Высоко над страхом - Людмила Мартова

— И? — Иван внутренне подобрался, понимая, что сейчас услышит нечто важное.

— Ему Матвеев сказал.

— Кто-о? — Изумление Ивана было огромным и совершенно искренним. То, что бывший владелец и директор порта знал о нападении, могло означать только одно — это он его и организовал. Других вариантов не было.

— Конь в пальто, — передразнил его Селезнев. — Или лось в манто. Смотря как тебе больше нравится. Но Ромке сказал Матвеев. Они в магазине случайно встретились.

— В ликеро-водочном?

— Молодец. Шутить еще можешь. В продуктовом. Ромка за хлебом пошел в магазин возле дома своей подруги, где он обретался. А Матвеев в дом свой загородный ехал и тоже за хлебушком завернул. Так и встретились. Разговорились. Ну, Матвеев и поинтересовался, как новый начальник, ты то есть. Ромка начал рассказывать, что круто забираешь, людей увольняешь почем зря. Пьянства не терпишь. Гайки завинчиваешь. А Матвеев усмехнулся и говорит: «Ну, тогда не удивился ваш шеф, наверное, когда ему в подъезде по голове дали. Есть за что». Ромка жалом заводил от изумления. Он же не знал, что на тебя напали. Уточнил, неужто правда Корсакову по голове дали? А Матвеев отвечает, мол, да. Есть такая информация. Что ж ты, Рома, в порту работаешь, а про начальство ничего не знаешь. На том и разошлись.

— Так что же получается? — спросил Иван. — Это Матвеев организовал нападение на меня? Тогда и все остальное — тоже он. И Гришку… От обиды? Из ревности? Из зависти? Зачем?

— Зачем, я не знаю. Но я тебе еще не все рассказал, — сурово сказал Селезнев. — Новиков еще поведал, что вопрос, откуда он знает про нападение на тебя, ему впервые не в полиции задали. Он уже рассказывал историю о том, как встретил Матвеева.

— Кому рассказывал? — холодея, спросил Иван.

— Да в том-то и дело, что аккурат Гришке Маргулису. После той драки, которую ты разнимал, Маргулис в тот же вечер Ромку за грудки взял. Мол, выкладывай, откуда в курсе, что Михалычу по голове дали. Ну, Ромка и рассказал. Говорит, а чего такого? Мне скрывать нечего.

— Я его убью, — приходя в холодное бешенство, тихо сказал Иван. — Своими руками урою гада. Это чтобы мне отомстить, он порт не пожалел, который сам столько лет пестовал. Гришку не пожалел. Убью. И пусть меня посадят.

— Спокойнее, — осадил его жесткий голос начальника службы безопасности. — Спокойнее надо, Михалыч. В крестовые походы не ходят с пылающим мозгом. Врага надо побеждать умением и хитростью, а не размахивая бесцельно кулаками. Собирай информацию. Зернышко к зернышку. Вполне возможно, что все в этой истории совсем не так, как кажется на первый взгляд.

Сжав зубы, Иван гнал машину по заснеженной дороге. Все было, как ему мечталось совсем недавно: полотно трассы наматывалось на широкие колеса, белели присыпанные елки по обочинам, подпирая темное ночное небо узкими шпилями верхушек. Вот только впереди был не новогодний Питер с его яркими огнями на украшенном как никогда Невском, не встреча с любящими людьми, не безмятежность выходных, а чужой, незнакомый, скорее всего, враждебно настроенный поселок, встреча с плохим, злым человеком, возможно, убийцей или заказчиком убийства, какая разница. И рядом на пассажирском сиденье не ставшая родной и близкой Лида с ее разноцветными глазами, мягким голосом и несгибаемым характером, а натянутый, как струна, мрачный Алексей Беляев.

Они ехали к Матвееву. Решение отправиться туда созрело внезапно. Иван с Лидой вышли из квартиры Маргулисов, в полном молчании дошли до машины, поджидающей их, как верный конь, привязанный к тыну, забрались внутрь и синхронно хлопнули дверцами.

