Омерта - Марио Пьюзо

Мужчина он был крупный, с большой головой, грубой кожей, телом, заросшим жесткими волосами. Но за стол он всегда садился в пиджаке, рубашке, галстуке. За обедом он расспрашивал Джанет о ее жизни с участием, которое никак не вязалось с его обликом. С интересом выслушал ее рассказ о череде неудач, свалившихся на ее голову, о том, как ее предавали отец, братья, любовники, как облеченные властью богатые мужчины толкали ее на путь греха, как экономические неурядицы и нежелательные беременности заставляли ее подчиняться, потому что у нее не было другого способа спасти балансирующую на грани голода семью. Портелла изумлялся бесчестию мужчин, которые встречались Джанет на ее жизненном пути, и ему нравилось, что сам он своим добрым отношением к женщинам столь разительно отличается от этих мужчин. И действительно, с женщинами он был щедр и давал им не только деньги.

После обеда, когда они пили вино в гостиной, Портелла выложил перед Джанет шесть коробочек: с золотыми часами, рубиновым кольцом, бриллиантовыми сережками, нефритовым ожерельем, сапфировым браслетом и жемчужными бусами. Сказал, что одну из них она может взять в подарок. Каждая вещь стоила несколько тысяч долларов — обычно женщины это знали.

Когда-то давно одна из бригад Портеллы умыкнула бронеавтомобиль, перевозивший драгоценности, и Портелла оставил добычу у себя, вместо того чтобы продать. Так что эти подарки не стоили ему ни цента.

Пока Джанет раздумывала, на чем остановить свой выбор, и наконец взяла часы, Портелла наполнил ей ванну, тщательно следя за температурой, снабдил своими любимыми пеной для ванн, кремами, лосьонами, духами. И только потом, когда она расслабилась и вышла из ванной, благоухая, как роза, они легли в постель и в удовольствие совокупились, как положено счастливым супругам.

Если Портелла чувствовал особый подъем, женщина могла оставаться у него до четырех или пяти утра, но он никогда не засыпал в ее присутствии. В ту ночь он отпустил Джанет раньше.

Сексом он занимался ради собственного здоровья. Он знал, что характер у него взрывной, что могло привести, да и приводило к неприятностям. А вот эти еженедельные разрядки позволяли ему стравить давление. Женщины вообще его успокаивали, и эффективность своего метода Портелла доказывал тем, что каждую субботу заглядывал к своему доктору и убеждался, что давление пришло в норму. Когда же он поведал доктору об изобретенном им способе лечения, тот лишь пробормотал: «Очень интересно». Чем сильно разочаровал Портеллу.

Поездки в ист-сайдский отель имели и еще один плюс. Телохранители Портеллы находились в приемной, у входной двери. Но вторая дверь вела в смежный «люкс», с отдельным входом, и именно там Портелла проводил встречи, о которых не следовало знать даже его ближайшим помощникам. Даже босс мафии сильно рисковал, встречаясь наедине со специальным агентом ФБР.

Его могли заподозрить в том, что он сдает своих, точно так же, как Бюро могло решить, что Силк берет взятки у мафии.

Именно Портелла сообщал Силку телефонные номера, которые следовало прослушать, называл слабаков, которые могли сломаться на допросах, подсказывал, как вдохнуть жизнь в казалось бы уже похороненные уголовные дела, объяснял, как действует мафия в тех или иных случаях, чтобы добиться нужного результата. Именно Портелла выполнял некоторые грязные дела, к которым в рамках закона не могло подступиться ФБР.

За годы сотрудничества Силк и Портелла отработали механизм встреч до автоматизма. У Силка был ключ от входной двери смежного «люкса», в которую он входил, не замеченный телохранителями Портеллы. Тот отсылал женщину и тоже переходил в соседний «люкс». В этот вечер Портелле пришлось дожидаться Силка.

Силк на этих встречах всегда нервничал. Он знал, что в здравом уме Портелла не решится тронуть агента ФБР, но тот славился вспышками гнева, когда полностью терял контроль над собой.

Силк приходил вооруженным, но, чтобы не выдать своего осведомителя, брать с собой телохранителей он не мог.

Портелла со стаканом вина в руке встретил его словами:

— Что случилось у нас на этот раз? — Улыбнулся Силку, обнял его. Массивный живот Портеллы скрывал элегантный китайский халат, надетый поверх белой пижамы.

От вина Силк отказался, сел на диван.

— Несколько недель тому назад, вернувшись домой с работы, я обнаружил своих собак с вырезанными сердцами. Вот и подумал: а вдруг ты что-нибудь об этом знаешь? — Произнося эти слова, он пристально вглядывался в собеседника.

Изумление Портеллы казалось искренним. Он чуть не выскочил из кресла, его лицо полыхнуло от ярости. На Силка это не произвело впечатления. По собственному опыту он знал, что виноватые умеют прикинуться невиновными.

— Если ты пытался о чем-то меня предупредить, почему не сказать напрямую?

— Курт, ты пришел сюда вооруженным. — Портелла разве что не плакал. — Я почувствовал твой пистолет. Я без оружия. Ты можешь убить меня и заявить, что я сопротивлялся аресту. Я тебе доверяю. Я перевел больше миллиона долларов на твой счет на Каймановых островах. Мы — партнеры. С чего мне прибегать к этому сицилийскому трюку? Кто-то пытается вбить между нами клин. Ты должен это понимать.

— Кто? — спросил Силк.

Портелла насупился.

— Это может быть только Асторре. Он слишком возгордился, потому что однажды сумел от меня уйти. Проверь его, а я разберусь с ним по-своему…

В итоге Портелла сумел убедить Силка, что к убийству собак он непричастен.

— Хорошо, — кивнул Силк, — но я думаю, мы должны быть очень осторожны. Этого парня нельзя недооценивать.

— Не волнуйся, — усмехнулся Портелла. — Слушай, а поесть ты не хочешь? Могу предложить телятину, спагетти, салат, хорошее вино.

Силк рассмеялся.

— Я тебе верю. Но на обед времени нет.

На самом деле ему не хотелось пользоваться гостеприимством человека, которого он намеревался отправить в тюрьму.

Асторре собрал достаточно информации, чтобы наметить план боевых действий. У него отпали последние сомнения в том, что ФБР приложило руку к смерти дона. И что Силк руководил этой операцией. Он также знал фамилию и место жительства посредника. Он знал, что заказал дона Тиммона Портелла. Однако загадки оставались.

Дипломат, предложивший через Николь продать банки иностранным инвесторам. Силк, предложивший сделку, которая могла подвести Портеллу под статью. Неизвестность тревожила Асторре.

Потому что таила в себе опасность. Он решил проконсультироваться с Кракси из Чикаго и на этот раз взял с собой мистера Прайора.

Еще раньше Асторре предложил мистеру Прайору перебраться в Америку, чтобы взять на себя управление банками Априле. Тот согласился и на удивление быстро превратился из английского джентльмена в американского банкира. Котелок уступил место фетровой шляпе, зонтик — сложенной газете. Прибыл он с женой и двумя племянниками. Его супруга тут же сменила гардероб, превратившись в модную, пусть и несколько консервативную в одежде даму. Племянники, оба сицилийцы, прекрасно говорили по-английски и закончили финансовые факультеты престижных учебных заведений. Оба обожали охоту, поэтому в багажнике автомобиля, за рулем которого сидел один из них, всегда лежало необходимое снаряжение. Оба были телохранителями мистера Прайора.