Цветок предательства - Анна Данилова

Что я такого сделал в своей жизни не так, что сам загнал себя в это состояние?

К тому же я был уверен, что меня ищут. Смерть Аркадия, смерть Любы – у следователя ко мне накопилось слишком много вопросов.

Пусть поищут. Я должен был какое-то время побыть на свободе, один, чтобы постараться во всем разобраться.

Почему они подозревают Аркадия? Откуда на площадке перед квартирой Вероники следы его коляски? Что за бред?!

Я бы хотел, конечно, встретиться с Леной, мы бы с ней вместе подумали. Может, до чего-нибудь и додумались. Да и вообще я хотел ее увидеть, я должен был успокоить ее, ведь и она наверняка переживает. Возможно, от своего знакомого она уже знает о подозрениях, связанных с Аркадием… Один бог знает, о чем она может подумать. Но если бы я ей позвонил, она не взяла бы трубку. Это ясно.

Лиза. Вот она бы все поняла. И помогла бы нам помириться.

Я позвонил ей.

– Лиза, никто не должен знать, что звоню я, – выпалил я за секунду, чтобы она, в случае если Лена рядом, не выдала мой звонок. – Надо встретиться. Поговорить. Я переживаю. Ты сможешь приехать?

– Ну да…

– Она рядом?

– Нет.

– Возле цирка Никулина, идет?

– Хорошо. Я приду.

– Тебя разыскивают, – сказала мне Лиза, когда мы, встретившись, устроились выпить кофе в кондитерской рядом с цирком.

По сути, за каких-то полчаса она рассказала мне примерно то же самое, что и Ефим. Меня искали, но, как я понял из ее намеков, не только для того, чтобы допросить относительно Аркадия и Любы, Зосимов наверняка собирался меня задержать.

– У тебя будут неприятности, если ты не появишься. Ты же давал подписку о невыезде?

– Давал. Но я же никуда не уезжал. Если поймают, скажу, что был дома, там, на Делегатской. Уверен, что там меня точно никто не станет искать.

– В той квартире следы колес от коляски твоего брата… Похоже, убийца находился там какое-то время, чтобы потом, придя к Веронике, пальнуть в нее. Да, и еще! В ее квартире следов коляски нет.

– Ты думаешь, я ничего не понимаю? – возмущению моему не было предела. – Все подозревают моего брата в том, что он был симулянтом. Что разжигал в себе ревность, наблюдая за Вероникой с помощью подзорной трубы, что специально покупал ей цветы, чтобы раздавить ее чувством вины… Но ее просто так было не раздавить. Она была сильная, выносливая…

Лиза рассказала мне про дневник Вероники. Затем, объяснив, откуда информация, раскрыла источник – Суровцев.

– Источник-то верный, – согласился я. – И что в этом дневнике?

– Как ты понимаешь, дневником не могла не заинтересоваться Лена, – сказала Лиза, глядя на меня с сочувствием. – Люда огорошила ее тем, что Вероника много писала о тебе, из чего мы решили, что у вас с ней был роман.

– Да нет же! Не было никакого романа!

– Ну вот, Людмиле и пришлось просить Суровцева, чтобы тот совершил еще одно должностное преступление и выслал на электронную почту Людмиле текст электронного дневника Вероники.

Даже не услышав продолжения, я испытал облегчение. Как бы ни разыгралась фантазия Вероники, в дневнике не могло быть ни слова о наших свиданиях. И если что-то и было, так это только ее мечты, ее выраженное словами влечение ко мне.

– Надеюсь, она успокоилась?

– Да. Теперь переживает, что так грубо обошлась с тобой. Знаешь, у нас у всех сейчас нелегкие времена, и мне очень жаль, Макс, что все эти трагические события произошли как раз в пору ваших зарождающихся отношений… Это ничего, что я так откровенно?

– А уж как я переживаю! Послушать следователя, так получается, что все кругом виноваты и все преступники: и Аркадий, и я, скоро, думаю, еще до одного ее знакомого доберутся, который тоже наверняка ни при чем…

– Это хорошо, что ты мне позвонил… У меня есть новости. Уверена, ты будешь удивлен, шокирован… Твоего брата Аркадия убили.

– Убили?

– Отравили. Как и Любу. В чае, который выпил твой брат, оказалась лошадиная доза какого-то препарата, который вызвал инфаркт и смерть. Точно такое же лекарство обнаружили и в желудке Любы. Если бы не Зосимов, который, как я понимаю, тебе совсем не симпатичен, то тело Любы уже кремировали бы, я думаю…

– Так быстро?

– Так сестре ее уже выдали тело, она позвонила в похоронное бюро… А там все быстро делается. Были бы деньги.

– Наверное, если бы меня нашли, то и мне бы выдали тело брата… – сказал я, и от слова «тело» почувствовал озноб.

– Максим, их убили, ты это хотя бы осознал? Убили! Кто, за что?

– Их всех объединяет только Вероника, – сказал я с уверенностью. – Посуди сама. Три любовника ее – раз. Бывший муж – два. Сиделка бывшего мужа – три.

– Я понимаю, что причиню тебе сейчас боль, но все равно… Общее у них – твой брат, Аркадий. Это он терроризировал Веронику, это он мог ненавидеть ее любовников, которых воспринимал не иначе, как своих соперников… Думаю, здесь все просто. Возможно, Аркадий поначалу не мог передвигаться. Но потом научился ходить. И помогала ему в претворении своего плана – Люба. Больше некому. Согласна, много нестыковок, непонятностей и странностей во всей этой истории, следы колес… Но только Аркадию нужна была смерть Вероники. Вот так. И когда он застрелил всех ее любовников, а потом и ее, Люба оставалась единственным свидетелем… Он убил себя и ее.

– Ты это серьезно? Лиза?!

– Не знаю… Поверь, мне очень жаль, что погибла такая молодая женщина, жаль, что умер твой брат… И я не следователь, конечно. Словом, я не знаю, чем тебе помочь… Главное я тебе сказала – Лена хотя бы успокоилась… Знаешь, я так за нее переживала. Честно тебе скажу, в том, что она так долго сомневалась в тебе, металась, верить тебе или нет, есть и моя вина. В такой-то момент, когда она готова была распахнуть тебе сердце, рядом с ней оказалась я, со своими проблемами, отравленным сознанием, переполненная обидами и разочарованиями. Но что поделать…

– А где она сейчас?

– Она поехала на встречу с одной своей знакомой риелторшей… А… Ты же ничего не знаешь! Ей предложили выкупить магазин, и вот, чтобы не влезать в кредиты, мы решили продать мою квартиру! Так что теперь тебе, Максим, придется подыскивать какое-то другое жилье. Я верну тебе все деньги, что ты перевел мне… С этим проблем не будет.

– Какая квартира? Ты в своем уме?! Позвони ей, задержи! Я сам вам помогу… Надо же, придумали – квартиру продавать!

– Ну, это уж вы с ней сами разбирайтесь… Хотя, если бы я продала квартиру, то была бы в доле, при деле, с работой, понимаешь? Ладно, я свою миссию выполнила, все тебе рассказала. Вас вроде как помирила… Дальше – сами.

– Лиза? Ты куда?

Она уже поднялась, чтобы уйти. К кофе она так и не притронулась, не говоря уж о пирожных.