Звездный час по тарифу - Антон Леонтьев

Об этом-то и сообщали газеты – «счастливчик Ринальдо», сын бедняков, в мгновение ока превратился в богача. Ему одному принадлежали самые крупные залежи изумрудов в Коста-Бьянке. Он заработал свой первый миллион в возрасте неполных тридцати лет. Весть о находках изумрудов привлекла всеобщее внимание. Из года в год в джунглях находили отдельные камни, в основном мелкие и плохого качества, и никогда никому не удавалось напасть на большое месторождение. Никому – кроме Ринальдо Баррейро.

Ксения знала, что ее отец пленен историей о внезапном несметном богатстве, которое свалилось на голову Ринальдо. Баррейро превратился в уважаемого человека, на принадлежащих ему землях появились три рудника, которые добывали изумруды отборного качества. А эти камни были дороже алмазов! Шептались, что Баррейро известны и другие места в джунглях, где имеются изумруды, и это положило начало подлинной «изумрудной лихорадке».

Тысячи бездельников, разорившихся бедолаг, нищих аристократов, мазуриков, почтенных отцов семейства, расстриженных священников, падших женщин и юношей с пламенным взором ринулись в Коста-Бьянку – страну, о которой они до этого и слыхом не слыхивали. Каждый из вновь прибывших мечтал повторить подвиг Ринальдо Баррейро, который в течение всего полугода стал самым богатым человеком Коста-Бьянки. Пришельцы наводнили джунгли, они перерыли тонны земли, выкорчевали тысячи деревьев, исследовали ручьи и речушки – но ничего не нашли. Вернее, кое-кому посчастливилось стать обладателем нескольких зеленых камней, причем весьма крупных и хорошего качества, но этим все и ограничилось. Нового месторождения изумрудов, которое бы сделало первооткрывателя мультимиллионером, никто не обнаружил. Разочарованные, обессиленные и окончательно разорившиеся, искатели изумрудов покидали Коста-Бьянку такими же толпами, как несколькими месяцами раньше приезжали в южноамериканскую республику. Особенно упорные не теряли надежды, верили, что еще немного – и они, лишенные назойливых конкурентов, наткнутся на богатую жилу. Но этого никак не происходило. Всеобщее возбуждение вызвала новость о том, что некий ирландец нашел небывалый изумруд весом в триста каратов. Но потом выяснилось, что это был не ирландец, а шотландец и камень оказался не изумрудом, а бериллом. На этом «изумрудная эпопея» бесславно сошла на нет. Правительство страны, справедливо опасаясь, что полчища охотников за сокровищами уничтожат джунгли, запретило иностранцам въезжать в Коста-Бьянку для поисков изумрудов. Но никто больше и не горел желанием отправляться за тысячи километров на пароходе в далекий край. Авантюристы покинули Коста-Бьянку и отправились кто в Южную Африку, где продолжались успешные поиски алмазов, кто в Австралию – за золотом и опалами, а некоторые, примирившись с самими собой и забыв о своих честолюбивых мечтаниях, вернулись домой, дабы продолжить ничем не примечательную мещанскую жизнь.

Ксения знала, что Федор Архипович никак не может забыть о сенсационном везении и внезапном богатстве Ринальдо Баррейро. Самдевятов был членом нескольких весьма сомнительных акционерных обществ, которые специализировались на поисках изумрудов. Ксения слышала, как отец доказывал жене:

– Лизонька, поверь, это наш единственный шанс стать богатыми.

– Но Федор, мы и так богаты, что тебе еще требуется?

На это отец энергично возражал:

– Лизонька, ты видела дворец, который отгрохал себе Ринальдо Баррейро у самого океана? А его поместье на плантациях? Всем известно, что земля Коста-Бьянки скрывает небывалые сокровища, и ему повезло в нужное время оказаться в нужном месте! Не может быть, чтобы месторождения изумрудов были всего в нескольких местах!

– Федор, тысячи безумцев, которые до недавнего времени наводняли страну, искали, искали, но так и уехали несолоно хлебавши. Так почему же ты думаешь, что твоя затея увенчается успехом?

– Я это знаю! – отвечал Самдевятов, для которого поиски изумрудов превратились в настоящую манию. Он целыми неделями пропадал в джунглях, напрочь забросив дела банка и уверяя жену, что это не так и важно – у него имеются заместители, которые со всем справятся.

Как-то Федор Архипович позвал к себе в кабинет Ксению и, удостоверившись, что за дверью никто не притаился и не подслушивает их разговор, прошептал:

– Дочка, мы скоро станем очень богатыми!

Ксения уже давно слышала эту историю и не верила отцу. Иногда ей было жаль его: она знала, что многочисленные его знакомые, состоятельные и влиятельные граждане, отвернулись от Самдевятова. Дела у банка шли неблестяще, Федор Архипович, который ранее тратил всю энергию на развитие финансового бизнеса, отдавался с не меньшей, а еще большей страстью поискам изумрудов. Да и внешне он переменился – если раньше Самдевятов носил изящные костюмы, которые заказывал у лучших столичных портных, то после того, как он, по словам Елизаветы Порфирьевны, «заразился зеленой бациллой», он не обращал внимания на одежду, отпустил неказистую бороду, редко брился и стригся.

– Вот, дочка, только тебе одной я и могу довериться, – сказал Самдевятов, подводя Ксению к столу. – Ты – моя единственная наследница, твоя мать, глупая суеверная женщина, ничего не смыслит и ни во что не верит! Смотри!

Он расстелил перед Ксений пожелтевшую карту, на которой был изображен один из отдаленных штатов Коста-Бьянки. На карте выделялось несколько красных крестов.

Федор Архипович в эйфории сказал:

– Эта карта принадлежала знаменитому пирату Бенедито Альзорно, он промышлял ремеслом корсара во второй половине шестнадцатого века. И он напал на месторождения изумрудов, я в этом уверен! Старик-антиквар уверил меня, что карта подлинная! А это значит, дочка, что мы совсем скоро сделаемся очень богатыми! И сбудется моя давнишняя мечта! Я немедленно отправлюсь в джунгли!

– Но папочка, – попыталась воззвать к разуму отца Ксения, – как ты можешь уехать из Эльпараисо, ты – директор банка...

Отец прервал ее нетерпеливым жестом:

– Не говори ерунды, Ксения! Кому нужна эта нудная и неблагодарная профессия банкира? Князь Сухоцкий использует меня в целях личного обогащения, и таким манером я никогда не стану миллионером. Я только управляю деньгами, которые принадлежат его сиятельству, мне самому ничего не перепадает... Не говори Лизоньке, куда я уехал, по официальной версии я направился в Барра-Гуартибу, чтобы урегулировать вопросы об ипотеке. А вернусь я с карманами, полными отборных изумрудов!

– Папочка, я прошу тебя, оставь эту затею! – умоляла отца Ксения, но Самдевятов остался непреклонным – он желал наведаться в джунгли, чтобы найти изумрудные копи пирата Альзорно. Напрасно Ксения внушала отцу, что карта поддельная.

Самдевятов рассвирепел:

– Что ты понимаешь в этом, девчонка? И кто ты такая, чтобы указывать мне, своему отцу? Я что, подделку не могу отличить от оригинала?

Ксения смолчала и не стала говорить, что иногда человек видит только то, что желает видеть. Следующим утром, на рассвете, Федор Архипович отбыл «по делам банка». Он обещал жене и дочери, что будет регулярно писать и вернется через три недели.