Магическая трубка Конан Дойла - Мария Спасская

Стараясь не испачкаться, гость выудил столовым прибором злосчастный шарик и, держа руку на отлете, понес к подвешенной доске. Как только шарик коснулся доски, он словно к ней прилип, а затем, к всеобщему удивлению, начал медленно двигаться по ее поверхности, выводя слова: «Мене, текел, фарес».

— Вы ведь написали изречение, появившееся, согласно Библии, на стене дворца Валтасара, не так ли? — шагнул к сэру Артуру иллюзионист. — Позвольте мне удостовериться.

Стоя рядом, они выглядели невероятно гротескно и даже внешне были полными противоположностями. Гудини едва доставал англичанину до плеча, имел оливковый цвет лица и черные курчавые волосы. Происходил из бедной семьи и, в отличие от Конан Дойля, больше всего боялся окончить жизнь в нищете. Поэтому впадал в крайности. То вдруг принимался экономить каждый цент, то устраивал благотворительные вечера в больницах и закупал на тысячи долларов обувь для бездомных босяков. Если и были в чем-то схожи эти два человека, так только в том, что каждый был убежден в своей правоте.

Глядя гостю прямо в глаза, хозяин требовательно протянул руку, и Конан Дойль, как завороженный, вынул из пиджака листок и отдал приятелю. Тот развернул, взглянул на надпись и передал записку изнывающим от нетерпения секретарю и адвокату.

— Мистер Гудини, но как? — с интонациями доктора Ватсона протянул секретарь.

— Гарри, вы величайший медиум и не смейте спорить! — побагровев, с напором подхватил Конан Дойль. — Не зарывайте дар в землю! Никакие выступления и шоу не сравнятся с религиозными деяниями. Только их можно назвать серьезными достижениями. Вы просто обязаны приносить пользу человечеству! Присоединяйтесь к нам, и вам откроется истина!

— Сэр Артур, над этим фокусом я работал почти всю зиму. Не хочу раскрывать его секрет, но заверяю вас, что это ловкость рук в соединении с некоторыми несложными устройствами. Я разработал трюк специально для вас, дабы показать, на что способен ловкий и опытный человек. И очень вас прошу — когда вы видите нечто невероятное, не торопитесь с заключением, что тут не обошлось без сверхъестественных сил или духов. Здесь в отличие от спиритического сеанса вы имели возможность, казалось бы, проверить все мои приготовления вблизи и при ярком свете дня наблюдать мои действия. Но могу вам поклясться, что это — чистый фокус! Я устроил эту демонстрацию, чтобы убедить вас в дальнейшем не приписывать странные явления потусторонней силе, даже если вы не способны их объяснить.

— Вы не имеете права транжирить свои чудесные мистические способности, — не слыша доводов Гудини, стоял на своем Дойль. — Такой дар дается одному из сотни тысяч не для того, чтобы забавлять толпу или умножать капиталы. Простите мне мою откровенность, для меня это жизненно важно.

— Я всего лишь искатель истины, — миролюбиво проговорил Гудини. — Я готов поверить во что угодно, но только в том случае, если мне представят неопровержимые доказательства.

— А знаете что, дорогой мой мастер творить чудеса! — многозначительно проговорил сэр Артур, хлопнув себя по коленям. — Если вы увидите нечто невообразимое, что демонстрирует моя жена в качестве медиума, вы обязательно поверите! Я знаю, как вы скорбите об уходе вашей драгоценной матушки. Завтра же вместе с вашей очаровательной супругой и мистером Эрнстом приходите к нам в отель, и при помощи «автоматического письма» — в случае Джин я называю это «вдохновенным письмом» — ваша матушка передаст вам несколько слов. Не сомневаюсь, тогда вы уверуете в спиритуализм и обратитесь в нашу религию, ибо в очевидное невозможно не уверовать.

— Можете не сомневаться, сэр Артур, — серьезно проговорил великий фокусник. — Я приду на сеанс непредвзятым и с готовностью поверить в чудо.

