Свистопляска с расследованием - Клара Колибри

После этого протянул трубку мне.

– Галка, я тебе не все сказал недавно. Дело в том, что сегодня утром меня вызвали на работу. И совсем по другому поводу… не про Сурикова была речь. Позвонили соседи твоей Татьяны. Нет, не с московской квартиры, а с дачи. Там было шумно ночью, вот они и решили вызвать полицию. Те прибыли, но было уже поздно: в доме все оказалось перевернуто вверх дном, а никого задержать не удалось, скрылись. Стали разыскивать хозяйку, и выяснили, что она не вышла на работу, чего ранее с ней не случалось. Позвонили в местное отделение и попросили проверить московскую квартиру. Вот, там ее и нашли… вернее, ее тело. Татьяну зверски пытали. Смерть была ей облегчением. Вот такая история. Мне кажется, что у нее и у тебя побывали одни и те же люди. Ты поняла, о чем я сейчас тебе сказал? Будь предельно осторожна и держись Алексея. Сейчас главное выжить.

После такой новости мне потребовалось довольно длительное время, чтобы прийти в себя. Сама не помнила, как надела тот самый костюм и под руку с тоже принарядившимся Самойловым вышла из квартиры. Пешком прошли в какой-то переулок и посетили там ювелирный магазин.

– Тебе какое кольцо нравится? – Алексей склонился над прилавком с обручальными кольцами. – Все равно? Тогда положись на меня. Я сам сделаю выбор.

Дальше был ЗАГС. Мне пришлось немного посидеть в коридоре в одиночестве, но совсем не долго. Потом нас по-быстрому расписали. Самойлов надел мне на палец кольцо и чмокнул в щеку. Помню, что рядом крутился фотограф. И как бы ни была заторможена в тот момент, а все же успела подумать, что мой фингал под глазом – самое оно для свадебной фотографии.

– О! Родители дома, – это мы уже возвращались домой. – Почему не уехали на дачу? Нас ждали? Зачем? Да, можете поздравить. Рыдать-то зачем, мама? А ты, отец, ничего не хочешь мне сказать? И на том спасибо! Жена, собираем вещи и съезжаем в гостиницу. Не стой столбом, милая, лучше поищи своего кота. Да, я видел его хвост в кадке с цветами на лоджии. Нет, мама, я уже все решил. Отец, жди моего звонка. Всем пока.

В гостиницу мы ехали в гробовом молчании. Добрались, закинули вещи в тот же номер, где мне уже пришлось побывать, и пошли в ресторан напротив, чтобы поужинать. Нас посадили за тот же самый стол, за которым не так давно выясняли отношения. Подумать только, всего четыре дня прошло, а сколько всего случилось! Уму было непостижимо.

Ясное дело, что мысли мои витали вокруг тех событий, что теперь не скоро забудутся, и из-за которых никак не удавалось взбодриться и, не то что веселиться, а даже улыбнуться. Самойлов сидел напротив меня и тоже был серьезен. Предполагалось, что мы обмывали наш союз. Да, на столе было шампанское, мы его пили, но выглядели при этом, точно на похоронах. Что было совсем не удивительно.

– Можно тебя пригласить на танец?

– Что? – его вопрос вырвал меня из грустных раздумий, и не сразу сообразила, что ему было надо. – Танцевать? Сейчас?!

– Когда же еще? Это, все же, наша свадьба, дорогая. Лично я не каждый день или год женюсь.

– Я тоже. И это замужество у меня первое. Только очень тебя прошу, давай обойдемся без танцев.

– Как скажешь. Устала? Может, отвести тебя в номер?

– Пожалуй, пойду уже. Не надо меня провожать, дождись счета, а я и сама дойду.

Он пожал плечами и остался на месте, когда я поднялась из-за стола. Выйдя на улицу, ступила, было, с тротуара на проезжую часть и чуть не угодила под машину. Та резко затормозила, с характерным скрипом тормозов и покрышек об асфальтовое покрытие, а мое сердце так и ухнуло вниз.

