой, начала улыбаться и даже слегка «феромонить» Владимира Ильича. Магда с удивлением заметила, что для Томки он уже просто Володя. И невооруженным глазом было видно, что «Володя» не остался равнодушен к ее чарам…

Владимир Ильич как бы взял над ними шефство. Они вместе прилетели в Москву, и теперь он вез их на своей машине в больницу, куда из спецклиники перевели Игоря.

Старинное трехэтажное здание было окружено парком, где гуляли пациенты. Там они и нашли Игоря. Они увидели его издали, он сидел на скамейке рядом с крупным, мускулистым, коротко стриженным мужчиной.

– Оп-па! – сказал Владимир Ильич, замедляя шаг. – Это кого же мы тут видим? Алексей Кутмин, собственной персоной!

– Кто это? – не поняла Томка.

– Народный мститель, приверженец самосуда, – с усмешкой пояснил Москвин.

– Это тот, который пытался убить Игоря? Разве он не в тюрьме? – поразилась Магда.

– Выпустили до суда под подписку, – пояснил Владимир Ильич. – Он не опасен, не пугайтесь.

Магду его легковесный, насмешливый тон не убедил:

– Как это может быть неопасным человек, хладнокровно стрелявший в другого?

– В том-то и дело, что не хладнокровно, – возразил Москвин. – Иначе не промахнулся бы. Стрелял в состоянии аффекта, под влиянием сильного душевного потрясения… Потом сам пришел с повинной – это смягчающие обстоятельства…

Ни про какие смягчающие обстоятельства Магда слушать не хотела. Она ускорила шаг, почти побежала, но в это время мужчины встали, пожали друг другу руки, и Кутмин быстро пошел по аллее им навстречу, а Игорь снова опустился на скамейку.

Кутмин шел, опустив голову. Он прошел мимо Магды, потом мимо отставших от нее Москвина и Томки, не обратив на них никакого внимания. Они посмотрели ему вслед, Владимир Ильич даже хотел его задержать, но потом не стал, махнул рукой. Магда кинулась к Игорю. Он в этот момент заметил ее, встал и шагнул навстречу…

Магда еще в самолете пообещала себе не реветь, когда увидит Игоря, но обещания не сдержала. Пижамная больничная куртка на груди у Игоря уже была мокра-мокрехонька, а она все рыдала, прижавшись к нему, даже выла и никак не могла остановиться.

Игорь обнимал ее одной рукой, вторая у него висела, наверное, из-за ранения. Он обнимал ее, прижимал к себе, покачивал, приговаривал: «Муха, ну Муха», но она все не унималась. Наконец он оторвал ее от себя, усадил на скамейку, порылся в ее сумке, нашел упаковку бумажных платков и маленькую шоколадку. Он хорошо знал Магду и знал, что искать. Шоколадку он развернул и засунул ей в рот, а бумажные платки использовал по назначению, громко командуя: «Сморкайся, еще сморкайся!»

Высморкавшись и прожевав шоколадку, Магда затихла, только время от времени глубоко вздыхала. Она неотрывно смотрела на Игоря и ощупывала его руками, как будто не веря, что это он. Она не заметила, как Владимир Ильич и Томка, постояв в отдалении, переглянулись, повернулись и пошли по аллее прочь от них. Она ничего не замечала вокруг, кроме Игоря.

– Игорюша, – наконец сказала она, прерывисто вздохнув. – Я так виновата перед тобой! Прости меня!

– О как, – поразился Игорь. – Ты-то в чем виновата? За что прощать?

– За то, что поверила сплетне про тебя и Алису, повелась на их подлую игру, ревновала как безумная! Если бы я не была такой дурой, могла бы понять, что с тобой происходит… А ты вообще-то в курсе всего?

– В общих чертах, – признался Игорь. – Сначала, конечно, ничего не соображал, потом, когда память вернулась, стал думать, вспоминать. Кое-что выяснил в ходе допросов… А сегодня вот еще Алексей кое-что рассказал…

– Кутмин? Зачем он приходил? – забеспокоилась Магда.

– Прощения просил… Тоже говорит, что обезумел… В этой истории полно безумия…

– И ты, конечно, его простил?

– Простил… Досталось мужику!.. Я, если честно, ему даже благодарен. Он мне, можно сказать, мозги вправил, память вернул. Врачи уверены, что амнезия прошла из-за нервного потрясения. Так что и ты тоже его прости. А то, представляешь, ты бы сейчас пришла, а я тебя не узнал бы! Да и вообще все могло бы кончиться плохо…

Магда промолчала. Она не могла так быстро простить. Ведь этот недоделанный палач мог не промахнуться… Ее до сих пор охватывал ужас при этой мысли…

– Почему ты не позвонил мне, как только все вспомнил? – спросила она.

– Сначала в коме валялся. Меня в этом состоянии в спецклинику увезли. Оттуда не позвонишь, они же думали, что я – киллер… А потом, когда я им все рассказал, я просил этого подполковника, который меня допрашивал, тебе позвонить, просил связать меня с тобой! Но он не стал, и мне не позволил звонить. Сказал, пока во всем не разберется – никаких звонков! Кстати, я его сейчас видел, подполковника, и Лушечку нашу с ним.

– Ой, – спохватилась Магда. – А где они?

– А они, как только ты реветь начала, слиняли! Не выдержали такого душераздирающего зрелища! Муха, ты-то сама как? Что с тобой было без меня? Давай, рассказывай все!

Магда смотрела на Игоря, не зная, что сказать. Знает ли Игорь, что у него все отняли, и фирму, и квартиру продали, у них теперь единственная крыша над головой – ее «однушка»? Знает ли он про Антона? И как ему про все про это рассказать? Вон он какой худой и бледный, рука висит, наверное, ему больно… Наверное, нельзя волноваться…

Не выдержав, она снова заплакала навзрыд. Игорь обхватил ее здоровой рукой и прижал к себе.