Дельфинья бухта. Наши дни. Селена

Поезд из Луганска прибывал на станцию ровно в полночь. Закинув на плечо сумку с вещами, Селена вышла из вагона и оглядела пустой перрон. Совсем рядом стрекотали цикады. В подсвеченной фонарями темноте южной ночи виднелась стоянка такси, и женщина устремилась к поджидающим клиентов машинам. Проходя мимо рекламного щита с афишей выступления магистра Мира, она сердито плюнула себе под ноги. Мерзавец и вор! Клятвенно убеждал Селену, что упечет ее братца в скорбный дом до скончания веков, а сам обманул! Обманул, как девчонку! И ведь денег взял немало! Можно было эти деньги отдать Радию в счет его доли, и проблема дележа родительского наследства была бы решена. Но хотелось надежности, чтобы брат не лез в ее жизнь и не предъявлял права на дом. И вот тебе! Получила!

Каждый раз, отправляясь из Луганска в Москву за покупками, Селена давала себе слово, что поговорит с братом о переоформлении дома на нее. Зачем ему дом? Он молодой, перспективный, почти что москвич. А для Селены дом родителей — единственное жилье. Ее и замуж Тарас взял только потому, что хотел уйти от своих стариков, да некуда было. И тут подвернулась Селена с отдельным жильем. Потерять мужа и остаться с двумя малолетними детьми на руках было для Селены равносильно катастрофе. Несколько раз сестра начинала этот разговор с братом, но тот лишь отшучивался, отвечая, что если он надоест Басаргиным, то вернется в Луганск — благо есть куда, отгородит свою половину дома высоким забором и заживет вольным фермером.

От этих разговоров Селена приходила в ярость, однако своих эмоций ничем не выдавала, лишь улыбаясь и кивая в ответ. И год за годом, приезжая в Москву, она брала с собой пачку денег для того, чтобы выкупить у брата его половину дома, но всякий раз привозила деньги назад. Причуды вернувшегося из Лондона Радия натолкнули женщину на мысль, что не сегодня-завтра его упекут в лечебницу для душевнобольных. Сперва она испугалась, а потом обрадовалась. Случай посылает ей замечательный выход из подвешенного состояния, в котором Селена находится по вине Радия. Нервное напряжение, в котором женщина пребывала все годы после брака, доводило ее до исступления. И вот судьба посылает ей решение проблемы. И тут так кстати подвернулся под руку листок с пометкой о дне рождения Мирослава Юдина. Будучи женщиной неглупой, Селена сопоставила надпись на календарном листке со статьей о профессоре психиатрии Владимире Юдине в Большой Советской Энциклопедии, и прочитанное вселило в нее уверенность, что все получится. Она списала телефонный номер и убрала до лучших времен.

Упоминание о непорядочности Мирослава Юдина в служебных делах натолкнуло Селену на отличную мысль — встретиться с психиатром, описать ситуацию и попросить помочь. На следующий день сестра Полонского взяла привезенные из дома деньги и отправилась в подмосковные Лесные поляны договориться о бессрочной госпитализации Радия. У нее это получилось. Чтобы все выглядело правдоподобно, доктор Юдин подстерег Михаила у подъезда и напросился в гости к Басаргиным. Когда Михаил привел доктора в дом, Радий заподозрил друга в предательстве. О большем Селена не могла и мечтать. Теперь она становилась полноправной хозяйкой родительского наследства, не боясь потерять мужа, при этом ничем не запятнав себя в глазах брата.

И вот, по прошествии почти двадцати лет, к ней заявляется выписанный из клиники Радий и требует денег за свою долю дома. Селена залезает в долги и отдает брату кругленькую сумму. А три дня назад дом сгорает дотла, муж с ожогами оказывается в больнице, и Селена остается без копейки денег. И, сидя в больничном холле, погорелица вдруг видит рекламу по телевизору, в которой доктор Юдин, теперь именующий себя магистром Миром, рассказывает о контактах с духами! Собрав по знакомым денег на билет, женщина села в поезд и поехала к гастролирующему по южным городам магистру, рассчитывая получить у него деньги за нарушенное обещание.