Дипломатический труп - Алексей Макеев

– Ты был бы хоть куда, если бы постарался вчера пораньше вернуться в Москву или хотя бы нашел способ связаться со мной. Я бы тебя выручил.

– Лев Иванович! – Станислав укоризненно покачал головой. – Неужели ты не веришь, что ситуация была совершенно безвыходной? Темно, и ни одна… нехорошая личность даже не подумала остановиться. Знаешь, как активно я махал руками!

– Вот-вот. – Гуров усмехнулся, усаживаясь на свой любимый диванчик у стены, с которого хорошо видно было солнце, восходящее над крышами высоток. Я же говорю, что эпитетами вы с ним стали увлекаться, украшать свою речь. Я вот не виноват, а наслушался о себе всякого. Как там в учебнике русского языка пишется? Эпитеты – средство речевой выразительности, назначение которых: описать значимые свойства объекта, дать ему образную характеристику. Вот Петр нас ими и обвешал с головы до ног. Так что теперь сиди, пиши и не отвлекайся.

Некоторое время в кабинете сохранялась тишина, нарушаемая лишь стуком пальцев Крячко по клавиатуре и тихими ругательствами, издаваемыми Стасом, когда он не попадал в нужную букву. Гуров смотрел на друга со снисходительной улыбкой. Если разобраться, то виноват был не только Станислав Васильевич. Он ведь еще два дня назад предлагал сесть и закончить отчет. Именно Гуров отмахивался, полагая, что они успеют его дописать. А от поломок в машине, даже иномарке, на ночной дороге не застрахован никто. И уж тем более глупо сердиться на простых граждан, которые не склонны останавливаться черт знает где и продолжают опасаться преступников на дорогах.

– Не вздыхай так, – вдруг произнес Крячко нравоучительным тоном. – Все образуется. Завтра Петр нас похвалит за мастерски составленный отчет.

– У тебя глаза на затылке? – с улыбкой осведомился Гуров.

– Ну да, – рассеянно подтвердил Крячко, пытаясь разобрать собственные каракули в черновике, написанном от руки. – Глаза на затылке, а вместо рук грабли.

– Ты хвалился, что в школе по чистописанию у тебя была пятерка, – заметил Гуров.

– Когда это? – насторожился Крячко. – Не было такого.

– А еще ты говорил, что учительница ставила тебя в пример даже девочкам.

– Я говорил? – не оборачиваясь, осведомился Крячко. – Пьяный был, наверное. Я знаю три профессии, которые уродуют людям почерк: врачи, стенографистки и сыщики. И вообще, занялся бы ты делом, Лев Иванович.

– Мне для дела нужен компьютер, а он у меня сломался. А еще мне требуется съездить в одно место для деловой встречи. – Гуров сделал вид, что встает с дивана. – Но я не хочу.

– Лентяй, – буркнул Крячко.

– Не в этом дело, – уже серьезно ответил Гуров. – Если для важного дела, так я готов в другой конец страны ехать. А когда тебя твой же начальник отправляет на встречу с человеком, которому нужно помочь чуть ли не частным образом, я испытываю неудовольствие. Особенно если вижу, что Петр сам посылает меня с огромной неохотой. Наш генерал вынужден общаться с этим человеком, потому что является лицом зависимым. Я не хочу его подводить, потому что положение Орлова в этих блатных делах еще хуже нашего. Он чиновник!

– Вот почему ты не хочешь быть генералом, – ехидно вставил Крячко.

– Именно так! Но это меня не спасает, и я вынужден оказывать помощь людям, которых уважать абсолютно не за что. Все из-за того, что Орлов мне друг, и я не хочу его подводить.

Белый телефон, стоявший на столе, призывно разразился мелодичной трелью. Станислав посмотрел на этот аппарат, проворчал что-то и снял трубку.

– Полковник Крячко, – привычно представился он и тут же замолчал.

Гуров с интересом смотрел, как лицо Станислава менялось. Старый друг попытался вставить пару слов, но его не стали слушать. Из трубки полетели короткие гудки.

– Нет, это как называется? – отодвинув от себя клавиатуру, возмутился Крячко. – Мы за час могли закончить отчет!..

– Орлов! – догадался Гуров. – Что он хотел?

– Видеть нас. – Крячко красноречиво развел руками. – Уже соскучился.

– Наверное, что-то случилось, – решительно вставая, резюмировал Гуров. – Пошли.

– Вообще-то голос у него был спокойный, – сохраняя данные в памяти компьютера и закрывая документ, сказал Крячко. – С другой стороны, Петр всегда был человеком крайне уравновешенным. Вывести его из себя могут только…

Крячко замолчал, подбирая слова, а Гуров тут же продолжил его мысль:

– …только старые друзья-разгильдяи, которые вовремя не сдают отчеты о командировке.

В кабинете генерала Орлова сыщики увидели майора Никитина из научно-технического отдела. По благодушному широкому лицу Коли они поняли, что Петр вызвал их не по поводу просроченного отчета.

Иногда Никитин сосредоточен и серьезен, знаменитый чуб падает на глаза. Майор его нервно поправляет и часто шмыгает носом. Тогда понятно, что Коля весь в проблеме, озабочен серьезной задачей. Но случается, что он вот так сидит и пялится на всех чуть ли не счастливыми глазами. Его чуб надежно, аккуратно зачесан назад и чуть вбок. Тогда Коля Никитин задачу решил, он победитель, готов сидеть и трепаться до бесконечности. По крайней мере до предела терпения генерала Орлова. Но что здесь делает этот майор?

– А зачем тут Никитин? – сразу полюбопытствовал Крячко.

– Как же у нас некоторые любят задавать ненужные вопросы! – проворчал Орлов. – Да еще и раньше времени.

– Народ любит гласность, – заверил его Крячко и уселся. – А Никитин у нас самый умный в НТО. Его начальство по пустякам не дергает.

Майор смотрел на куражившегося Крячко и невозмутимо улыбался. Николай Никитин тоже хорошо знал и Крячко, и Гурова. Ему было прекрасно известно, что этих сыщиков начальство тоже по пустякам не дергает.

Орлов дождался, когда Гуров сядет, выдержал еще одну впечатляющую паузу и только потом полез в выдвижной ящик своего стола. Сыщики с интересом следили за руками начальника. В них появился прозрачный пластиковый пакетик, которым обычно пользуются эксперты при сборе вещественных доказательств, снабженный биркой с инвентарным номером. В пакетике лежало довольно красивое кольцо с прозрачным граненым камнем.

– Ювелирный магазин обчистили? – первым спросил разочарованный Гуров. – Нам придется заниматься кражей?

Орлов посмотрел на сыщика, но его вопросы пропустил мимо ушей. Он неторопливо вытащил кольцо из пакетика и покрутил перед собой, явно любуясь им.

– Магазин, – наконец-то подтвердил генерал подозрения Гурова. – Точнее сказать, новый ювелирный салон в Марьиной Роще. Он входит в состав известной столичной сети «Бриллиантовое кольцо Москвы». Красивое, правда? Один из взломщиков порвал карман и, видимо, кольцо через прореху вывалилось.

– Они что, по карманам драгоценности прятали? – удивился Крячко и обвел присутствующих недоумевающим взглядом. – Это дети, что ли?

– Хороший вопрос, – улыбнулся Орлов, продолжая рассматривать кольцо. – Вот майор Никитин утверждает, что там много интересного нашли эксперты МУРа. – Поделись, Николай. Так сказать, из первых рук.