Иллюзия греха - Александра Маринина

- Ну, - буркнула она, запирая дверь подсобки. - Чегонадо?

- Поговорить надо.

- О чем?

- О вашей сестре.

Ира резко повернулась к нему и впилась глазами в чистовыбритое лицо.

- Оля? Натка? Что с ними? Да говорите же!

- Вы не волнуйтесь, Ира, - мягко сказал он. - Давайтеотойдем в сторонку и присядем где-нибудь.

- Не пойду я никуда, - отрезала она. - Что с девочками?

- Ну что ж, - вздохнул мужчина, - не пойдете - значит,поговорим здесь. Во-первых, познакомимся. Меня зовут Юрий Викторович, фамилиямоя Коротков, майор милиции, работаю на Петровке, в уголовном розыске.Удостоверение показать?

- Что с девочками? - тупо повторяла Ира, чувствуя, каквнезапно ослабели ноги и начали неметь руки.

Человек из уголовного розыска пришел, чтобы поговорить осестре? Об Оле? О Наташе? Что случилось, почему он пришел в семь утра, чтобыпоговорить с ней? Что-то страшное?

- Ира, вашу сестру Наташу похитили.

- Что?! - чуть не закричала она. - Что вы сказали?

- Успокойтесь, Ира, мне нужно поговорить с вами не дляразвлечения, а для дела, и, если вы будете паниковать, вы мне ничего путного нескажете. Возьмите себя в руки, пожалуйста.

- Да, - тихо сказала она, стуча зубами. - Да. Сейчас.Коротков смотрел на трясущуюся синюшно-бледную девчонку и с благодарностьюподумал о Насте. Это именно она вчера вечером подсказала ему созвониться сВладом Стасовым и посоветоваться с ним, как лучше всего вести себя с ИройТерехиной, чтобы добиться нужного результата. Девочка непростая, предупредилаНастя, с норовом, судьба изломанная, к ней трудно подладиться, если не знаешьее характера. Стасов же, поразмыслив, ответил, что главная черта у Ирины -практичность. У нее есть цель, и к этой цели она движется, подчиняя ей все своесуществование, поэтому для нее всегда на первом месте - дело, а эмоции вообщезначения не имеют. Чтобы девочка не раскисала, ее нужно во время разговорапостоянно ориентировать на дело, на цель, на конечный результат и конкретныедействия по его достижению, эти категории ей близки и понятны, вот ими и надооперировать.

- Первое, что я хочу вам сказать - ваша сестра вбезопасности.

- Откуда вы знаете?

- А вы подумайте вместе со мной, - как можнонеторопливее и спокойнее говорил Коротков, чтобы дать ей успокоиться. - Вашусестру могли убить, если она кому-то мешает. Но ее не убили, а именно увезли избольницы. Это не может быть похищением с целью выкупа, с вас взять нечего, этовсем известно. И никакими тайнами и секретными сведениями она не владеет, этотоже всем понятно. Значит, мучить и пытать ее никто не будет. Наша с вамизадача - понять, что есть в вашей сестре такого, что могло бы заинтересовать похитителей.И в этом вы должны мне помочь. Если мы поймем, чем их заинтересовала Наташа, мысможем вычислить, кто они такие. Мы их найдем, а значит, найдем и место, гдеони прячут Наташу. И спасем ее. Схема ясна? Ира по-прежнему стучала зубами и,казалось, вот-вот свалится в обморок, но взгляд ее стал осмысленным.

- С ней ничего не случится? - спросила она.

- Я очень на это надеюсь. Но, как говорится, на Боганадейся, а сам не плошай. И мы с вами должны сделать все возможное, чтобывыручить вашу сестру как можно быстрее. Поэтому я хочу, чтобы вы взяли себя вруки и начали отвечать на мои вопросы. Давайте-ка будем работать, а не соплиразмазывать.

- Да, - снова кивнула она, - да. Сейчас. Выспрашивайте, что нужно, я уже соображаю. Пойдемте вон туда, - Ира показаларукой в сторону соседнего дома, - там скамейка есть. Меня что-то ноги недержат.

Они дошли до скамеечки и уселись в тени высокогораскидистого дерева.

- Припомните, Ира, кто-нибудь когда-нибудьинтересовался вашими сестрами и братом? Не обязательно в последнее время,вообще за те шесть лет, которые прошли после несчастья.

- Нет, никто. Никому до них нет дела.

- А тот человек, который ходит в больницу их навещать?

- Не знаю я, зачем он ходит. Ко мне не приходил иничего не спрашивал. Я уже говорила той женщине, которая с Петровки.

Той женщине. Конечно, Ира имела в виду Каменскую. Интересно,неужели она совсем не помнит самого Короткова? Ведь именно он, Коротков, былтогда с Анастасией в больнице, когда убили медсестру Алевтину Мырикову. Ираподходила к ним, просила передать фрукты и конфеты детям. Неужели не помнит?Судя по всему, нет.

- Ира, а вы меня помните? - внезапно спросил он.

- Нет, - она покачала головой. - Мы разве знакомы?

- Я брал у вас сумки с фруктами, когда убили медсеструи в отделение никого не пускали. Вспомнили?

Она внимательно посмотрела на него, потом снова покачалаголовой.

- Нет, не узнаю. Женщину помню, она раньше домой ко мнеприходила с дядей Владиком Стасовым, а вас не узнаю.

- Неужели я так изменился? - шутливо удивился Коротков.- Чуть больше недели прошло, а вы не помните.

- Не помню. Помню, конечно, что был мужчина, но в лицоне узнаю. А это правда вы были?

- Правда.

Да, любопытная девчонка. Все, что не нужно, из головы долой.Живое воплощение прагматичности. Взял дядька сумку с продуктами, обещал детямотдать - все, о нем можно забыть, он свою историческую роль выполнил и можетотдыхать. Или шок от известия об исчезновении сестры так на нее подействовал?

- Ира, постарайтесь как можно точнее ответить: чем Наташаотличается от вас всех? От вас лично, от Оли, от Павлика? Я не имею в видувозраст.

- Натка самая умная, - тут же ответила Ира. - Всеговорят, она очень способная от природы.

- Кто это - все? - насторожился Коротков.

- Врачи, медсестры. Она сама занимается, школьнуюпрограмму осваивает, я ей учебники разные достаю, какие она просит. Иногдаполгорода обегаю, пока найду.

- Ну хорошо, а еще что?

- А еще...

Она задумалась, потом на губах ее появилась робкая дрожащаяулыбка.

- Натка красивая. Уж не знаю, в кого она уродилась,я-то, сами видите, какая, да и Олечка у нас не удалась. А Наташенька - каккартинка.

- Ирочка, - ласково сказал Юра, - вы же понимаете, иззакрасивого лица женщин уже давно не похищают, у нас не средневековье. Нуподумайте, пожалуйста, что такого есть в вашей сестре, из-за чего ее моглипохитить. Не вас, не Олю и не Павлика, а именно ее.

- Я не знаю, - почти прошептала Ира. - Вы не сердитесьна меня, я ничего умного вам не сказала. Я даже не понимаю, что вы хотите отменя услышать. Вот если б вы Натку спросили, она бы вам сразу ответила.