Живые факелы - Алексей Макеев

Подъехав к дому, который в послании Архивиста был указан как новое местожительства Дубовикова, Дэн выскочил из машины, даже не выключив зажигание. Ворвавшись в дом, он сразу понял, что они опоздали. Дубовиков сбежал, причем собирался в большой спешке. Шкафы были открыты, оставшиеся вещи разбросаны по полу, на столе кавардак. Поняв, что Дубовикова кто-то спугнул, агенты занялись тем, что начали обходить соседей, дожидаясь приезда врачей.

Потом были бесконечные разговоры с местным населением, синхронизация событий, предшествовавших появлению первых симптомов у людей, подвергшихся вирусу, объяснения с полицией и медиками. За десять часов агентам не удалось обсудить происходящее. Все силы были брошены на то, чтобы взять ситуацию под контроль. И вот теперь, обессиленные, они сидели друг против друга и молчали.

Спустя полчаса в Переборах снова наступила тишина. Просидев в молчании еще добрых десять минут, Дэн поднялся, прошелся по комнате. Выглянув во двор, убедился, что офицер, приставленный охранять дом Дубовикова, спокойно сидит на скамейке возле крыльца, вернулся в комнату и только после этого заговорил вполголоса:

– Ситуация прескверная. Час назад звонил Босс. Требует до двадцати трех часов подробного доклада.

– Влетело? – сочувственно спросила Маша.

– Да уж, нахваливать нас он не собирался.

– Что будем делать?

– Искать, – коротко ответил Дэн. – Расширение зоны действия инфекции вызвало недовольство вышестоящего начальства. Уверен, на сегодняшнем сеансе связи Босс установит жесткие сроки выполнения задания.

– Не думай об этом, – посоветовала Маша. – Садись, попробуем прокрутить ситуацию от того момента, как прибыли в Переборы. Что говорят специалисты, сколько прошло времени с момента смерти мужчины, которого ты обнаружил в крайнем доме?

– Часов двенадцать. Двое других не дождались нашего приезда каких-то два-три часа.

– Местные жители делали предположения о причинах смерти?

– Из тех, с кем общался я, самая правдоподобная версия звучит следующим образом: про мужика из крайнего дома никто ничего не знает. Он приехал в Переборы десять дней назад. Вроде как на отдых. Ежедневно рано утром уезжал на личном автомобиле в неизвестном направлении. К вечеру возвращался. На контакт с местным населением не шел и вообще вел замкнутый образ жизни. Никому из местных так и не удалось выяснить, откуда тот прибыл и насколько долго планирует в Переборах задержаться. Двое других парней – местные жители. Друзья – неразлейвода со школьной скамьи. Работой парни особо не загружены, шабашат по окрестным деревням по принципу «на бутылку, и хорош». Еще вчера они чувствовали себя превосходно. Полдня крутились около сельского магазина. Дважды дергали из дома продавца, требуя отпустить им горячительные напитки.

– В тот день магазин не работал? – переспросила Маша.

– Ну, не то чтобы не работал, – ответил Дэн, – просто у них система такая. В день завоза магазин открыт два-три часа. В любое другое время, если сельчанам приспичит что-то приобрести, они идут к продавцу домой, сообщают ему о своем намерении и дружной компанией отправляются в сельпо за товаром. Так же поступили и те двое. Первый раз взяли бутылку водки и по пиву. Второй – снова бутылку водки, но уже по два пива. На третий раз продавщица отпускать им товар отказалась. Парни уже прилично набрались, и она их просто отфутболила, сказав, что не намерена целый день курсировать между домом и магазином. Тогда дружки отправились к Купчихе. Эта особа торгует разведенным спиртом на дому. Качество пойла у нее, понятное дело, хуже, но зато всегда в достаточном количестве и в любое время суток.

– До сути далеко еще? – перебила Маша.

– Дойдем и до сути, – не спешил Дэн. – Купчиха является соседкой нашего ученого Дубовикова. Если выглянешь в окно, то взглядом упрешься как раз в окна ее кухни. Все желающие обзавестись бутылочкой стучат в крайнее окно. В дом Купчиха никого не пускает. В тот день Дубовиков был дома. Парни, приходившие к Купчихе, вели себя шумно. Кричали, колотили по стеклу и даже чуть не свернули забор ученого. Тот высунулся из окна и пытался приструнить дебоширов. Парни успокаиваться не желали. Выражаясь нецензурно, они велели Дубовикову убираться восвояси, на что тот пригрозил неприятностями. Об этом доложила мне Купчиха.

– Ну и что в этой ситуации странного и как она связана со смертью парней? – переспросила Маша.

– А то, что в своей угрозе Дубовиков ни разу не упомянул о привлечении правоохранительных органов, зато сказал, что у него достаточно нестандартных методов, позволяющих ставить на место подобных типов. Дословно он сказал следующее: «Лучше бы вам со мной не связываться. Против таких, как вы, у меня имеются особые средства, которые помогают избавляться от проблемы навсегда». Как тебе подобное заявление? – Дэн вопросительно смотрел на Машу.

– Думаешь, Дубовиков выполнил свою угрозу?

– Возможно. Часа через три после этого разговора Купчиха случайно выглянула в окно и снова увидела наших парней, крутившихся возле дома Дубовикова. Она собиралась проследить за тем, что задумали парни, но кто-то или что-то ее отвлекло. Когда в следующий раз появилась возможность выглянуть в окно, парней уже не было. Больше она их не видела. Причем ни парней, ни ученого.

– Ну хорошо. Связь с ученым этих двоих мы установили, а как насчет остальных?

– Маша, это же деревня, здесь все друг с другом связаны. Если копнуть, наверняка связь обнаружится, – уверенно заявил Дэн.

– Как думаешь, почему он сбежал? – спросила Маша, имея в виду исчезновение Дубовикова.

– Скорее всего испугался. Ведь именно после того, как парни повздорили с Дубовиковым, состояние их здоровья резко ухудшилось. Если предположить, что он и есть причина их смерти, то становится понятно, почему он сбежал именно сейчас.

– Какие есть предложения по поводу дальнейших действий? – попыталась расшевелить напарника Маша.

– Мы должны перерыть весь дом, с погреба до чердака, и найти следы того, над чем работал наш беглец, – резко поднимаясь, заявил Дэн. – Лично я собираюсь приступить к осмотру немедленно.

– Ты в погреб, я на чердак? – предложила Маша.

Дэн согласно кивнул и вышел в кухню, где находился лаз в подпол. Просмотрев все полки на предмет наличия бумаг, пленок или электронных носителей, он пришел к выводу, что в погребе ничего стоящего не найдет, и, выбравшись из подпола, проследовал в комнату, которая служила ученому кабинетом.

Тут еще до Дэна поработали оперативники. Шкафы, полки, гладкая поверхность письменного стола и даже монитор компьютера хранили следы их работы. Черный порошок, которым криминалисты обильно посыпали все предметы, находящиеся в комнате, раздражающе резал глаз. Бумаги, в беспорядке разбросанные по полу, мешали движению. «Интересно, каким образом он планировал добиться признания своей гениальности? Даже на мой взгляд дилетанта, с тем оборудованием, которым оснащен кабинет, возможно только прудовых лягушек препарировать», – подумал Дэн и машинально наклонился, собирая листы. Когда в руках набралась внушительная кипа, прошел до стеллажа, предназначенного для книг, сдвинул в сторону нижний ряд и пристроил туда собранные документы.