Пролетая над пучком петрушки - Наталья Александрова

Тут Кеша испытал необычайный душевный подъем.

Конечно, неприятно сознавать, что тебя кинули, обманули, обвели вокруг пальца. Но зато он никого не убивал! Он может теперь спокойно спать по ночам и не бояться угроз того страшного седого типа в очках. Да он может теперь просто послать его подальше. Он станет вести прежнюю жизнь. Конечно, есть в ней свои неприятные стороны: неинтересная работа, вечное отсутствие денег. Но какие же это пустяки по сравнению с маячившим перед ним обвинением в убийстве!

Радость переполняла Кешину душу.

Он хотел немедленно уехать и где-нибудь отпраздновать свое открытие, но решил еще немного подождать.

Ведь если он прав, скоро развернется второе действие представления. На сцене появится бритоголовый «муж», а толстый папик выбежит из подъезда, на ходу натягивая штаны…

Кеша решил дождаться этой увлекательной сцены – отчасти чтобы окончательно убедиться в своей правоте, отчасти же чтобы посмотреть на такого же, как он, бедолагу.

Всегда приятно посмотреть на того, кто глупее тебя.

Кеша припарковал машину и приготовился ждать.

Через несколько минут поблизости остановился большой черный джип. Из него высыпало несколько подтянутых парней с каменными физиономиями профессионалов. Последним вышел солидный человек средних лет с коротко стриженными темными волосами. Вся группа втянулась в подъезд.

Кеша почувствовал легкое беспокойство.

Впрочем, возможно, эти люди приехали в другую квартиру и к ночному бизнесу Алисы и ее бритоголового приятеля не имеют никакого отношения.

Додумать эту мысль Кеша не успел: в окнах на третьем этаже загорелся свет, на шторах замелькали тени, донеслись громкие голоса. Там явно разгорался крупномасштабный скандал.

Еще через несколько минут дверь подъезда распахнулась.

Парни с каменными лицами профессионалов вывели знакомого Кеше бритоголового типа – того, что несколько дней назад разыгрывал роль внезапно вернувшегося мужа.

На этот раз вид у него был жалкий: губы разбиты, под глазом огромный синяк, воротник рубашки разорван. Он плелся с самым подавленным видом.

Следом вели Алису.

Она была полуодета, но держалась более независимо и пыталась заигрывать со своими конвоирами. Впрочем, безуспешно, на их каменных лицах ничто не отражалось. Они были непоколебимы, как атланты на ступенях Эрмитажа.

Последним из подъезда вышел солидный господин с коротко стриженными волосами. Все участники сцены подошли к черному джипу. При посадке бритоголовый напарник Алисы попытался сбежать, но один из конвоиров врезал ему так, что тот утратил остатки боевого духа.

Кеша сполз с сиденья и затих. Чего ему сейчас совсем не хотелось, так это привлечь внимание мрачных парней из джипа.

В это время рядом с его машиной остановились две растрепанные тетки. Одна вела на поводке маленькую беспородную собачонку.

– Что это вы своего кобелька так поздно выгуливаете? – поинтересовалась дама без собачки.

– Да вот Фунтик вечером пирожное с кремом съел, а сейчас плохо себя почувствовал. Я ему говорила: «Не ешь», но разве он послушает? А вы, Нинель Васильевна, что в такое позднее время прогуливаетесь?

– Не спится, Валентина Сергеевна, – вздохнула та. – Бессонница у меня, особенно если вечером сериал посмотрю. Очень за героев переживаю. Выйду на свежий воздух – хоть легче становится.

– Ага-ага. – Дама с собачкой покивала, как китайский болванчик, и добавила, интимно понизив голос: – Нинель Васильевна, вы всегда все знаете. Это кого же ведут? Это никак в нашем доме настоящих жуликов арестовали?

– Что вы такое говорите, Валентина Сергеевна! Разве эти мальчики похожи на полицию?

– Не похожи, – вынуждена была признать ее собеседница. – Я полицию и в «Разбитых фонарях» видела, и в «Ментах», и в «Национальном агенте». Эти совсем не похожи.

– Это и не полиция, – авторитетно заявила Нинель Васильевна. – Это охрана Вадима Вадимовича, хозяина четырнадцатой квартиры. А сзади он сам и идет.

– Да что вы говорите! – всплеснула руками Валентина Сергеевна. – А я-то его и не видела никогда! А что же здесь такое произошло? Вы ведь всегда все знаете!

– А такое произошло, что Вадим Вадимович свою квартиру продать хотел, оставил ключи в агентстве недвижимости, а одна агентка эти ключи жуликам передала – за деньги, само собой. Вот эти жулики в квартире у Вадима Вадимовича свои дела и обделывали. Он об этом узнал и приехал порядок навести. Вот и навел.

– Ох, Нинель Васильевна, и как это вы всегда все знаете? Прямо даже удивительно!

– Это оттого, Валентина Сергеевна, что я слушаю всегда внимательно. Только имейте в виду: я вам ничего не говорила, а вы ничего не слышали.

– Само собой, Нинель Васильевна, само собой! – И тетка с горящими глазами понеслась к подъезду, предвкушая, как будет рассказывать сенсационную новость всем знакомым.

Кеша дождался, когда двор опустеет, и осторожно тронул машину с места.

В душе его пели фанфары, губы непроизвольно улыбались. Хотелось света и музыки, а еще выпить хорошего вина и познакомиться с красивой девушкой. Тут Кеша осознал, что время позднее и если на кой-какую выпивку денег еще хватит, то уж на девушку точно не останется. Даже на представительские расходы. Но и эта мысль не смогла испортить ему настроение.

В эту ночь он спал как младенец. Рано утром его разбудил телефонный звонок.

– Иннокентий! – звучал в ухе голос профессора Хвалынского. – Я требую, чтобы вы срочно явились ко мне для серьезного разговора.

Кеша мгновенно облился холодным потом. Такой тон мог означать только одно: профессор хватился часов.

Все дружное семейство Лени Маркиза улеглось поздно, но спали только звери. Леня так и не смог уснуть от волнения, а Лола подхватилась ни свет ни заря, потому что ее переполняла энергия.

– Ленечка, – озабоченно сказала она, наливая компаньону большую чашку кофе и подвигая остатки пирога, – думаю, мы должны отблагодарить Карину.

– Кого? – оторопело глянул Маркиз. – Какую еще Карину? Ее Лидусей зовут! Она в антикварном магазине работает.

– Ах, Лидуся, – протянула Лола.

– Угу. Лолка, не устраивай сцен, я ее вот такой знал! – Леня опустил ладонь почти к самому полу. – Ее папаша булавами жонглировал. И меня научил.

– Этой булавой бы тебя по головушке, – пробормотала Лола, но скорее по привычке, без должного драйва.

– Кар-ра! – На кухню влетел попугай, уселся на подоконник и захлопал крыльями. – Дор-рогая!

– Ты имеешь в виду ворону? – наконец сообразил Маркиз. – И как же мы ее отблагодарим? Устроим пышную свадьбу и выделим молодым комнату в нашей квартире?

– Учти, я готова на многое! – просияла Лола.