— Что ты собираешься делать? — спросила Лида, нарушая молчание.

Вот тут-то Иван и понял, что собирается ехать к Матвееву, чтобы застать его врасплох и задать все возникшие вопросы, от ответов на которые зависела жизнь.

— Я сейчас отвезу тебя домой, — глухо сказал он. — А сам съезжу в одно место.

— К Матвееву? — спросила догадливая Лида. — Тогда не надо везти меня домой. Я поеду с тобой.

— Нет, — молниеносно ответил Иван. — Это может быть опасно.

— Именно поэтому я и поеду.

— Я сказал нет. — В его голосе было столько мужской силы, что Лида не смогла возражать дальше. Со Славкой она могла спорить до бесконечности, и последнее слово всегда оставалось за ней. Ее мужу, бывшему мужу, было проще согласиться, чем отстаивать свою точку зрения, но с Корсаковым такой номер не проходил.

— Ваня! — с отчаянием в голосе воскликнула она. — Это же безумие ехать туда одному.

— Во-первых, я еще не знаю, туда — это куда, — признался он. — У меня адреса нет. Так что пока у меня в плане высадить тебя у дома, чтобы знать, что ты в безопасности, затем позвонить Беляеву, который наверняка знает адрес, а уже затем съездить потолковать с Матвеевым по душам. Я не думаю, что мне что-то угрожает. И ты, и Беляев будете знать, куда именно я отправился, так что, если я до утра не вернусь, то вы позвоните в полицию.

— Какой толк от полиции, если тебя к тому времени уже убьют! — воскликнула Лида. — Ваня, пожалуйста, позвони Селезневу. Пусть он с тобой съездит.

— Человек на пенсии, на дворе скоро ночь. Лида, Лида, я просто хочу поговорить, ничего больше. Клянусь, что я и пальцем его не трону. Это же я так сказал, сгоряча.

— Я вовсе не боюсь, что ты его тронешь пальцем, — с горячностью заявила решительная соседка. — Я боюсь, что он тебя тронет. Вот в чем дело.

— Лида, он на десять, а то и на пятнадцать лет старше меня. У него пивной живот и нет дальнобойщицкого опыта.

— Маргулис, судя по фотографиям на стенах, был тот еще здоровяк, и тем не менее его убили.

— Маргулис не ожидал нападения. А я к нему готов. В этом разница. И вообще, чего мы спорим. Все, приехали, вылезай. Если хочешь, можешь звонить мне раз в полчаса. Если тебе от этого спокойнее.

— Мне от этого не спокойнее, но звонить я буду, — пробормотала Лида, спрыгнула с высокой подножки машины и, стоя у подъезда, в отчаянии смотрела, как удаляются габаритные огни корсаковской машины. Желтый свет фар двоился у нее в глазах, расплывался, как капли на лобовом стекле машины в дождь, и Лида вдруг с изумлением поняла, что плачет.

Того, что она смотрит ему вслед, Иван не видел. Он вообще сразу забыл про Лиду, как только оставил ее на крыльце. Сейчас у нее все было хорошо, а дело требовало всего его внимания без остатка. Иван набрал номер Беляева и коротко объяснил ситуацию.

— Конечно, я знаю, где живет Матвеев, — выслушав, сказал тот. — Вот что, Иван, заезжай за мной, я с тобой съезжу.

— Тебе-то зачем это надо?

— Затем же, зачем и тебе, — насмешливо заявил Беляев. — Это мой порт, его мой отец строил. И я хочу увидеть его стабильным и процветающим. Так уж получилось, что мы с тобой оказались по одну сторону баррикад. Так что поехали. И не спорь.

— Да не буду я спорить, — примирительно сказал Иван. — Одевайся и выходи, я сейчас заеду. И да, Алексей, спасибо тебе.