Она в моем сердце - Татьяна Полякова

– Чего ж удивляться, – буркнула я, уже не зная, на кого досадовать. – Ладно, пора прощаться. Засиделись.

– Свою спальню ты мне так и не покажешь? – весело спросил он.

– Догадливый. Зря на шампанское тратился.

– Ну, попытаться все-таки стоило… Что ж, буду мечтать о тебе, лежа в своей холостяцкой постели.

– Руки не натруди.

– О-па, – засмеялся он. – Ты способна удивить. А с виду такая скромница…

– Ага, тебя ожидают сюрпризы. Начинай привыкать.

– Да я не против.

Он направился к входной двери, я плелась за ним. Мы оказались в трех шагах от веранды, когда Алекс развернулся, неожиданно сгреб меня в охапку и начал целовать. Первым побуждением было заехать ему в ухо. Росла я в компании мальчишек и постоять за себя умела. Однако в ухо не заехала и сопротивлялась не так чтобы очень, скорее, из принципа. И вовсе не потому, что Алекс на голову выше и перевес сил явно на его стороне, а его джентльменство вызывало сомнения: запросто может дать сдачи. Если честно, оказаться в его объятиях было приятно, решимость таяла, как воск, а сердце билось с удвоенным рвением.

«Приди в себя, идиотка, – мысленно вопила я. – Тебя же нагло разводят». Ох, как не хотелось в это верить! В общем, пока я пыталась в себе разобраться, время шло, Алекс увлекался все больше и больше, и я, к величайшему прискорбию, тоже. Неизвестно, чем бы это закончилось, но я вдруг почувствовала настойчивый взгляд, резко повернула голову и успела увидеть, как за стеклом мелькнула чья-то тень.

– Там кто-то есть, – пролепетала я испуганно.

– Где?

– На веранде.

– Милая, со мной ты в абсолютной безопасности, – заверил он, а я сказала:

– Говорю тебе, там кто-то есть.

Он покосился на меня с сомнением, должно быть, заподозрил, что я таким образом решила прервать затянувшуюся романтическую сцену, но мой перепуганный вид все же убедил его в обратном. Алекс направился к двери на веранду, а я запаниковала:

– Не ходи…

– Приятно, что ты обо мне беспокоишься, но я все-таки взгляну.

Он открыл дверь и вышел на веранду, спустился в сад и замер, оглядываясь. Подумав, я присоединилась к нему. В сумерках сад выглядел едва ли не зловеще, я невольно поежилась. Однако не похоже, что за деревьями кто-то прячется.

– Наверное, мне показалось.

– А это не может быть твой мент? – хмуро поинтересовался Алекс.

– С какой стати ему за мной подглядывать?

– Он так набычился при нашей встрече, точно ты его собственность, а я на нее покушаюсь, – абсолютно серьезно сказал Алекс. – Вдруг два светлых образа слились у него в один?

– Главное, чтоб у тебя ничего не сливалось, – разозлилась я и вернулась в дом. Вслед за мной в кухню вошел Алекс.

– Я бы предпочел у тебя остаться… и не смотри так. Лягу в гостиной…

– Прекрати меня запугивать… я и без того боюсь… Не мог он за три минуты добежать до забора и через него перемахнуть. Причем практически бесшумно. Значит, мне показалось.

– Я бы смог…

– Да? Тогда ты тоже способен удивить. Отправляйся домой. Если у меня начнутся глюки, я позвоню, и ты примчишься меня спасать.

– Зачем все усложнять?

– Затем, чтоб жизнь не казалась сахаром. Топай.

Алекс подошел к двери на веранду, запер ее, задвинул решетку.

– Теперь мне точно не уснуть, – буркнул недовольно, достал из кармана связку ключей, снял с металлического кольца два из них и протянул мне.

– Что это? – спросила я.

– Ключи от моего дома.

– Мне-то они зачем?

– Чтобы обшарить все углы в мое отсутствие.

– Уверена, ты позаботился о том, чтобы я ничего не нашла.

– Ну, если такой вариант тебя не устраивает… тогда так: мой дом – это твой дом. Надеюсь, однажды мы поселимся вместе.

– А если серьезно?

– Если серьезно… Решишь, что здесь небезопасно, сможешь укрыться в моем доме. Вдруг в тот момент меня не окажется рядом?

Он наконец-то удалился, но, стоя на крыльце, дождался, когда я запру дверь на все замки.

Я вернулась в кухню, сполоснула бокалы и замерла, разглядывая пол под ногами. «Не стоило его прогонять, – подумала с печалью и тут же самой себе возразила: – Стоило, стоило… с какой стати ему вдруг влюбиться?» И внезапно со всей очевидностью поняла, что сама успела втюриться в этого типа по самые уши.

Где-то через час позвонил Алекс.

– Ты как? – спросил ворчливо.

– Отлично.

– Везет же некоторым, а у меня на душе кошки скребут.

– Поскребут, поскребут и утихнут. Спокойной ночи.

Не прошло и десяти минут, как мобильный зазвонил вновь. Я была уверена, что это Алекс, но звонил Лебедев.

– У тебя все в порядке? – как-то нерешительно поинтересовался он. – Этот тип уже ушел? Кто он такой?

– Скажи-ка лучше, чего тебе вздумалось меня целовать?

– Извини, – вздохнул покаянно Лебедев. – Терпеть не могу таких, как он. Шмотки за евро, ездит небось на спортивной тачке. И бабло во всех карманах.

– Сейчас люди предпочитают карточки. Вообще-то он неплохой парень.

– Тебе лучше знать. Я просто хотел убедиться, что у тебя все хорошо.

Мы еще с минуту поболтали и простились, а я вновь задумалась. Может, Алекс прав и Лебедев видит во мне свою погибшую любовь? Только этого не хватало. Я подошла к окну, выходящему на улицу. Поселок спал. Но одно окно все же светилось. В доме Татьяны. Я перевела взгляд на часы. Поздновато, пожилые женщины обычно спать ложатся куда раньше. Может, у нее бессонница? Светящиеся в темноте окна всегда наводили на мысль о домашнем тепле и уюте. Но только не в ту ночь. Мне чудилось в этом что-то зловещее…

Утром я по заведенному порядку отправилась на озеро. Искупавшись, устроилась в тенечке с книжкой и не заметила, как уснула, наверное, потому, что ночь все же выдалась беспокойной. Разбудили меня дети, с визгом прыгавшие в воду, я потянулась, сладко зевнув, и некоторое время лежала, ни о чем не думая, наблюдая за облаками. Потом позвонила папе, а закончив с ним разговор, решила, что не худо бы еще искупаться. В общем, первая половина дня пролетела незаметно.

Возвращаясь к себе, возле Нининого дома заметила Прасковью.

– Нинка, видно, опять за ягодами усвистала, – ворчливо произнесла соседка, когда я поздоровалась, поравнявшись с ней. – Вот неймется… У нее давление, а она каждый день в лес, точно на работу. Да еще в огороде горбатится. А зачем, скажи на милость? Было бы для кого.

– Без дела сидеть, наверное, скучно, – пожала я плечами.