В Коктебеле никто не торопится - Людмила Мартова

Полина была согласна, чтобы про нее думали все, что угодно. Лишь бы у мамы все было в порядке. Чуть ли не бегом она пересекла набережную, нырнула в ворота гостевого дома, пролетела по территории и поднялась на второй этаж. Заслышав ее шаги, навстречу ей выбежала мама, целая и невредимая. У Полины от испытанного острого чувства облегчения даже ноги подкосились.

«Никита был прав, – подумала она. – А я – дурында редкостная. Вечно у меня включается режим «паника». Хлебом не корми, дай всласть попаниковать. Вон, маму напугала своей стремительностью».

Лицо у мамы действительно было встревоженное и какое-то потерянное. Полина вдруг подумала, что такое лицо она видела у мамы только однажды. Когда приехала на Селигер после маминого звонка о смерти папы. Тогда мама встретила ее в холле маленькой гостиницы, в которой они поселились, и у нее как раз было такое лицо, как сейчас. Как будто старая жизнь кончилась, а новая не сулит ничего хорошего.

– Мам, ты чего? – спросила Полина, сердце которой снова сжалось от предчувствия беды.

– Оля пропала, – ответила мама. Ее лицо сморщилось, перекосилось, и она горько заплакала, упав на грудь старшей дочери.

Легенда о девушке-чайке

Есть в Черном море небольшой остров. Красные скалы утопают в буйной зелени. Но не видно на этом острове ни хаты, ни дома, ни хижины. Не живут тут люди. Суров остров, много кораблей побилось о его прибрежные скалы, и ни один корабль не может пристать к его неприветливым берегам, чтобы высадить путников на сушу.

Однако с моря можно заметить, что по вечерам на самом верху неприступной скалы, к которой ведет тоненькая, неприметная глазу тропинка, прячущаяся между ущельями, горит одинокий огонек огромного костра.

Кто живет там, вдалеке от людских глаз? Как попал он на этот забытый богом остров? Чем заполняет свои одинокие дни? Немногие знали, что живущего там одинокого старика прозвали «Морским Аистом». Много лет назад очутился он на острове, неведомо как. Мотало и носило его по морским волнам на утлом челне. А когда не мог он уже плыть дальше, каким-то чудом выбрался на суровые угрюмые скалы, выгрузил свои нехитрые пожитки да достал заботливо укутанное дитя.

Ничего не знали люди, живущие неподалеку, об этом человеке, зато быстро пошла молва о добром его сердце. Каждый вечер разжигал он на вершине скалы огромный костер, чтобы служил он кораблям, что плыли в море, в качестве маяка, и могли они безопасно пройти мимо сурового острова с его коварными отмелями. А если разбивался какой корабль о скалы, то тут же приходил отшельник на помощь несчастным, помогая им выбраться на скалистый берег, предлагая им свой скромный кров.

Когда приходила за потерпевшими помощь, то были они готовы отдать доброму старику любые богатства, но не брал он ничего, кроме хлеба, дров и рыбы. Шла добрая молва об Аисте Морском по всему побережью Черного моря. Но кроме его доброго нрава передавали люди из уст в уста песнь о дочери его, редкой красавице и умнице, выросшей без материнской ласки.

Морские волны качали ее, словно в люльке, морские бури жалели и утешали в непреходящем ее одиночестве. Была она прекрасна настолько, что глазам смотрящих на нее становилось больно. Бела лицом, словно морская пена, с длинными, густыми, как морские водоросли, волосами, голубыми глазами цвета моря на рассвете, губами, напоминающими кораллы, и ровными аккуратными жемчужинами зубов.

Однажды уснула красавица на морском берегу и сквозь сладкий девичий сон услышала разговор, который вели неподалеку золотая рыбка, сладкоголосая птичка и морская свинка.

– Жизнью своей обязана я ей, – говорила рыбка. – Выбросило меня волной на берег, и быть бы мне добычей зоркого беркута, да подобрала меня наша красавица и отпустила обратно в море. За это буду я ей доставать со дна морского кораллы, жемчуг и дорогие самоцветы, чтобы никогда не знала она нужды.

– А я научу ее плавать, нырять, танцевать веселые танцы, чтобы нравиться всем без разбору. Добрая она девушка, никогда не съест куска хлеба, чтобы не поделиться со мною. Хотя живут они с отцом совсем небогато, – сказала морская свинка.

– А я открою ей страшную тайну, – молвила сладкоголосая птичка. – Однажды, когда летала я к людям, перебили они мне крыло стрелою. Чудом вернулась я на остров, а здесь выходила меня девица-красавица, вылечила, к жизни вернула. Так вот, расскажу я ей тайну, которую за морем услыхала. Придут сюда скоро военные корабли, приплывут на них лихие казаки, разобьет море их суда у самого нашего острова, отберет их несметные сокровища, про которые только мы знать будем. Пригодятся эти сокровища красавице и отцу ее доброму.

Заштормило синее море, забились в гневе пенные волны.

– Замолчи немедленно, – зашумело оно. – Негоже раскрывать тайну, которую знает только великое море. Никто не смеет противиться его грозной воле!

Испугалась птичка, вспорхнула со скалы и улетела. Вскочила девушка, бросилась ей вслед:

– Постой, птичка, – закричала она. – Расскажи мне о своей тайне поподробнее. Не нужно мне ни кораллов, ни жемчугов, нужно знать, как спасти от беды корабли с добрыми казаками.

– Не спраш-ш-шивай, – забушевало море. – Не перечь мне! Страш-шен мой гнев!

Но не испугалась храбрая девушка. Решила, что не отдаст она на съедение морю ни в чем не повинных отважных мореплавателей, будет ждать ненастья, которое принесет беду. Легла девушка спать в прибрежной пещере, дождалась, пока отец поднимется наверх, чтобы разжечь свой спасительный костер, прыгнула в старенький челн и вышла в море.

Налетела страшная буря, поднялся ветер, попытался загасить костер, но кинул Аист Морской в костер побольше смолы, и еще ярче загорелся огонь, указывая дорогу путникам. Загрохотала черная туча, накрыла море, как толстым одеялом, бросились волны приступом на прибрежные скалы.

Несколько кораблей с отважными гребцами пригнала буря к берегу острова. Огромной волной несло их по морю, направляя на подводные камни. Треснули корабли, не выдержали схватки с грозным морем, развалились на части. А девушка тут как тут, направляет свой челн к тонущим, показывает им дорогу к берегу, а слабнущих берет на борт и переправляет на берег.

– Не спорь со мной, – заревело ей море. – Решило я наказать непокорных. По-моему будет, а не по-твоему!

Но не слушает красавица, а снова и снова выходит в море за новой партией терпящих бедствие.

Налетели страшные волны и разбили в щепки утлый челн. Не на чем стало спасать несчастных. С горя бросилась девушка в воду, но не утонула, а обернулась серой чайкой и вспорхнула над морской гладью, громко моля о спасении несчастных.

Почти все казаки выбрались на берег, поднялись на вершину скалы, да и рассказали Аисту Морскому о том, что случилось с его единственной дочерью. С горя бросился он в костер, да и превратился в огненное пламя.