Тайна трех сироток - Лариса Соболева

– Рассказывай, как довели девчонку до такого состояния и температуры и почему ко мне приехали, а не в больницу?

Он опустошил стопку (и хорошо же пошла самогонка!), закусил малосольным огурцом, задумался, а Велта Артуровна положила ему на тарелку картошки, мяса, сала. Врать не имело смысла, с начальных классов Максим привык говорить правду, когда надо было смотреть в голубые глаза учительницы, видевшие его насквозь. К тому же Лану предстояло оставить здесь на неопределенное время, чем же мотивировать свою просьбу?

– Да попали мы, Велта Артуровна… хуже не бывает. Помните, я приезжал к вам с красивой девушкой?..

И с самого начала – как на духу. Старая учительница слушала внимательно, курила папироску, прищуривая один глаз, когда в него попадал дым, и каждая ее морщина выражала изумление, хотя Велта Артуровна относилась к сдержанным и непроницаемым людям.

– А не догадался поговорить со следователем? – спросила она. – У вас есть улики – карточки, милиция обязательно выяснит, чьи они, раз это так просто, вам с Настей не стоит рисковать.

– К ментам не пойду, – отказался Максим. – Меня сразу посадят, это уже знаю точно. Не хочу в камере провести не то что день, но и час. Велта Артуровна, разве они теперь поверят в улики? Ведь Лана забрала визитницу в день убийства тетки.

– Глупая девчонка. Ну, хорошо, ты выяснишь имя, дальше что будешь делать?

– Ха-ха! – закуривая, хохотнул он и в этот момент не походил на жалкого беглеца. – Потом я с убийцей поиграю в одну игру, а ментов приглашу в зрители.

– Ой, Макс, не заиграйся. Убийца раздумывать не будет – убить тебя или не убить.

– Но сначала он должен меня найти. А как найдет, если в глаза не видел?

Велта Артуровна помолчала, потом сказала:

– Знаешь, Макс, я тебе уже не учитель, а все же хочу дать совет. Человек склонен к заблуждениям, к обману самого себя, таким образом он отстраняется от реальности. Не попадись в свою же ловушку. Человек, убивший сестер, всегда и везде узнает Лану…

– Вы же разрешите побыть ей у вас? Недолго, конечно.

– Я-то разрешу. А ты уже в ловушке, потому что упустил главное: убийца ищет Лану, он хочет забрать визитницу, но вместе с нею и ваши жизни.

– Если бы он знал, где мы обитаем, давно…

– Я все сказала, а ты думай и не упрощай свое положение. Постелила тебе на веранде, как ты любишь. Если будет холодно, второе одеяло лежит в комнате рядом с дверью на кресле. Спокойной ночи.

На веранде было прохладно, Максим вернулся в дом и захватил второе одеяло, чтобы потом не бегать. Он улегся на кровать и долго не засыпал, ведь сегодня Максим получил передышку, которую благоразумней потратить не на сон, а на разработку стратегии. В чем она состояла: доказать, что ни он, ни Настя, ни Лана не причастны к убийствам, ткнуть ментов носом, мол, за нами зря гонялись, зря тратили время, здоровье и деньги, которые вам платят… тоже зря. Но для этого требуется не просто указать на убийцу: вот он, смотрите! – а сделать так, чтобы у них не осталось сомнений.

Хлеставший по стеклу дождь не привносил покоя, не усыплял, как раньше, напротив, он будил в Максиме инициативу. Следует все продумать до мелочей, потому что именно мелочи ведут к катастрофам: не сработала маленькая деталь и – самолет падает… Только не торопиться, лучше потратить на тактику день-два, а вот после действовать быстро и решительно.

К сожалению, кроме Журавского, в списке больше не было никого, кто знал Докукиных, так что воздействовать методом давления и угроз бессмысленно. Тем не менее на следующий день Эрнсту повезло как никогда практически сразу. Молодой мужчина, числившийся в приятелях Докукина-сына, встретил его доброжелательно и охотно вступил в диалог, предложив выпить кофе.

– Да не то чтобы приятель, – помешивая ложкой кофе, сказал он, – иногда проводили время за боулингом, картами… Изредка на вечеринки ходили, не более.

– А отца его вы хорошо знали? – спросил Эрнст.

– Потому и держал Олега на расстоянии, что неплохо знал и его отца. Мы сначала жили в одном дворе, потом разъехались по новым квартирам, связь поддерживали, но не так чтобы очень.

– Знаете, что мне интересно? – придвинул свой стул ближе Эрнст и облокотился о стол. – Какие они были? Они вам не нравились, а в чем причина?

– В характерах, конечно. Ну, на отца Олега мне, собственно, было наплевать, а сын ко мне набивался в друзья. Скажу только, что папа свинья был порядочная.

– Неопрятный?

– Я не об одежде. Свинством могут стать и образ мыслей, отношение к людям, работе. Ему дали кличку Кука. Будто производная от фамилии, а звучит презрительно. Кука! Как плевок. Непорядочный был, пригласит бригаду сделать ремонт, а потом находит кучу придирок и не платит. Это ли не свинство? Не платил не потому, что денег не имел, и не от скаредности, для себя, сына, жены Кука денег не жалел. А просто издевался, удовольствие получал, когда на него сыпались проклятия.

– А сын что собой представлял?

– Достойное продолжение родителя плюс вспыльчивый очень… одержимый в плохом смысле слова. Когда отца нашли в мешке, после опознания трупа Олег поклялся найти убийцу. Я долго его не видел. Однажды встретил, он такой возбужденный, глаза как угли, руки дрожали, будто с перепоя. И полчаса бубнил, как ищет убийцу, какие менты дуралеи. Мне кажется, играл на публику, то есть на меня.

– Судя по его расчлененному трупу в мешке, убийцу он нашел, – сделал вывод Эрнст.

– А ради славы и подвиг можно совершить, Олежка из таких людей был. Покрасоваться любил, похвастать. Я только знаете о чем думаю? Допустим, Олежка вышел на убийцу, тогда логичнее, если бы он из-за угла с ножом напал, убил и удрал. Что ему помешало это сделать – я в недоумении.

– Я читал протоколы, в ваших показаниях полтора года назад об этом ни слова нет, почему?

– Так ведь не спрашивали. Выясняли мое алиби, какие отношения у меня были с отцом и сыном, короче, подозревали. Извините, у вас все? Мой перерыв закончился, хозяин не любит опозданий.

Эрнст выпил кофе в одиночестве, настраиваясь на следующий допрос с уже имеющимися сведениями.

25

У Ланы оказался удивительно сильный организм – после сорокаградусной температуры уже через двое суток она порывалась вскочить. Правда, лечили ее больше народными средствами под присмотром фельдшера, старого и занудливого деда с желтыми усами, который никогда не отказывался выпить рюмочку-две и постоянно рассказывал байки из собственной врачебной практики.

Успокоившись по поводу Ланы, Максим с Настей готовились к налету на магазин. Как все беглецы, полагающие, что на улицах им встретятся фараоны, продумали, как изменить внешность. Лана разрешила Насте воспользоваться косметикой, под чутким руководством Максима она нанесла на лицо макияж, который отпугнул бы ворон на огороде.

– Прическу сделай типа… я не расчесывалась неделю, – посоветовал он. Настя взбила волосы, Максим остался доволен. – Теперь ни папа, ни Кэт не узнают даже на расстоянии метра. А если бы тебя увидели папуасы Новой Гвинеи, сдались бы в плен без боя всем стадом.