– Смотреть надо, куда идешь!

Я пришла в себя настолько, чтобы унять сердцебиение и дрожь в коленках, и, вертя головой во все стороны и опасаясь новых неприятностей, припустила во весь дух к дверям гостиницы. Там, тоже быстро, взяла ключ и через несколько минут оказалась в номере. Заперла за собой дверь и прижалась к ней спиной. Меня всю трясло. Надо было признать, разумом завладели страхи. Я боялась нового похищения, боялась пыток, не хотела думать о трагической кончине, но такие мысли так и роились в моей голове.

Пришлось уговаривать себя, унять нервы, набросив узду на тягостные воспоминания. Только приказывать себе было легко, а добиться желаемого получалось очень сложно и медленно. Сделав несколько кругов по площади номера, с большим трудом смогла отвлечься и немного успокоиться. Уже хотела, было, присесть, как в дверь постучали. От вполне обычного и не громкого стука, как подпрыгнула, а потом крадучись начала приближаться к двери, чтобы спросить, кто там был. Получилось совсем хрипло, так, на нервной почве, сел голос.

– Алексей, любимый, это я.

– Кто, я?

– Анжелика. Открой.

Голос и, правда, был женский. Только я ему нисколько не поверила. Мне мерещились дюжие ребята, в количестве не менее двух, готовых ворваться и наброситься на меня, как только открыла бы дверь. А женщина, что женщина? Она им нужна была просто для того, чтобы меня обмануть. Это же было ясно! Я отодвинулась подальше от двери, предварительно проверив крепость замка. Но там, в коридоре, засекли мое шевеление и принялись дергать за ручку и еще и стучать. Что было делать? Я решила срочно набрать Алексея. Когда у меня это получилось, он подозрительно долго не брал трубку, потом и вовсе сбросил звонок. Но я проявила настойчивость, набирая его вновь и вновь. А потом совершенно неожиданно для себя поняла, что услышала трезвон его телефона, как раз, за дверью номера. Какая муха меня укусила, не знала, но решила, что с ним случилась беда, и мне срочно надо было ему помогать. Именно поэтому подскочила и рывком открыла створку.

Как выяснилось, совсем не вовремя. Для него. Он стоял в обществе известной мне бывшей натурщицы, держал ее за плечи и тихим голосом говорил какие-то нежные слова. Почему я так решила? Просто вид у нее был такой, какой обычно у нас, женщин, бывает при случае, если нам на уши поют песнь обещания скорой и долгой совместной радости. Руки ее при этом лежали у него на талии, она почти, что прижалась к нему, а глаза не отрывались от его лица и были полны обожания. Смотреть на них далее у меня не было никакого желания. Поэтому поспешила убраться и прикрыть дверь.

Сказать, что в душе наметилось спокойствие, раз не было в помине никаких громил и опасности, у меня не получилось бы. Как ни странно, но я снова была в волнении, и не менее сильном, чем совсем недавно, до того, как подсмотрела ту сцену. Но я с собой боролась. В первую очередь решила себя отвлечь на какой-нибудь позитив. И как раз, на глаза попался Рыжик, мое пушистое спасение. Мы с ним сели в кресло и обнялись. Для звукового фона я включила телевизор. Чтобы удобнее и комфортнее было приходить в себя после многочисленных стрессов, выключила верхний свет и включила торшер. Получилось вполне подходяще для возобновления душевного равновесия.

В таком положении меня и застал Самойлов, когда вошел в номер. Надо сказать, что долго мне его ждать не пришлось, только-только успела снова опуститься с котом в кресло, нажав кнопку напольного светильника, и приняла отсутствующий вид. Он подошел, присмотрелся, помолчал, протянул руку к Рыжику, желая потрепать его за ухо. Но мой кот был не из тех, кто способен предать свою хозяйку, он отстранился и повел губой, намекая на то, что третий нам с ним был нежелателен.